Главная / Неформат

 

Хроника дня

Кино 90-х. Часть 1. Бегство. Ностальгия. Надежда

90-е годы... Те самые, которые теперь стали лихими и незабываемыми.

Для большинства простых людей — нищая жизнь «от получки до получки» на фоне страданий героев мексиканских сериалов под грохот пальбы на улицах. Для многих нынешних власть имущих — обагренный кровью бандитских разборок старт карьеры, накопление первоначального капитала из «отжатых» у конкурентов ларьков и приобретенных за бутылку земельных участков. Для молодёжи — совершенно уникальное детство, наполненное импортными жвачками, игровыми приставками, гнусавыми голливудскими боевиками и заслушанными до дыр кассетами с роком и попсой.

Культурное наследие рухнувшей советской империи, некогда самой читающей страны мира, смешавшись с «загнивающими» идеалами американской мечты, худшие культурные «выкидыши» которой лавиной хлынули на постсоветское пространство, породили страшное и уродливое, но весьма оригинальное и любопытное явление под названием массовая культура 90-х.

Все нравственные идеалы, жизненные принципы, моральные установки, которые десятилетиями воспитывались в советских семьях, в течение нескольких лет были развращены, поруганы и заменены новыми, более соответствующими духу времени. На смену нравственности пришёл разврат, скромность трансформировалась в эпатаж, мужество заменил культ физической силы, чувство долга — жажда наживы, понятие «цель в жизни» измельчилось до сиюминутной целесообразности, а мораль вообще перешла в разряд абстракций.

Пройдёт немало времени, прежде чем опьянённые неожиданно наступившей эрзац-свободой люди осознают, что дорогие шмотки и шикарные тачки — это ещё не всё в жизни, что даже в атмосфере тотального беспредела и безнаказанности нельзя падать на самое дно «потреблятства», нужно оставаться хотя бы подобием homo sapiens. Правда, поймут это далеко не все — многие так и останутся рабами желудка и тщеславия, спрятав собственное ничтожество под маской состоявшегося современного человека, «укомплектованного» бездной электронных гаджетов и погрязшего в онлайн-играх и социальных сетях. Но это, как говорится, уже совсем другая история.

Все вышеперечисленные процессы, происходившие в тогдашней жизни, не могли не найти своего отражения в кинематографе 90-х. Бандиты и алкаши, работяги и остатки интеллигенции, разочарованные пенсионеры и очарованные дети, нищие и «новые русские» в разных сочетаниях так или иначе вышли на экраны старых и новых телевизоров, перемешались с бесконечной рекламой «Тампаксов», шутками Якубовича и многосерийной бразильской любовью, и стали олицетворением той страшной и забавной эпохи. Для многих актёров театра и кино, пользовавшихся заслуженной славой в Советском союзе, которых в 60-70-е годы обожала и буквально носила на руках вся страна, девяностые обернулись настоящим кошмаром, связанным с кризисом невостребованности.

Вчерашние звёзды отечественного кинематографа, без которых не обходилось ни одно праздничное застолье в миллионах квартир на одной шестой части суши, вдруг в единочасье оказались никому не нужны. Спонсоры и новомодные режиссёры просто не видели их в роли киллеров или проституток, предпочитая находить новые «таланты» в толпе — благо, было из чего выбирать. И те, кто не хотел размениваться по мелочам, снимаясь в откровенно дешёвых и пошлых комедиях и боевиках, коих в ту пору расплодилось великое множество, были обречены на прозябание и смерть в нищете и безвестности, подтверждая на практике, что слава — воистину вещь преходящая.

Вообще кино 90-х — это в своём роде уникальная, ни на что не похожая гремучая смесь, состоящая из множества противоречивых компонентов. Общая атмосфера уныния и глухой беспросветности, отчаянное неприятие окружающей действительности и стремление убежать от нее куда угодно — хоть в Америку, хоть в алкогольный дурман, хоть в несуществующую сказочную страну, хоть на другую планету, подчёркнутая абсурдность и гротескность происходящего на экране, уклон в мистику, непременное наличие обнажённой натуры (ну ещё бы, 70 лет запрещали голых баб показывать), напыщенное отрицание и всяческое поливание грязью «совкового» прошлого, откровенно тупой и пошлый юмор...

Вместе с тем, в серой безликости огромного количества бездарных картин тех лет есть и своеобразные «алмазы в мусорной куче» — фильмы, не лишённые определенного мрачного обаяния, в которых чётко прослеживаются достаточно глубокие философские мысли и идеи. Не претендуя на глобальность и всеобщность анализа, хотелось бы вкратце остановиться на наиболее оригинальных кинофильмах тех непростых времён, в той или иной мере очертивших философскую проблематику лихих 90-х...

