Главная / Неформат

Хроника дня

Наш Ребе. Одесситы вспоминают Михаила Ивницкого

Колонны из корабельных канатов и «говорящие тряпки».

Вспомнить о замечательном человеке, профессионале, интеллигенте в музее Одесского академического театра музыкальной комедии имени Михаила Водяного собрались коллеги, артисты и журналисты. Штатной театралке ТАЙМЕРА Марии Гудыме тоже было, что вспомнить…

«Когда художник театра — не просто «оформитель» спектакля, но его полноценный соавтор, наравне с режиссёром–постановщиком: сценограф, создающий пластическое иносказание той истории, которую нам преподносят со сцены, строящий материальную среду этой истории так, что она наводит нас на размышления и подсказывает смыслы, – у такого мастера, несомненно, и актёры будут «в учениках», – говорит театральный критик Тина Арсеньева.


Директор театра музкомедии Елена Редько

Именно таким мастером был в Одессе Михаил Борисович Ивницкий, со дня рождения которого 19 февраля исполняется 90 лет. Михаил Ивницкий — многолетний главный художник Одесского академического театра музыкальной комедии имени Михаила Водяного, заслуженный художник Украины. За сорок лет работы в театрах Ивницким «материализованы» более 250 спектаклей – в Одессе и далеко за её пределами. В Ленинграде, в знаменитом БДТ были поставлены «Три мешка сорной пшеницы», и есть воспоминания гениального актёра Олега Борисова о том, как сценография помогала ему создавать образ своего героя. В Москве создал декорации в не менее популярном «Современнике» к спектаклю «Эшелон». Оформлял спектакли в Киеве, Баку, Екатеринбурге, Петрозаводске; в Венгрии, Чехии, Германии... А в Одессе начинал с русской драмы (в которой, даже уйдя в музкомедию, продолжал придумывать декорации, и в украинском театре без него также не могли обойтись).



Когда я, второкурсница театрального института, познакомилась с Михаилом Борисовичем, он был уже тем Ребе (так его за глаза называли в театральной среде), непререкаемым авторитетом, убелённым сединами. Но без малейшей спеси помогал мне познавать театр со стороны своей профессии, щедро тратил время на подготовку моих студенческих работ, терпеливо и подробно объясняя тонкости труда сценографа, рассказывая и об «Эшелоне», и о «Трёх мешках сорной пшеницы», и о своих излюбленных приёмах, тканевых драпировках, которые он скромно называл «тряпками» (а они «говорящие» были, и при помощи верёвок меняли положение на штанкетах, создавая совершенно разную среду!). И о «колоннах» из натянутых корабельных канатов (пока существовал Черноморский флот, такие материалы не были для театров Одессы в дефиците).



Михаил Борисович плохо слышал, но отлично видел и ярко мыслил – вот и вспоминает чудный артист Николай Завгородний, как Ребе однажды подсказал ему сделать своего персонажа «глухим», с первых шагов по сцене кричать громко, трубно, словно сам себя не слышит… Однако голос самого Ивницкого всегда был негромок. Мы говорили с ним и о житейских делах, о том, что всё пугающе резко переменилось в 90-х, он рассказывал, как тревожится за дочь и внуков, как увидел на улице беременную молодую женщину и поймал себя на мысли: «Боже мой, она же даже сейчас, в животе не может обеспечить ребёнка необходимым питанием, что же дальше будет?..». В «лихие» девяностые он оставался верным себе и профессии, не посчитал возможным пользоваться льготами участника войны, поскольку повоевать удалось после артучилища только два месяца. И творческой ревности не было в нём – привлёк к сотрудничеству со своим театром Станислава Зайцева, который впоследствии подхватил эстафету и теперь руководит художественной частью. Ребе тонко чувствовал самые разные театральные жанры; уважал артистов, независимо от их положения в труппе. Его любили во всех цехах, и часто он сам предлагал изменить какое–то своё решение, чтобы машинистам было удобнее менять декорации – неслыханный по нынешним временам пример.



Михаил Ивницкий стал главным художником музкомедии в 1968 году и оставался им до последнего своего дня, который наступил 15 апреля 1996 года. Едва отметив очередной юбилей, крепко задумался о необходимости переезда в Америку, где уже ждала его супруга, художник по костюмам Зоя Александровна Ивницкая, рвалось сердце между театром и семьёй, не хотелось стать «скверным» стариком, то есть сидящим в сквере на скамеечке. Зоя Александровна по скайпу тоже приняла участие в беседе, и не могла скрыть слёз…

Он пришёл в этот театр при блистательном режиссере Матвее Ошеровском, при ярких артистах — Юрии Дынове, Михаиле Водяном, Евгении Дембской (ей уже 96 лет, и она сохранила самые добрые воспоминания об оформленных им спектаклях, «гремевших» на весь Союз), Маргарите Дёминой, Идалии Ивановой. В тот год в труппу влились молодые, талантливые ученики и ученицы Ошеровского из Одесского театрального училища — Галина Жадушкина, Виктория Фролова, Валерий Барда–Скляренко, Владимир Фролов.


Народная артистка Украины Евгения Дембская


Народный артист Украины Владимир Фролов


В репертуаре театра по сей день есть спектакли, художником–постановщиком которых был Михаил Борисович. Это «Бал в честь короля», «Летучая мышь», «Моя прекрасная леди», «Свадьба Кречинского». Театр бережно хранит созданные его руками макеты к спектаклям, картины, эскизы. Помнится, в апреле 1991 года в одесском Доме актёра (сейчас там клуб–ресторан «Бернардацци») работал семинар режиссёров и художников театра РСФСР – свои эскизы и макеты представляли мастера из Ирбита, Перми, Томска, Ижевска, спорили до хрипоты, вели честные лабораторные разговоры, всё казалось, что вот-вот расцветёт по–новому искусство огромной страны. Были и перегибы – не одобрили макет декораций Ребе к спектаклю «Бал в Савойе», красивейший, лёгкий, праздничный, с чудо–лестницей, на которой оставался хор в то время, как на сцене показывались балетные номера …


«Великий микадо, или Брак по–японски»


«Скрипач на крыше»


«На рассвете»

«Почему бы художнику не настаивать, чтобы в репертуаре были спектакли, которые нужно не оформлять, а сочинять к ним сценографию?» – в запальчивости, с истинно комсомольским задором спрашивала одна серьёзная дама. Да что ж хотели эти милые в своей наивности люди от жанра оперетты: философских трактатов на сцене, крестов и гробовых крышек? Смешно вспоминать о них. А о нашем Ребе – легко и радостно. Верно, в лучшем из миров он понадобился, чтобы оформить некую грандиозную мистерию, видеть которую достойны лишь ангелы.

Фото: Пётр Катин

Автор: Мария Гудыма

14
Скачивайте мобильное приложение ТАЙМЕРА для вашего мобильного телефона на iOS или Android!

Новости партнёров:

Видео

«Нулевой тайм»: одесские футбольные фанаты атаковали болельщиков «Манчестер Юнайтед»

Вечером 8 декабря перед матчем луганской «Зари» и «Манчестер Юнайтед» на одесском стадионе «Черноморец», в парке Шевченко колонну британских болельщиков атаковали местные футбольные хулиганы.