Главная / Мысли вслух

Хроника дня

Переживёт ли Украина «окончательное решение русского вопроса»?

Как известно, война — продолжение политики другими средствами. Когда возникает конфликт интересов, который не получается разрешить мирным путём, стороны берутся за оружие, и спустя некоторое время проигравший оказывается силой принуждён к уступкам вплоть до полной капитуляции.

Рассматривая в этом аспекте гражданскую войну в Украине, несложно понять, какой именно кризис породил эту войну. Речь идёт о кризисе между двумя автономно существующими в государстве политическими нациями: «русскими» и «украинскими» украинцами.

Стоит отметить, что этот кризис вовсе не уникален. В том или ином виде с ним столкнулись практически все государства постсоветского пространства. После распада СССР каждое из этих государств обнаружило, что на его территории помимо «титульной нации» проживает изрядное количество этнических русских, а также представителей других национальностей, идентифицирующих себя с русскими. В Украине этих «примкнувших» принято, в зависимости от точки зрения и уровня толерантности, называть «русскоязычными» или «русифицированными».

 

В различных государствах были реализованы разные пути решения «русского вопроса». Например, в Белоруссии и Казахстане русскоязычная фракция была полностью признана как полноценный и самостоятельный участник политического процесса, что обеспечило практически полное отсутствие конфликтов между «титульными» и «русскоязычными» гражданами.

В других странах (Прибалтика, Молдова, страны Средней Азии) был реализован другой подход: признание русских и русскоязычных «наследием периода советской оккупации» и проблемой, которая, так или иначе, должна быть решена.

К примеру, в Прибалтике для этой цели был введён статус «неграждан», в Молдове и Средней Азии запущены процессы жёсткой дерусификации. Там, где «нетитульные» русские и русскоязычные появились преимущественно в советское время, составляли относительно небольшую часть населения и не имели территорий компактного проживания, эти процессы проходили легче. Но там, где «нетитульные» были коренными жителями, националисты сталкивались с существенными проблемами.

 

Так получилось, например, в Молдавии. Большая часть территории страны была населена преимущественно этническими молдаванами. Но за Днестром начиналась земля, где этнические русские, молдаване и украинцы были представлены примерно поровну, а в культурно-политическом плане преобладали «русские и русскоязычные». Именно поэтому попытки Кишинёва провести быструю дерусификацию вызвали резкое и организованное сопротивление «нетитульных» Приднестровья. Развитием кризиса стала война 1994-го года.

Ситуация в Украине скорее напоминала Молдову, чем, скажем, Прибалтику: «нетитульные» в юго-восточных регионах зачастую составляли большинство населения, а кроме того являлись коренными обитателями этих территорий. И поэтому в значительной части страны наблюдалось и наблюдается крайне скептическое отношение к претензиям «титульной нации» на тотальное доминирование.

Украина в целом избрала «молдавско-прибалтийский», нежели «белорусско-казахский» путь. И можно было ожидать, что события здесь будут развиваться по молдавскому (точнее, приднестровскому) сценарию. К счастью, тогда этого не произошло. От гражданской войны Украину спасло то, что политика украинизации в этот период носила умеренный характер. Кучмовская политика «многовекторности», нашедшая своё наиболее яркое отражение во внешней политике, проявлялась и в политике внутренней. Да, «титульные» получали законы и другие нормативные акты, способствовавшие украинизации образования, культурной, экономической и общественно-политической жизни. Но строгость законов компенсировалась необязательностью их выполнения, и русскоязычные в целом могли достаточно свободно использовать русский язык там и в тех объёмах, в которых хотели. В течение десятилетней эпохи Кучмы «русский вопрос» отошёл на второй, если не на третий план.

