Главная / Интервью

Хроника дня

Руслан Верин: «Каждое моё путешествие — это дорога домой»

В каждом из велотрипов Верин испытывает себя на экстремальную прочность, а также общается с людьми и наблюдает жизнь разных стран не по путеводителю.

Руслан Верин — одессит, известный длительными одиночными велопутешествиями по миру. В 2015-м он шесть месяцев колесил по Южной Африке. В 2016-м полгода ехал на велосипеде из Одессы в Сингапур. В конце нынешнего апреля вернулся из Северной Америки, куда улетел с двухколёсным конём в октябре 2017-го. По пути от Аляски до Мексики преодолел за 186 дней в велоседле 12 тысяч 750 км и температурные перепады от -32°С и до +50°С.

Мы встретились с Русланом Вериным, чтобы узнать, зачем крутить педали по пересечённой местности, в чём смысл социальных норм, и существует ли на самом деле личная свобода. Ещё узнали, как бороться со страхами и ради чего нужно избавляться от иллюзий. А также поговорили про любовь к родине, веру и мечту.

Руслан Верин: «Каждое моё путешествие — это дорога домой»

— Твоё последнее путешествие включало четыре страны: ты проехал США, Канаду и Мексику, откуда слетал ещё и на Кубу. Какая из стран оказалась ближе всего тебе по духу?

— Мексика. Там меньше всего понтов и пафоса. Канада — тоже. Но Канада потеряла свою индивидуальность. Во всяком случае, у меня было такое ощущение.  Непонятно, кто такие канадцы. Это ведь бывшая колония, и белые канадцы там — не коренное население. Они и сейчас ощущают себя гостями на этой земле. Поэтому часто говорят о своём происхождении — например, о французских или итальянских корнях. У них нет аутентичной канадской еды. А мексиканцы — они коренные. У них есть традиции. Заезжаешь в один город, тебе говорят: вот это блюдо ты можешь только у нас попробовать, больше нигде. В другом городе — тоже что-то своё, особенное. Они гордятся тем, кто они есть. Мне это близко. Я, например, горжусь тем, что я одессит. У нас ведь тоже, кроме украинской кухни, в регионах есть свои кухни. Это круто. Когда ты чувствуешь себя в своей стихии, ты проявляешь себя по-настоящему. Мексиканцы — в своей стихии. И каждый из них счастлив: вот, я такой, родился на своей земле, и здесь у меня цветёт душа.

— Что скажешь про Кубу?

— На Кубе на меня смотрели, как на туристическую единицу. А я привык к тому, что на меня смотрят, прежде всего, как на человека. Особенно, если узнают, что я из Украины. Для многих я вообще был первым украинцем, которого они видели в своей жизни. Везде знают Украину. Но украинцев видели далеко не все.

— А Штаты?

— В Штатах у людей очень большая зависимость от социальных норм. Например, купаться в океане — только до шести вечера. А позже — даже не проси. Хотя официальных запретов нет. Просто спасатели работают до шести, а позже никто не гарантирует тебе страховку, если с тобой вдруг что-то случится. Вот и всё. Но никто не пойдет купаться после шести. Меня это удивляло.  Даже возмущала такая зависимость от общепринятых рамок.

Руслан Верин: «Каждое моё путешествие — это дорога домой»

Но первое, что ты делаешь по приезду домой, — идёшь в парикмахерскую, чтобы постричься и выглядеть так, как принято. Разве это не тот же конформизм, который возмущал тебя в американцах?

— Нет, именно так проявляется моя индивидуальность. Я хочу соответствовать нашим стандартам. Потому что это именно наши стандарты внешнего вида. В той же Мексике ты можешь смело ходить хоть трансвеститом — это не имеет никакого значения. А у нас важно выглядеть прилично, если хочешь, чтобы к тебе относились серьезно. В Штатах я возмущался их рамками.  А наши рамки — они мне родные. Это как гепарду сказать: слушай, друг, вот для тебя рамки — 125 километров в час. А он такой: да ребята, я же для этого и создан! Другое дело, если гепарду дать слоновьи рамки: иди и пасись. Тогда он возмутится: да ребята, я не пасусь вообще!

Мне было дискомфортно в американских рамках. А с нашими я был рождён. Они заточены под нас. Или мы — под них. И в этом проявляется моя индивидуальность.