Бегство

Своеобразным кинопрологом эпохи постперестроечного хаоса и разрухи, на мой взгляд, является фильм одного из величайших мастеров советской комедии Эльдара Рязанова «Небеса обетованные», снятый в 1991 году. На смену веселым рабочим — строителям коммунизма 50-х, бравым «целинникам» и борцам с бюрократией 60-х, скромным и смешным номенклатурным труженикам 70-х, грустным и уставшим от монотонности жизни интеллигентам 80-х на экранах появляется образ человека 90-х — ощущающего себя никому не нужным, брошенным на произвол судьбы, выдворенным новыми хозяевами жизни на её задворки. Этот образ последовательно проходит через чуть ли не все фильмы 90-х — затурканный и обезличенный человек, когда-то искавший и находивший свое место под солнцем, а теперь скатившийся к самому низу социальной лестницы и ударившийся во все тяжкие. Таковы новые персонажи Рязанова, сменившие зоологов-гаражестроителей и влюблённых работников статистики.

Они живут на свалке, но даже и там самим фактом своего существования отравляют жизнь городским властям, ведь в рамках новоявленной дружбы с Америкой на этом месте просто необходимо построить завод по производству контрацептивов. Как эти люди очутились на свалке? Да все по-разному. Кого-то довела любовь к сладкой жизни и собственные творческие амбиции, кто-то отсидел и не смог потом заново адаптироваться в жизни, кто-то за старостью лет выброшен собственными детьми на улицу как ненужная более вещь... Не обходится, понятное дело, без обычных алкоголиков и городских сумасшедших. Тем не менее, несмотря на всю грязь и пороки, распространённые среди жителей свалочного «города-героя», они остаются обычными людьми, со своими убеждениями, верованиями, страданиями, увлечениями и единым на всех желанием – хоть как-то выжить. И вот, все эти люди наивно поверили в контакт с инопланетянами, в возможность зажить нормальной жизнью на другой планете.

Но светлая мечта разбивается о суровую реальность. «Это же ваши братья и сестры!», — восклицает персонаж Леонида Броневого, обращаясь к солдатам, пришедшим ликвидировать свалку и «размещать» её жителей по домам престарелых, тюрьмам и психушкам. Но голос отставного полковника глохнет в шуме гусениц танка-бульдозера.

В финале главные герои фильма улетают на паровозе в ночные небеса, сплотившись перед лицом внешней опасности и забыв о междоусобных разногласиях, прочь от своей странной родины, которая когда-то дарила им счастье, а теперь бесцеремонно стряхивала со своих «лесов, полей и рек». Отдельно стоит упомянуть о мрачном юморе и гениальных цитатах — их в фильме хоть отбавляй. Чего только стоит, например, пророческий диалог героев Броневого и Гафта: «Сегодня многие, которые сидели, вышли в президенты, а те, кто сейчас президенты, ещё сядут!», или разговор Соломона-Карцева с президентом свалки-Гафтом накануне свадьбы: «Так, у меня есть вполне приличный костюм. Я в нём защищал диссертацию. Сейчас я его принесу. — Да ты что, Соломон! Я же в него не влезу! — Ну, я был тогда полнее. — И выше?! — ... (с непередаваемой грустью и гордостью) И выше...»

Ностальгия

Невероятно, но факт: уже тогда, в самом начале 90-х годов, в пору наконец-то победившей гласности и демократии, люди начинали понимать, что происходит что-то не то, и потихоньку скучать по былым, тоталитарным, но спокойным временам. За что, как говорится, боролись... Об этой зарождающейся в народе ностальгии по СССР, которая со временем приобретёт невиданные масштабы, а также о неуёмном желании сбежать подальше от этой новой жизни, которая казалась такой притягательной, а на поверку оказалась чужой и холодной — фантастическая драма Георгия Шенгелии 1993-го года «Стрелец неприкаянный», с Владимиром Ильиным в главной роли.

Бывший журналист Герман, вернувшись в Россию из Парижа и получив от деда целый чемодан уже никому не нужных советских рублей, находит в подвале старой дачи коридор во времени и попадает аж в 1966 год. На фоне разгула бандитизма, дефицита продуктов, непомерно взвинченных цен и «валютных» магазинов 90-х начало брежневской эры выглядит прямо-таки благословенными временами — шутка ли, ведро яблок стоит всего один рубль!