Всё изменилось в 2004 году, когда в борьбу за место главы государства вступили два Виктора — Ющенко и Янукович. Фактически оба они построили свою кампанию на «русском вопросе» и пересекающихся с ним темах: Ющенко позиционировал себя как кандидат «титульных» (национальная идеология, евроинтеграция и т.п.), тогда как Янукович избрал для себя имидж кандидата от русскоязычных и пророссийских граждан.

 

Ющенко удалось мобилизовать «титульных» и на их плечах прийти к власти. Результатом стало резкое ужесточение государственной политики в культурной сфере. Началось жёсткое «продавливание» на государственном уровне определённых исторических концепций (касающихся, в частности, взглядов на Мазепу, «Голодомор», ОУН-УПА и т.п.). Во внешней политике произошло резкое охлаждение отношений с Россией — при столь же резком повороте Украины к Западу.

Однако такая политика — в точности по приднестровскому сценарию! — вызвала резкое сопротивление тех, кого предстояло украинизировать. К счастью, у русскоязычных не было нужды браться за оружие: у них было (точнее, им казалось, что было) легальное представительно в виде Партии регионов. В «других средствах» нужды вроде бы не было.

Уже в 2006-м году Партия регионов получает самый большой результат на парламентских выборах, Виктор Янукович становится премьер-министром. В 2010-м году Янукович одерживает победу на президентских выборах, что было однозначно трактовано как поражение «титульных» и победу «русской партии». Но ирония ситуации заключалась в том, что Янукович, пришедший к власти на плечах «русской партии», вовсе не являлся выразителем её интересов. Вскоре после своей победы он поставил крест на всех надеждах «нетитульных», открыто заявив о том, что не намерен осуществлять федерализацию страны, придавать русскому языку статус второго государственного а, кроме того, придерживается европейского внешнеполитического вектора.

 

Результаты дали знать себя уже на парламентских выборах 2012-го года: если в 2010-м Януковича поддержали 12,5 миллионов граждан Украины, то в 2012-м за Партию регионов проголосовали только шесть. В целом, Янукович за время своего правления пытался возродить времена кучмовской «многовекторности» во внешней и внутренней политике. Но специфика момента заключалась в том, что такая политика уже не была приемлемой ни для одной из сторон. Пять лет жарких баталий расшатали фундамент внутриполитической стабильности, созданный за кучмовское десятилетие. Фактически, общество вернулось в то же состояние, в котором находилась Молдова накануне Приднестровского конфликта.

Если Янукович не был для «русской партии» своим, то «Евромайдан» определённо воспринимался ей как нечто чуждое и враждебное. Осенью и зимой 2013-2014 годов юго-восток не стал поддерживать ни Януковича, ни «Евромайдан». Но после того, как победа последнего стала реальностью, «русскоязычные» столкнулись с перспективой повторения «ющенковской эпохи», но в куда более жёсткой форме. Акции так называемой «Русской весны» (конец февраля — начало марта 2014-го) не были акциями в поддержку Януковича. Люди, выходившие на многотысячные манифестации в городах Юго-востока, пытались добиться того, чтобы поражение Януковича не стало поражением для тех идей, к которым тот некогда апеллировал и которые позже предал.

 

Ещё одной проблемой являлось то, что участники «Русской весны» не имели формального политического представительства: Партия регионов, во-первых, дискредитировала себя в их глазах, во-вторых, её лидеры были деморализованы и дезориентированы, в-третьих, фигуры второго-третьего эшелона предпочли искать расположения у новых властей. Оставшиеся были либо малоизвестны, либо недостаточно авторитетны, либо слишком пассивны. Иными словами, «Русская весна» не имела средств для влияния на ситуацию обычными политическими методами.

Детальная история событий февраля-апреля 2014-го года непременно станет предметом изучения историков. Им, безусловно, будет крайне интересно изучить всё хитросплетение процессов, приведших к тому, что страна уверенно перешагнула порог гражданской войны. Должной оценке подвергнется и влияние России, и причины странной неуступчивости киевских властей, и спектр политических взглядов участников «Русской весны», и роль средств массовой пропаганды, и многое другое.