— Но это не твоя личная свобода.

— А никакой личной свободы нет. Вообще ни у кого. Вот ты свободна? Тогда выбери: белый или зелёный?

— Зелёный.

— А почему не синий? Понимаешь, что такое личная свобода?

— Да, но кто-то другой сказал бы — синий!

— Но он бы никогда не назвал цвет, который мы просто не видим. Личная свобода — это мнимое понятие при ограниченном выборе. Мы живём всего-то семьдесят лет. А свобода — это когда захочешь и проживёшь триста! Когда ты абсолютно всё сам решаешь. У нас абсолютной свободы не существует, поэтому все мы вписываемся в те или иные рамки. Ты или ходи, или катайся на велосипеде. Хотя настоящая свобода — это взять и полететь. Но у этой планеты есть свои законы.

Руслан Верин: «Каждое моё путешествие — это дорога домой»

— Ты взял велосипед и поехал. Откуда педали растут?

— Первый раз мы поехали с товарищами вокруг Чёрного моря, в 2011-м. Нам по двадцать пять лет было. Я тогда решил, что надо сделать дембельский аккорд — отсечь юношество и перейти к взрослой осознанной жизни. Хотелось такой проект, чтоб на всю жизнь запомнить можно было. Мы с одним товарищем встретились, я говорю: давай выбирать, есть два проекта, которые могут быть достойны такой черты, — либо взобраться на Эльбрус, либо объехать на велосипедах Чёрное море. Так как мы были ни разу не скалолазы, то выбрали велосипеды. Потом к нам присоединился ещё один товарищ, и в итоге мы поехали вокруг Чёрного моря втроём.

— Твоё первое одиночное путешествие в Африку произошло спустя четыре года?

— Да. Я всё-таки несколько лет держал себя в руках. Начал свой бизнес, жил взрослой осознанной жизнью — в общем, всё, как планировал.  

— А путешествие планировал?

— Нет, абсолютно. За полтора месяца до старта решил: еду в Африку!

Руслан Верин: «Каждое моё путешествие — это дорога домой»

— Как так: живёшь взрослой осознанной жизнью, и вдруг такой кульбит?

— На самом деле годом раньше я поехал в Азию. У меня сезонный бизнес в Затоке — водные аттракционы. Зимой решил сделать то же самое в Таиланде, там ведь сезон как раз тогда, когда у нас зима. Но уже на втором месяце в Таиланде понял, что работать у меня там не получится: ниша  плотно занята местными. Ну, раз уже приехал, то остался просто отдыхать. И совсем расслабился: пляж — дом. Смысла никакого. Цели нет. В общем, заскучал. Тогда я решил, что всё дело в климате: на дворе декабрь, а я третий месяц сижу без зимы. Собрался и поехал на Алтай, в горы, в -40°С — в джинсах, спортивной куртке и без шапки. Мне казалось, что моя генетика требует холода в это время года.

На Алтае вначале, конечно, было весело. Я там пробыл четыре месяца, каждый день ездил на лошадях, тренировался — в общем, ожил. Но через четыре месяца опять почувствовал: чего-то не хватает! Вернулся в Одессу, тут как раз начался сезон бизнеса. В Затоке опять жизнь забила ключом. А ближе к осени вдруг пришло озарение: на зиму надо ехать путешествовать на велосипеде! Поставить цель — 100 километров в день. Проложить маршрут. В этом и будет смысл. В общем, в сентябре я съездил во Львов, купил бэушный велосипед, привёз его в Одессу, за две недели перебрал, и в октябре стартанул. Вот так просто — сел и уехал. Дома никто не провожал, кроме сестры. Никто даже толком ничего не знал.

Руслан Верин: «Каждое моё путешествие — это дорога домой»

Руслан Верин: «Каждое моё путешествие — это дорога домой»

— Страшно не было?

— Нет. Деньги у меня были, я знал, что если в какой-то момент сломаюсь, тут же могу сесть в самолёт и вернуться назад. Я вообще считаю, что бояться нужно не до, а после: тогда, когда уже что-то случилось. А если ехать и бояться наперёд — можно чокнуться. Конечно, я пытаюсь предупредить неблагоприятные сюжеты. Но каких-то предварительных страхов у меня нет. Да, я не исключал, что придётся сесть в самолет и вернуться.  Хотя потом, когда уже все родственники и друзья узнали о моём путешествии, стало понятно, что сдаваться нельзя — как-то не комильфо.