Однако насладиться всеми прелестями благополучия той сытой эпохи Герману в полной мере так и не удается. Начав скупать дешёвые золотые украшения из прошлого и перепродавать их по рыночным ценам 90-х, он с чисто русским невезением умудряется вляпаться во все возможные неприятности и терпит полное фиаско: в одном времени на него охотятся бандиты, в другом — советская милиция. И хотя финал у фильма отвлечённо-счастливый, он не производит впечатление классического хеппи-энда. Наоборот, несмотря на невыразительную игру актёров и скучные диалоги, фильм, на мой взгляд, заставляет задуматься — а что же это мы такое построили, что хочется волком выть? За что все так активно боролись с советской системой — за вот эту убогую жизнь между нищенством и мафией?

Надежда 

Тема бегства от реальности — один из основных лейтмотивов кино 90-х, который так или иначе поднимается во множестве фильмов, приобретая под час самые неожиданные разрешения — такие как, например, путешествия во времени, как в фильме «Стрелец неприкаянный», или в пространстве, как в фантастической трагикомедии Юрия Мамина «Окно в Париж» того же 93-го года.

В дремучих дебрях питерской коммуналки интеллигентный учитель музыки Николай и его жлобоватый приятель, рабочий музыкально фабрики Горохов вместе с целой компанией собутыльников находят в прямом смысле слова окно в современный Париж.

Особый акцент в фильме, сообразно духу времени, делается на разительном контрасте между красивым городом на Сене и его одухотворёнными, но слегка сумасшедшими жителями, с одной стороны, и страшной нищетой, грязью, мерзостью и запустением города на Неве, его пропойцами, митингующими, хулиганами и злобными пенсионерами с другой. Случайно попавшая в Питер француженка приходит в ужас от увиденного, а вот российские дети, учащиеся дорогого и престижного лицея, побывав на экскурсии в городе любви и романтики, хотят навсегда остаться во Франции.

Их не смущает перспектива стать мойщиками машин или посуды, работниками Макдональдса, даже проститутками — зато в будущем они надеются перевезти сюда и родителей.

«Хорошо! Вы правы. Вы родились в неудачное время, в несчастной и разоренной стране. Но это же ваша страна! Неужели вы не можете сделать её лучше? Ведь многое зависит от вас, поверьте! Но вы ведь даже не пытались! Неужели вам всё это до лампочки?», — со слезами на глазах спрашивает миллионы детей по всему СНГ герой Сергея Донцова, который и сам попервоначалу хотел остаться в Париже. Это — один из самый сильных моментов кинофильма...

В итоге дети со своим учителем угоняют самолёт и летят домой. А взрослые не верят, что окно в Париж закрылось на ближайшие 20 лет, и упорно долбят стену, пытаясь сохранить себе возможность периодически сбегать из серых будней в красивую сказку. Фильм изобилует колоритными юмористическими персонажами: тут и старый дед, который ловит угрей в канале Грибоедова и не удивляется, что они пахнут дерьмом, раз всю жизнь живут в дерьме, и эмигрант-псевдопатриот, на словах безмерно тоскующий по России, но на деле отнюдь не готовый расстаться с обеспеченной, но никчемной парижской жизнью.

Режиссёр фильма железной метлой сатиры прошёлся не только по опустившимся на самое дно жителям Северной Пальмиры, но и по убогости нравов просвещенных французов, предпочитающих ходить в театр нагишом и игру на скрипке со смычком, зажатым между ног.

Очень метко показаны учителя питерского лицея, которые в угоду новым условиям жизни уделяют всё внимание маркетингу и менеджменту, забывая о главном — о воспитании нравственности. «Раньше вы воспитывали строителей коммунизма, теперь — капитализма, а в итоге получается одно и то же — жлоб, невежда и вор», — с грустью говорит главный герой.

Основная же философская проблематика фильма, с моей точки зрения, помимо уже упомянутого бегства от реальности, заключена в тех самых словах простого учителя Николая: луч надежды, осветивший смутные времена, шаткая вера в светлое будущее, хрупкая любовь к своей неказистой родине, стремление оставаться человеком несмотря ни на что, робкое желание изменить окружающий мир к лучшему...

Продолжение следует...

Дмитрий Остапов

8
Скачивайте мобильное приложение ТАЙМЕРА для вашего мобильного телефона на iOS или Android!

Новости партнёров:

Видео

Лузановка с высоты птичьего полёта

На YouTube-канале «Fly od wings», где выкладываются виды Одессы с воздуха, появился ролик, посвящённый Лузановке и району «Молодой гвардии».