Главная / Мысли вслух

 

Материалы по теме

Новости Одессы

Художника Одесской киностудии наградили за «Солнечный удар»

Художник-постановщик Одесской киностудии Валентин Гидулянов получил премию Национальной Академии кинематографических искусств и наук России «Золотой орел» за фильм «Солнечный удар» режиссёра Никиты Михалкова.

1 3
Новости Одессы

Российский режиссёр удалил из фильма сцены, снятые в Одессе

Непосредственно перед выходом в прокат снятой в Одессе киноленты «Солнечный удар» российский кинорежиссёр Никита Михалков вырезал из фильма все сцены, на которых запечатлены всемирно известные городские достопримечательности.

1

Хроника дня

«Солнечный удар» Михалкова: искусства ради или скандала для?

Никита Михалков снимает в Одессе «Солнечный удар» Бунина. Знакомые с творчеством писателя в лёгком недоумении: где «Солнечный удар» и где – Одесса?

Напомню, действие рассказа «Солнечный удар» происходит где-то в российской глубинке. Офицер знакомится на пароходе с замужней дамой, между ними вспыхивает страсть. Они сходят на берег в безымянном городке, чтобы провести здесь ночь и утром расстаться навсегда. Она уезжает первым же пароходом, он – по её настоятельной просьбе – остаётся ждать следующего, проводя в сонном городке день, составленный из душевных терзаний и попыток убить время.

Короткая, трогательная, по-бунински лирическая, мастерски выписанная история человеческих переживаний, не имеющая, очевидно, к Одессе ну совершенно никакого отношения. Причём здесь Приморский бульвар, красноармейцы, белогвардейцы, пулемёты, которые могут видеть на съёмках кинофильма одесситы? Всё это будет позже, много позже – и совсем в другом мире…

А дело всё в том, что бунинский «Солнечный удар» в сценарии Михалкова соединён с другим бунинским же произведением – «Окаянными днями», действие которых действительно частично происходит в революционной Одессе.

Трудно представить себе два менее похожих между собой литературных произведения – несмотря на то, что принадлежат они перу одного и того же автора. О «Солнечном ударе» я уже написал выше, а «Окаянные дни» – лоскутное одеяло дневниковых записок о событиях 1918-1919 годов. Что-то вроде булгаковских «Записок на манжетах», писанных, кстати, примерно об этом же времени.

В «Окаянных днях» нет и намёка на психологическую лирику «Солнечного удара». Произведение пышет нескрываемой ненавистью к новому времени, революции и тем, кто эту революцию поддерживает. И не важно, кто это: красноармеец, который «с обезьяньей быстротой щёлкал подсолнухами», поэт Владимир Маяковский, изображённый Буниным откровенным дегенератом, вчерашние приятели и коллеги, сегодня осмеливающиеся видеть нечто хорошее в режиме или даже отдельных его представителях. Обо всех них Бунин пишет с неутолимой, непрощающей злобой и каким-то физиологическим отвращением. С тем же отвращением пишет он и о простом люде, оглушённом и одновременно воодушевлённом происходящими грандиозными событиями. «Служит чуть не двадцать лет и всегда был неизменно прост, мил, разумен, вежлив, сердечен к нам. Теперь точно с ума спятил», – недоумённо пишет Бунин о поведении слуги своего брата в первые дни 1918 года.

Для Бунина, потомственного дворянина, крушение дворянского мира и не может восприниматься иначе, чем крушение мира в принципе. Бунин питает к революционной России такую жгучую ненависть, что готов согласиться на её оккупацию буквально кем угодно: хоть немцами, хоть Антантой, хоть японцами. Да хоть бы и чёртом самим – лишь бы этот самый чёрт загнал бунтующее быдло обратно в трущобы рабочих посёлков и вернул на улицы городовых, охраняющих привычный миропорядок. Злые, желчные, глумливые, исполненные тоски и страха перед будущим – таковы «Окаянные дни», и именно в этом смысле они представляют ценность для мировой литературы.

