Главная / Блоги

Хроника дня

Париж в крови. Кто следующий?

Пятница, 13-е, стало поистине адским днём, а точнее вечером, для одного из прекраснейших городов мира – Парижа.

Французская столица захлебнулась в крови и ужасе, когда террористы, в том числе смертники, атаковали несколько объектов в разных частях города. Насколько можно судить на данный момент, самая страшная трагедия развернулась в театре Батаклан на концерте калифорнийской рок–группы Eagles of Death Metal. В данном случае металл действительно оказался смертельным – в театре обнаружено около сотни бездыханных тел тех, кто совсем недавно были молодыми людьми, надеявшимися жить долго и счастливо.

В момент, когда писались эти строки, ещё ничего толком не известно. Ни количество жертв, ни личности нападавших, ни мотивы их действий. Правда, как утверждают, группировка «Исламское государство» уже взяла на себя ответственность за парижскую бойню. Но окончательные выводы делать пока рано. Есть также информация от выживших заложников, что террористы говорили по–французски без акцента. А это подразумевает возможность того, что как минимум некоторые из них родились и выросли во Франции. Поводом для атаки может быть объявлено участие французской авиации в бомбардировке позиций «Исламского государства», однако причины, приведшие к этому, намного глубже. Их много раз перечисляли, нет смысла подробно вновь останавливаться, но вкратце напомнить о некоторых из них стоит.

Французские власти уже очень давно проявляли излишнюю беспечность по отношению к не иссякающему потоку мигрантов из своих бывших колоний, в том числе из тех стран арабского мира, где радикальные исламисты находятся (или находились) на гребне политической волны (Сирия, Алжир), по возможности не возлагая на себя труд «отделять зёрна от плевел». При этом правила пересечения французских границ, а тем более натурализации для граждан ряда государств Восточной Европы, например, той же Украины, были весьма и весьма непростыми. В результате политика мультикультурализма привела к перенасыщению Пятой Республики ментально чуждым населением, не готовым жить по законам страны, предоставившей убежище.

Кроме того, Франция в последние годы совершила ряд промахов во внешней политике, которые вполне можно охарактеризовать легендарными французскими же словами с более чем двухсотлетним стажем: «Это хуже чем преступление – это ошибка». И эти «ошибки» только развязали руки джихадистам. Именно президент Пятой республики Николя Саркози был на острие западной рапиры, умертвившей стабильную и процветающую Ливию. Вместо Джамахирии на карте Северной Африки образовался гнойник, сочащийся экстремизмом и экспортирующий его на северный берег Средиземного моря. Французским властям этого показалось мало – и они делали всё, чтобы без прямого военного вторжения уничтожить режим Башара Асада в Сирии, единственную реальную преграду на пути исламистов в регионе Леванта.

Во внутренней политике французское руководство отчаянно пыталось (и пытается) дискредитировать Марин Лё Пен и возглавляемый ею «Национальный фронт», выступающий за ограничение миграции, защиту традиционной семьи, восстановление границ и суверенитет Франции на своей территории, что подразумевает коренной пересмотр отношений с ЕС вплоть до выхода из Союза. «Национальный фронт» действительно возник как крайне правая организация маргинального типа, но с того момента очень много воды утекло в Сене. После передачи руководства партией от престарелого, но всё ещё, увы, не в меру активного праворадикала Жана–Мари Лё Пена в руки его умной дочери, «Фронт» отказался от прежнего ультраправого эпатажа, переформатировавшись в консервативную политическую силу. Такие метаморфозы пришлись очень не по душе как лево-, так и правоцентристам, которые уже мало отличаются друг от друга: ведь на электоральном поле появилась мощная партия с идеями, в корне противоречащими давно сгнившему мультикультурализму. Кстати, раскол в семье Лё Пенов в связи с этим принял весьма острые формы: не так давно отец-основатель «Национального фронта» был со скандалом изгнан из него за антисемитские высказывания и одобрение деятельности маршала Петена, возглавившего коллаборационистское правительство Виши во время Второй мировой. 

