Главная / Блоги

Хроника дня

Одесские зарисовки. Тихое кафе

«Можешь никому не говорить, что я не знал, кто такой Андрей Шевченко?»

Тихое старое кафе в центре Одессы, расположенное между двух старинных, почти как сама улица, цветущих акаций на Дворянской, находится в полуподвальном помещении, открывающимся в улицу огромным чёрным зёвом, обдающим спешащих по своим делам разгорячёных прохожих прохладой и тонким ароматом кофе. Кафе расположилось не настолько близко к университету, чтобы назвать его оккупированным шумной непоседливой студенческой братией, но и не так близко к туристическим маршрутам, чтобы ориентироваться на сиюминутные выгоды в ущерб местным жителям.

Спустившись в кафе, вы попадаете в зал, где из–за барной стойки
прямо на вас будет смотреть пара голубых, чуть навыкате глаз хозяина кафе Ефима — никогда не унывающего низенького тщедушного человека лет пятидесяти. Ефим и вам улыбнется, по–юношески шустро выскочит из–за стойки, проводит вас как герцога к столику в углу, отодвинет стул, чтобы вы могли присесть, сметёт белоснежным полотенцем несуществующую крошку со стола, торжественно, как старинный манускрипт, откроет перед вами меню, совершит совсем неуместный, как из старых фильмов, кивок головы, стукнув при этом по–офицерски каблуками, улыбнётся и удалится за барную стойку.

— Люба! Люба, пришли люди!

— Щас, ты что, не видишь? Я занята!


— Люба, иди к людям, иначе ты нас разоришь!


— Фима, не делай истерику на всю Одессу. Пусть люди выбирают и нагуливают в меню аппетит!


— Иди к гостям, кому говорю! Сейчас все умрут с голоду, а я от нищеты! Ты погубишь наш бизнес таким сервисом! Как была права моя мама, как права! Она мене говорила «Фима, не смотри на формы, смотри на содержание! Ты только глянь на Свету Махер! У них трёхкомнатная квартира на Канатной и уже собраны чемоданы на историческую родину. Разве плохое содержание? А формы мы откормим». Но кто, я вас спрашиваю, смотрит на содержание в 20 лет?

Если пройти мимо бурчащего себе под нос Фимы за уехавшую в Израиль 30 лет назад Свету Махер и углубиться в зал, то справа — за огромным аквариумом с рыбинами, похожими на акул и других морских хищников, — мы увидим парочку скромных студенток–индусок, уткнувшихся в смартфоны за чашкой ароматного чая. Чуть дальше сидят четверо редких в последние годы несколько бодреньких англоязычных туристов–пенсионеров с приклеенными улыбками, впивающиеся в свежайшие мягкие эклеры фарфоровыми зубами и запивающие их ароматным кофе. Дальше, в противоположном окнам тёмном углу, одиноко сидит за рюмкой коньяка взлохмаченый старик в старом пиджаке — постоянный посетитель из соседнего двора дядя Боря. Пенсия у дяди Бори хоть была и не самая маленькая, военная, но на каждодневное посещение кафе её не хватает, и Ефим, считающий дядю Борю, который посещает кафе со дня открытия, талисманом заведения, первые три рюмки и чашечку кофе сделал для старика за счёт заведения.

В конце зала, за бордовой тяжёлой шторой — ещё одна дверь, за которую обычных посетителей не пускают. Там зал для своих, старых друзей и нужных людей Ефима, называющийся среди знающих «свой зал». Заглянув туда, мы увидим в густом табачном дыму сидящих за столиком, уставленным запотевшими кружками с пивом и раками, Толю и Сашу. За барной стойкой зала трёт полотенцем бокалы бармен Костик — огромный мужик с морскими и тюремными наколками на волосатых руках и груди, где вверх, к горлу, тянутся синие кресты куполов — в растянутой, рваной в подмышках тельняшке и с кулаками, в которых пол–литровые кружки кажутся водочными рюмками. На кирпичной стене, над Костей, висит огромный плазменный телевизор, на экране которого, извиваясь в беззвучном танце, открывают рот какие–то девушки.

Бармен Костя действительно раньше был моряком, но в один прекрасный день, вернее, раннее утро, прийдя из рейса, он застал свою жену Машу в постели со своим другом и соседом Фимой. Оглушив лёгким движением руки Фиму, Машу Костик просто схватил за горло, но не расчитал ни сил, ни ревности и задушил. Затем позвонил в милицию, рассказал о случившемся, открыл бутылку привезённого из рейса «Наполеона», осушил её с горлышка, привёл в себя Фиму, отправил его домой и спокойно сдался милиции.


Фима оценил щедрость друга, который не только оставил его, в отличие от Маши, в живых, но и не упомянул как любовника жены ни на следствии, ни на суде, чем помог остаться Ефиму в глазах Любы честнейшим из честнейших супругов. За это Фима досмотрел парализованную мать Костика, похлопотал о достойных её похоронах, присматривал за квартирой друга, оплачивал коммунальные услуги и когда через 8 лет Костя вышел, помог уладить все бюрократические дела и взял барменом в «свой зал».