 

Так почему же два столь разных произведения оказались объединены в обложке одного сценария? С чисто художественной точки зрения понять несложно: в «Солнечном ударе» присутствует сюжет, но отсутствует фактура для зрелищных сцен. Эпичное кино, на котором специализируется Михалков, по этому рассказу не снимешь, здесь была бы уместнее какая-нибудь малобюджетная короткометражка, ради которой мэтру российского кино даже с дивана вставать как-то не к лицу. В «Окаянных днях», напротив, фактуры хоть отбавляй: пьяная солдатня и матросня, торжествующее быдло, обыски и расстрелы дворян, офицеров и интеллигенции. Да ещё и дело происходит в Одессе, а Одесса нынче у киношников в моде! А вот сюжета как такового в «Окаянных днях» не наблюдается: дневниковые зарисовки они дневниковые зарисовки и есть.

Итак, берём из одного произведения сюжет, из другого – исторический фон. В принципе, рабочий рецепт. Да только произведения всё-таки уж слишком разные: и по теме, и по духу, и по формату. Органично совместить их в одно целое вряд ли получится, скорее всего, одно будет доминировать, превалировать над другим.

Что будет главным, а что будет второстепенным, Михалков, в общем-то, дал понять вполне прямо. «Это будет фильм не о любви, а о том, как погибала Россия», – заявил режиссёр в одном из интервью. Иными словами, на переднем плане будет всё-таки революция, а любовь офицера и таинственной незнакомки выступит сюжетной скрепой для сумбурных картин из «Окаянных дней».

И вот тут-то у меня как одессита возникает масса вопросов. Дело в том, что записки Бунина совершенно не отображают реалий революционной Одессы. В конце концов, сам Бунин – не одессит, он как раз и сбежал в Одессу от революции, а потом, когда новая власть окончательно установилась и здесь, сбежал и из самой Одессы. Одесского колорита в них не найти (разве что постоянного, витающего над городом страха еврейских погромов).

 

Да и Бог бы с ним, с колоритом! В записках отсутствует более важное: там нет ничего, что позволило бы не знакомому с происходящим читателю понять для себя внутренние, глубинные механизмы происходящих событий, тот драматический конфликт между очевидно отжившим своё старым и только что родившимся, не успевшим ещё сформироваться и подчас уродливым новым. Да и не ставил Бунин целью как-то цельно описать одесские реалии того времени. Недаром в них нет ни одного уверенного сообщения о том, что вот, мол, что-то произошло или вот сейчас происходит. Информация о событиях подаётся в виде слухов, сплетен и прочего, и правды в них – едва ли половина.

«Окаянные дни» – это личные, индивидуальные, сугубо субъективные впечатления о происходящем, выраженные через отдельные, выхваченные из общего круговорота картины, сцены и образы. Это – живая боль и смятение конкретного человека.

Но это – книга, а фильмы не снимают от первого лица. Реальность фильма всегда подаётся зрителю как объективная и абсолютная. Визуальный ряд сразу даёт готовые рецепты того, как надо понимать происходящее на экране. Так что Михалкова ожидает неприятнейший гамбит: пожертвовать бунинским субъективизмом ради сохранения соответствующего реальности отображения событий – либо снять очередную чернуху про благородных и чистых душой белогвардейцев, угнетаемых пьяным и тупым быдлом в кожанках. В первом случае это будет не Бунин, во втором – это будет не Одесса, да и не революционная Россия вовсе!

Не знаю, каким образом выйдут из этой ситуации создатели кинофильма, который буквально в эти дни снимается на Приморском бульваре (подозреваю, что выбран будет путь чернухи). Но, возможно, правильнее всего было бы и вовсе не ставить себя перед подобным выбором, избрав для экранизации какое-то более киногеничное (если можно так сказать) произведение. Это если у авторов проекта изначально не было цели снять фильм-скандал, бередящий всё ещё незажившие раны, нанесённые Гражданской войной. 

Автор: Юрий Ткачёв
Фото: Сергей Ляшонок

24 3
* Данный материал опубликован на правах блога. Он отражает субъективное мнение его автора, которое может не совпадать с позицией редакции.
Подписывайтесь на наш канал в Telegram @timerodessa (t.me/timerodessa) - будьте всегда в курсе важнейших новостей!
Чтобы оставить комментарий, авторизируйтесь через свой аккаунт в

????????...

Видео



????????...