Главная / Блоги

Хроника дня

«Одесское время»: когда креатив неуместен

Минутка историко-архитектурного занудства.

Есть такой нецензурный анекдот. Во время обсуждения ремонта в классе Вовочка предлагает: «А давайте зафигачим красную линию на потолке!» (в оригинале было иное, менее литературное слово). Разгневанная лексикой ученика, учительница вызывает в школу вовочкиного отца и излагает ему ситуацию. Отец тут же выдаёт Вовочке подзатыльник: «Ты что, совсем дебил? Нафига (в оригинале было иное, менее литературное слово) там красная линия?».

Этот анекдот я вспомнил в связи с новостью об открытии в одесском Горсаду скульптурной композиции «Одесское время». Я не хочу давать какую-либо оценку эстетическим качествам скульптуры: на вкус и на цвет товарища нет, и каждый из читателей может сделать свои выводы самостоятельно. Этот текст – о другом.



 

Говорят, что архитектура – это застывшая музыка. И то, чему в музыке соответствует понятие «симфония», в архитектуре называется «архитектурным ансамблем» - то есть, некая связная совокупность зданий, сооружений, малых архитектурных форм, элементов ландшафтного дизайна и прочего, что формирует целостный облик той или иной территории.

Представьте себе, что некий оркестр при исполнении, скажем, Девятой симфонии Бетховена, внезапно решает добавить в неё (где-нибудь между второй и третьей частями) куплетец, скажем, из «Владимирского централа». Ну, ладно, пусть не из «Владимирского централа» а, допустим, из какой-нибудь песни группы Queen. В принципе, здесь нет ничего невозможного, но вот только это уже не будет Девятой симфонией, а будет неким креативом на тему оной. И в этом нет ничего страшного. Современное искусство видало ещё и не такие эксперименты. А тот, кто захочет услышать Девятую симфонию в оригинале, просто пойдёт на концерт другого оркестра, который исполняет произведение в оригинале.

С  архитектурой этого не получится, она  – вещь материальная, «застывшая». И любое преобразование архитектурного ансамбля изменяет первоначальное творение раз и навсегда.

Именно поэтому во всём цивилизованном мире крайне осторожно относятся к любым экспериментам с историческими архитектурными ансамблями. И не потому, что европейцы – зануды, опасающиеся смелых архитектурных решений. Просто они уважают архитектурный вкус своих предков и признают: созданное ими было хорошо, а, значит, не нуждается в изменении.

В Одессе тоже много говорят о красоте исторической архитектуры. И в том, что у наших предков действительно был неплохой вкус, кое-где ещё можно убедиться. Увы, именно «кое-где»: в Одессе на самом деле осталось не так уж много исторических ансамблей, сохранивших свой изначальный вид хотя бы в самых общих чертах. Уничтожена (по крайней мере, с историко-культурной точки зрения) Греческая площадь. Изменилась до неузнаваемости Дерибасовская. Постоянно покушаются (с переменным успехом) на Театральную площадь.

 

В большинстве случаев, гибель исторических ансамблей в Одессе вызвана чрезмерными аппетитами тех или иных дельцов, которые, так или иначе, делают это ради выгоды. Это ужасно, кощунственно, преступно – но, по крайней мере, объяснимо: ничего личного, только бизнес. Впрочем в некоторых случаях искажение существующих архитектурных ансамблей осуществляется вполне «бескорыстно» – так же, как Вовочка не планировал извлечь из «красной линии на потолке» никакой личной выгоды. И вот этой-то неистребимой страсти менять то, что все признают хорошим, красивым и правильным, нет никакого логичного объяснения.

Примеров можно привести множество. Особенно популярна среди «любителей красных линий на потолке» Театральная площадь: здесь уже поставили «новый символ Одессы» – стилизованный якорь возле здания Английского клуба, едва ли не с боями удалось отбить попытку втиснуть напротив Оперного театра памятник Давиду Ойстраху. Нет-нет, никто не имеет ничего против якоря или Ойстраха – но просто создатели Театральной площади видели её не такой. Ну, вот не было в их проекте никаких якорей. Не было в Девятой симфонии куплетов из Queen.