 

Ясно одно: идущая в Украине гражданская война и по форме, и по сути есть ничто иное, как Приднестровье, отложенное на 10 лет. Ключевым конфликтом, лежащим в основе этой войны, является стремление русских и русскоязычных граждан Украины добиться реального равенства с «титульными», политического признания своей равноценности и полноправности на высшем государственном уровне. И государственный статус русского языка, и федерализация являлись в глазах участников «Русской весны» лишь средствами в достижении этой цели. А сепаратизм стал лишь крайней формой выражения этих стремлений.

При этом, к настоящему моменту «титульной» националистической партии удалось добиться максимально выгодной для себя постановки вопроса. Все группы и течения «Русской весны» поставлены фактически и практически вне закона. Не важно, что являлось или является их целью и идеалом реальное разделение Украины, её федерализация, политические права русскоязычных или что-либо иное. Все они в равной степени были записаны во враги государства или хотя бы деструктивные элементы. Туда же записываются и все, кто, так или иначе, ставит под сомнение необходимость жёстких мер по «борьбе с сепаратизмом». С другой стороны, в «приличном обществе патриотов-государственников» обсуждения массовых арестов, депортаций, лишений гражданства, конфискации имущества или просто банального убийства неблагонадёжных в политическом отношении граждан более не являются сколь угодно табуированной темой.

Иными словами, в настоящее время созданы все условия для окончательной победы над «русской партией» путём её полного политического уничтожения и изгнания из всех сфер сколь угодно публичной общественной жизни. Всё то, чего раньше предполагалось достигать многолетней и многотрудной ассимиляцией, теперь, кажется, стало возможно решить победой в одной военной кампании.

 

Вот уже и президент Пётр Порошенко заявил о прекращении празднования 23 февраля, а также подготовке законопроектов о запрете использования советской символики... Но сможет ли Украина пережить попытку «окончательного решения русского вопроса»? Война на Донбассе развивается вовсе не так успешно, как предсказывали отечественные аналитики. И даже если её удастся завершить победой в кратчайшие сроки, военный конфликт уже нанёс экономике страны колоссальный ущерб. Более того, нет никакой гарантии, что география вооружённых конфликтов ограничится одним лишь Донбассом. Нарастает напряжение в Одессе, Харькове и Запорожье. Неспокойны Бессарабия и Закарпатье. Не добавляют оптимизма и ожидание усугубления экономических проблем: рост курса доллара и цен, подорожание коммунальных услуг, грядущее сворачивание жизненно важных экономических контактов с Россией. И не выйдет ли так, что, увлекшись украинизацией, идеологи этого процесса в один прекрасный день очнутся в стране, сжавшийся до размеров этнически-однородной Украины?

И, наконец, самое главное: всего того, что происходит сейчас в Украине, вообще могло бы и не быть. Ни федерализация, ни государственный статус русского языка (чего было бы вполне достаточно «русской партии», по крайней мере, до конца апреля 2014-го года) не противоречат сохранению территориальной целостности Украины, что описывают как свою главную цель сторонники АТО. Ни Казахстан, ни Белоруссия, признавшие равноправие «русской партии», не лишились из-за этого ни территорий, ни суверенитета (что прекрасно иллюстрирует политика Лукашенко по отношению к украинскому кризису и российской экономической войне с Западом). Данная война совершенно бессмысленна, так как не существует ни одной проблемы, которую нельзя было бы решить без неё. И в этом — наша огромная общая трагедия...

Автор: Юрий Ткачёв

7
* Данный материал опубликован на правах блога. Он отражает субъективное мнение его автора, которое может не совпадать с позицией редакции.
Подписывайтесь на наш канал в Telegram @timerodessa (t.me/timerodessa) - будьте всегда в курсе важнейших новостей!
Чтобы оставить комментарий, авторизируйтесь через свой аккаунт в

????????...

Видео



????????...