— Опять зависимость от социальных рамок?

— Зависимость от самовосприятия. Родственники как раз говорили: возвращайся! Но я же дал слово, поставил цель — проехать всю Южную Африку.

— Были случаи, когда просто хотелось всё бросить и вернуться?

— Нет. Когда я ехал, ко мне пришло понимание: я еду домой. Это конкретный проект, ограниченный временем и маршрутом, на котором я ничего не ищу, а просто еду со своим миром, сохраняя свою индивидуальность. Точно так же я и Азию проехал, и Северную Америку. Мне многие люди говорят: классные у тебя скитания, вот ты бродяга! А я себя не считаю ни скитальцем, ни бродягой. Бродяга бродит бесцельно. У меня всегда есть чёткая цель. Каждое мое путешествие —  это дорога домой.

— Говорят, что каждое путешествие — это дорога к себе. Что ты на это скажешь?

— Чтоб идти к себе, надо вначале отойти от себя. Я не понимаю, когда люди говорят: я ищу себя. А когда они успели себя потерять?

— Ты очень легко знакомишься с людьми в пути. Не боялся, что канадские лесорубы могли оказаться маньяками?

— Да, в Канаде приехал на горячие источники. Смотрю: стоит беседка, с ровным бетонным полом, без снега, и там стоит шатёр. Я думаю: классное место, надо поставить палатку, но будет правильней, если я подойду к этим людям и спрошу, можно ли рядом с ними расположиться — ну просто, чтобы завести контакт. Подхожу, спрашиваю — они, конечно же, отвечают, что можно. Тут же интересуются: а ты на велосипеде? Слово за слово, я захожу к ним в шатёр, мы общаемся, всё нормально. Бывали, конечно, и стрёмные случаи, когда чувствуешь, что лучше не завязывать разговор или не ехать в гости. Просто нужно всегда слушать себя, доверять своей интуиции.

— А не бывало депрессии из-за нехватки общения?

— Это гении боятся одиночества: их мысли давят. Слава богу, я не гений. Поэтому мне легко. Пустыня? Ок, пустыня. Я сам с собой могу разговаривать. С небом, со спальником, с букашками на дороге поговорю. Никаких проблем. Да и редко так бывало, когда не с кем поговорить. В Канаде, например, в мороз люди сами на дороге останавливаются, чтобы спросить, всё ли у тебя ок. Так принято.

Руслан Верин: «Каждое моё путешествие — это дорога домой»

— Во время путешествий ты снимаешь видео, а твои помощники в Одессе монтируют и выкладывают их на канале в YouTube. Многим твой канал заменил сериалы, потому что это — живой драйв приключений. При этом в путешествиях ты сам избавляешься от многих расхожих иллюзий и избавляешь от них зрителей. Всегда ли это хорошо?

— Если продолжать испытывать иллюзии, можно позволить себе что-то ненужное, лишнее. Если бы я не избавился от иллюзий о свободе в Штатах, вёл бы себя там намного наглее и развязней. Что не исключало бы последствий. А в Мексике, наоборот, был бы сдержанней, камеру бы лишний раз не доставал, деньги бы не обналичивал — потому что существует иллюзия, что в Мексике грабят в каждом переулке. Меня даже друзья в Штатах отговаривали ехать в Мексику. При этом сами там не бывали, но уверены, что все мексиканцы — преступники. Это иллюзии, насаждаемые пропагандой. На самом деле оказалось, что мексиканцы намного доброжелательней американцев, и у них прекрасное чувство юмора. Когда ты избавляешься от иллюзий, ты становишься адекватен. Хотя всё очень субъективно. Вот у меня был товарищ, и для него Пакистан — ужасная страна. А я Пакистан обожаю.

— Возникало ли желание остаться где-нибудь навсегда?

— Когда-то, до путешествий, была такая мысль: переехать куда-то и начать всё с чистого листа. Просто мысль на уровне идеи, без представления о конкретном месте. Ну, может быть, какой-нибудь условный Эквадор: тропики, вечное лето, фрукты. Но когда начал путешествовать, решил, что надо быть честным с собой: если я еду путешествовать, значит, я возвращаюсь домой. Поэтому я не был настроен на такие мысли. А вообще, я считаю, что если какая-то другая страна кажется мне круче, чем Украина, то в этом — только моя вина.