 

Другим целостным ансамблем является Горсад. К сожалению, и эта «симфония» не дошла до наших дней в совершенной целостности – в первую очередь, благодаря коммерсантам, успешно «прихватизировавшим» значительную часть территории парка под летние площадки.

И теперь вот – «Одесское время».

Повторюсь: не важно, хороша или плоха эта скульптура. Важно, что раньше в Горсаду её не было. Неужели авторы затеи полагают, что чувствуют эстетику места лучше, чем исторические архитекторы?

Продолжим приводить аналогии. Представим себе некоего художника, решившего, что знаменитая «Мона Лиза» недостаточно хороша. Скажем, неплохо было бы девушке макияж сделать поярче, да и фон, мол, скучноват: лучше было бы вместо пейзажа изобразить, допустим, батальную сцену.

Если оный художник решит реализовать свои фантазии в новой картине, написанной им самим от начала до конца – что же, возможно, мы назовём это «современным искусством» и даже похвалим его за свежий взгляд на шедевр. Но если тот же художник решит выкрасть и «подправить» оригинал картины, то мы назовём это вандализмом, варварством и преступлением, а автора этой идеи, по крайней мере, не вполне нормальным человеком. Так почему же в Одессе попытки «усовершенствовать» наши местные архитектурные шедевры считаются приемлемыми и нормальными?

Между прочим, возможно, в этом и кроется разгадка психологии «любителей красных линий». Ведь непреодолимая тяга «дополнять» произведения искусства, в т.ч. архитектурные, известна с давних времён. Ещё во времена Древнего Рима легионеры вырезали свои имена на уже тогда старых Египетских пирамидах. В том, что страсть к вандализму подобного рода не исчерпана и по сей день, можно легко убедиться, скажем, на примере Воронцовской колоннады.

Сдаётся мне, что страсть «вписывать» свои произведения в исторические ансамбли, являющиеся лицом города – из той же серии. Разумеется, скульптурная композиция, размещённая в Горсаду или на Театральной площади, буквально-таки обречена быть замеченной.

Автор этих строк вовсе не возражает против того, чтобы на улицах Одессы появлялись новые скульптуры и скульптурные композиции. Благо, в нашем городе хватает мест, где на самом деле не хватает культурных объектов – взять хотя бы существенно похорошевшую после недавней реставрации, но немного пустоватую Суворовскую аллею парка Шевченко. И это уже не говоря о спальных районах, где более чем достаточно мест для размещения подобных вещей.

К примеру, можно было только приветствовать установку памятника Суворову возле «Молодой гвардии». Или взять к примеру прекрасный памятник жене моряка на Морвокзале – скульптура, эстетическая ценность и, главное, уместность которой не вызывает никаких сомнений.

 

Хорошо вписался в городскую среду памятник Вере Холодной на Преображенской. Из удачных (или, по крайней мере, не вызывающих отторжения) творений последних лет можно упомянуть  памятник Стиву Джобсу на Новосельского, «Рыбачку Соню» на Новом Привозе и т.п. Все вышеперечисленные памятники, несомненно, обогатили город – но едва ли не менее важно то, что они не нанесли вреда его историко-архитектурному наследию, не стали «красной линией на потолке». Об «Одесском времени», расположившемся в самом центре Горсада, этого, увы, не скажешь.

В русском языке есть прекрасное слово – «неуместно». Т.е. не то чтобы вот совсем плохо, и, может быть, даже в каком-то смысле и хорошо – да только не здесь, не сейчас и не так. Так вот: «Одесское время» в Городском саду – именно неуместно.

Автор этих строк, разумеется, не является ни профессиональным искусствоведом, ни архитектором и специалистом по архитектурным ансамблям. Но на моей стороне – авторитет великих архитекторов прошлого, создавший Старую Одессу именно такой, какой мы её знаем и любим.

Хотелось бы, чтобы такой она и осталась.

Автор: Юрий Ткачёв

5
Скачивайте мобильное приложение ТАЙМЕРА для вашего мобильного телефона на iOS или Android!

Новости партнёров:

Видео

Лузановка с высоты птичьего полёта

На YouTube-канале «Fly od wings», где выкладываются виды Одессы с воздуха, появился ролик, посвящённый Лузановке и району «Молодой гвардии».