— Толя, ты слышал, что сказал Шевченко? — Саша глотнул пива и взялся за клешню рака.

— Какой Шевченко?

— Как какой? Ну не Тарас же Григорьевич! — рассмеялся Саша.

— А какой? — лениво ковырялся в раке Толик.


— Андрей Шевченко! — посмотрел на друга как на слабоумного Саша.


— А кто это?

Саша замер с огромным раком в руке, откинулся на спинку стула и с восхищением посмотрел на Толика:

— Толя... эээ... Толя, ты шутишь?


— В смысле? — удивился Толик, продолжая спокойно пить пиво.


— Ты действительно никогда не слышал об Андрее Шевченко?


— Нннет. А что? Это какой–то дальний родственник Тараса Григорьевича?


— Та при чем тут твой этот Тарас Григорьевич с его Тарасом Бульбой и Вийем!


— «Тарас Бульба» и «Вий» — это не Шевченко, а Гоголь, — наставительно, с долей осуждения, подняв указательный палец вверх, сказал Толик.


— Да какая разница?! Хрен с тем Бульбой! Ты мне скажи, только честно, ты действительно не знаешь, кто такой Андрей Шевченко?


— Ну... ну не знаю я, не знаю! Почему я его должен знать? Кто это? — неуютно заёрзал на стуле Толик.


— Толя, мы сколько уже дружим нашей компанией? Лет пятнадцать?


— Семнадцать, — поправил друга Толик, ещё не понимая куда тот клонит.


— Семнадцать, — согласился Саша. — И вот семнадцать лет мы собираемся здесь на все серьёзные матчи, пьём пиво, водку, обсуждаем игры, и ты хочешь сказать, что ты за семнадцать лет не слышал про Андрея Шевченко?


— Так это футболист? — облегчённо спросил Толик.


— Да, чёрт возьми, это футболист!


— Шурик, что ты так разнервничался?


— Я разнервничался? Да, я разнервничался! А как я могу не нервничать, если я узнаю, что мой друг настолько болван, что за семнадцать лет просмотра футбола не смог запомнить капитана сборной Украины. — Саша залпом допил пиво, шумно поставил кружку на стол и нервно закурил, пустив густые струи дыма через нос. — Ты вообще что семнадцать лет делал среди нас?


— Отдыхал, — опустил голову Толик.


— Что? — подался вперёд Саша.

— Отдыхал. Ведь ты знаешь, что я жил в однокомнатной квартире с комнатой 18 метров. Я, жена, дети, Витька и Алла. А сейчас хоть и двушка, но Алла вышла замуж. Теперь она с мужем и внуком занимают одну комнату, а я с женой и сыном — вторую. Вот дострою дачу — будет легче. Понимаешьь, тяжело быть постоянно в толпе, а тут, среди вас, я в одиночестве.

— Но зачем мы тебе?


— Ну как же, Шурик, ведь вы мои друзья! Вначале мы смотрим тут, у Фимы, футбол, пьём пиво, вы спорите, кто победит. А кто разбивает ваши споры? Я! Потом проигравший выставляет водку, потом вы спорите, ты ругаешься с Жорой по поводу «Барселона» круче или «Реал», и я вас потом развожу по домам.


— Ясно. Слушай, Толя, что ж ты столько лет молчал за жильё? Может, мы с ребятами сможем помочь тебе?


— Спасибо, друг. Но я справлюсь сам. Вот летом дачку дострою — и будет легче.


— Ну смотри сам, как тебе лучше. Но если что, то только скажи.


— Хорошо. Шурик... можно тебя попросить об одной услуге?


— Та нет проблем!


— Можешь никому не говорить, что я не знал, кто такой Андрей Шевченко?


— Не вопрос! Да и кто он такой, собственно? Кто его вспомнит через двадцать лет? Вот раньше!.. Олег Блохин, например. Вот то был футболист! Не чета нынешним. Толя, ты помнишь Олега Блохина?..


Автор: Андрей Рюриков
2
* Данный материал опубликован на правах блога. Он отражает субъективное мнение его автора, которое может не совпадать с позицией редакции.
Подписывайтесь на наш канал в Telegram @timerodessa (t.me/timerodessa) - будьте всегда в курсе важнейших новостей!
Чтобы оставить комментарий, авторизируйтесь через свой аккаунт в
Косая Вера Косая Вера

Бесподобно!

Ответить 0
Шимонян Славик Шимонян Славик

Да, недурно. Заметил, что непривычно встречать столько прилагательных в тексте. Если чай, то непременно ароматный, если эклеры, то обязательно свежайшие, если аромат, то непременно тонкий, если аквариум, то сами уже знаете какой. ..

Ответить 0

????????...

Видео

Видеофакт: в Приморскм наблюдали смерч

17 июня в районе посёлка Приморское Килийского района Одесской области в море возник настоящий смерч.



????????...