Твоя вина — в чём?

— В том, что Украина уступает какой-то другой стране. В том, что у нас мало уважения друг к другу, в том, что агрессия везде и повсюду. Если взять вожака, и он окажется бараном, то с вероятностью в сто процентов можно сказать, что это вожак стада овец. Баран возглавляет овец не потому, что они стали овцами после того, как он их возглавил, а потому, что они изначально были овцами. Баран ведь не может прийти ко львам и сказать: ребята, давайте я буду вашим вожаком! Мы сами виноваты в том, что имеем.

— А что мы можем сделать с нашей страной?

— Прежде всего, научиться всегда отвечать за себя. А мы же с детства ищем других виноватых: то учитель дурак, то соседи идиоты, и так далее. И когда потом я прихожу на выборы, например, мне уже просто необходимо выбрать именно того, на кого я потом буду катить бочку. Я ведь так привык. Многие так даже жён себе выбирают: чтобы было кого сделать крайним. Когда меня спрашивают, что мы можем сделать с нашей страной, я считаю, что мы всегда можем жить своей жизнью и в своих проблемах винить только себя. Если же хочешь делать что-то в масштабе страны — иди и делай. Но не вини никого в том, что что-то не делается или делается плохо. Я рассматриваю современную Украину как ровно ту страну, которую я на сегодняшний день заслужил. Вот я еду по Америке, смотрю — классная страна! А её же создали люди. И я понимаю, что даже если я сюда перееду, у меня в жизни ничего не изменится, потому что я и там буду иметь те же свои проблемы. Надо строить свою жизнь там, где ты живёшь.

Руслан Верин: «Каждое моё путешествие — это дорога домой»

Что ты собираешься сейчас делать?

— Летом буду продолжать бизнес в Затоке. Кое-что думаю сделать по организации велодвижения. И ещё загорелся восстановить в парках и в центре города пивунчики — были в нашем детстве такие питьевые фонтанчики на улицах.  Сейчас их нет, а зря. Вот — начать с таких мелочей, раз уж вспомнил о них. Ничего ведь не бывает случайного.

— Во что верит Руслан Верин?

— В бога верю. Я не религиозен, ни к каким конфессиям не принадлежу. Просто верю в бога как в особую высшую силу, которая предопределяет наш путь. 

— А какая у тебя мечта?

— В космос полететь, увидеть Землю оттуда. Когда я увидел северное сияние в реальной жизни, это оказалось гораздо круче, чем самое качественное видео на YouTube. Это восторг, красота, чудо. При этом — изумление! Ну как такое возможно? Те же ощущения — от Тихого океана, или Гранд- Каньона. Когда видишь всё это в реальности, чувствуешь величие и масштаб. Это уже такая 8D-модель! В космосе, надеюсь, смогу ощутить его безграничную глубину. Вот я катаюсь на велосипеде и понимаю, что Земля вроде бы большая, но в то же время — маленькая. Хочется увидеть, какая она сверху.

— Велосипед в космос возьмёшь?

— Нет. Хотя...

— Какие дороги ждут твой велосипед этой осенью?

— Я пока не планирую новый велотрип. Но, скорее всего, это будет Центральная Америка.

Беседовала: Лариса Осипенко

Фото — из архива Руслана Верина

8
Подписывайтесь на наш канал в Telegram @timerodessa (t.me/timerodessa) - будьте всегда в курсе важнейших новостей!
Чтобы оставить комментарий, авторизируйтесь через свой аккаунт в

????????...

Одесситам покажут «Ночь накануне Рождества» на льду

Ледовая арена во Дворце спорта (проспект Шевченко 31) приглашает 12 января на премьеру мюзикла на льду «Ночь накануне Рождества» по мотивам известной повести Николая Васильевича Гоголя «Вечера на хуторе близ Диканьки».

1

Видео

Что грозит жителям Одесской области из-за военного положения?

28 ноября, в первый день действия в Одесской области режима военного положения, губернатор Максим Степанов на специальной пресс-конференции рассказал, как это будет работать.

Военное положение


????????...