Парижские теракты, несомненно, придадут большей убедительности программе «Национального фронта» в глазах избирателей. На какое–то время. А потом люди забудут, как всегда и всё забывают: память – не главное достоинство народных масс. Ведь этот год начался для Парижа с теракта, когда была расстреляна редакция сатирического еженедельника «Шарли Эбдо». И что же? Сами уцелевшие сотрудники «Шарли» на своих страницах не уставали весь год глумиться над человеческим горем. А на примере кровавой пятницы, 13-го, без труда заметно, как долго продержалась бдительность сотрудников спецслужб. И не где–нибудь, а в столице! Именно восхитительно короткая память людей заставляет сомневаться, что правители европейских стран сделают далеко идущие выводы из парижской трагедии. Нет, теоретически итогом ноябрьской бойни может стать и начало конца «шенгена», и переосмысление внутренней политики странами ЕС, и более здравый, сбалансированный их курс в отношениях с мусульманским миром и т.д. Но это теоретически.

Подобные по размаху теракты уже были в недалёком прошлом в государствах Евросоюза. И Мадрид (11 марта 2004 года), и Лондон (7 июля 2005 года) испытали на себе удары исламистов. Тем не менее никаких принципиальных изменений в оценке внешнего мира и места Европы в нём у тамошних политиков не произошло. Сейчас, после парижской бойни, будет естественно, если страны, входящие в Шенгенскую зону, начнут вводить ограничительные меры, тем более, что Швеция, Норвегия и Дания уже до того предприняли определённые шаги в этом направлении, а Венгрия, Австрия и Словения возводят на своих границах заборы из колючей проволоки.

Быть может, европейские лидеры ухитрятся согласовать меры для приостановки наплыва мигрантов в тех колоссальных размерах, как это происходит сейчас. И есть все основания полагать, что на некоторое время вновь вырастет бдительность силовиков в местах скопления людей. Но надолго ли?

Бессистемная компанейщина, которую так любят в России, не менее любима и в ЕС, если речь идёт о явлении, с которым не желают или не могут бороться. И в сравнительно скором времени, если только исламисты не ухитрятся поставить теракты в европейских странах на поток, вновь зазвучат толерантные голоса, зазывающие мигрантов (хотя эти же самые голоса горячо требовали бомбардировки жилищ и разрушения быта тех же самых людей на их родине, превращая их в беженцев). И борьба за сохранность Евросоюза потребует следования духу и букве Шенгенских договорённостей в полном объёме. Кстати, аргументом для сохранения «шенгена» может стать, например, наличие французского гражданства у парижских террористов. Еврочиновники, пожав мужественными плечами, заверят общественность, что дело не в мигрантах – террористы, дескать, доморощенные. И вполне вероятно, что практика бездумного приёма беженцев вперемешку с экстремистами спустя некоторое время возобновится.

Ещё одним аргументом для возвращения всего на круги своя может стать активизация реальных ультраправых, фашиствующих сил в Европе в целом и Франции в частности. Теракты во французской столице вызовут антимусульманские настроения вне зависимости от того, кто реально за ними стоит. Соответственно, нельзя полностью исключать, что это спровоцирует и коллективную месть групп, и персональную вендетту одиночек, подобных норвежцу Брейвику, с той только разницей, что они будут убивать не белых людей во имя сохранения белой расы, а несчастных обездоленных беженцев во имя борьбы с террористами. Справедливое негодование по поводу насилия неонацистов над невинными людьми, если таковое будет, тоже может стать славным оправданием отмены ранее принятых ограничительных мер для европейских чиновников. Но самое интересное, что Европа вполне способна уклониться даже от принятия этих временных мер.

А если так, то результаты будут печальны. Ибо среди религиозных экстремистов Ближнего Востока всегда найдётся тот, кто модернизирует крылатую фразу «Увидеть Париж и умереть» в более насущное «Увидеть Париж – и убить». Хотя почему лишь Париж? Европа не такая уж маленькая, а террористы от поиска места, где резонанснее, могут временно сконцентрировать свою деятельность в месте, где безопаснее (для них). И ведь Украина – цэ Европа. Пусть только географически.

Автор: Владислав Гребцов

 



4
Скачивайте мобильное приложение ТАЙМЕРА для вашего мобильного телефона на iOS или Android!

Новости партнёров:

Видео

«Нулевой тайм»: одесские футбольные фанаты атаковали болельщиков «Манчестер Юнайтед»

Вечером 8 декабря перед матчем луганской «Зари» и «Манчестер Юнайтед» на одесском стадионе «Черноморец», в парке Шевченко колонну британских болельщиков атаковали местные футбольные хулиганы.