Главная / Неформат

 

Хроника дня

Одесская «Зона турбулентности»: носилки-транспаранты, тонущие беженцы и дельфиньи крики роженицы

Между приватным и общечеловеческим.

Пятая Одесская биеннале современного искусства «Зона турбулентности» одну из своих экспозиций развернула в Музее западного и восточного искусства (Пушкинская, 9). Здесь соединились работы зарубежных и украинских авторов, глобальные проблемы и глубоко личные переживания, гипертрофированная символика и путевые заметки.

Одесская «Зона турбулентности»: носилки-транспаранты, тонущие беженцы и дельфиньи крики роженицы

Надо сказать, иностранным участникам приходится приезжать за свой счёт (или присылать работу) и не рассчитывать на гонорар, так как бюджет мероприятия невелик: 200 тысяч гривен от фонда «Відродження» да ещё 50 тысяч от Министерства культуры. Правда, в кулуарах говорят, что два автора, показавшие в музее имени Блещунова «мусорную» инсталляцию, потратились разве что на дорогу: мусор принесли и пустые пакеты закупили сами организаторы. Ну так и не стоит удивляться, что работу невысоко оценили — хаотично разбросать мусор может любой человек. Для этого не обязательно быть художником. А «ресайклингом», о котором твердили авторы и куратор, здесь и не пахло, нельзя тут ничего повторно использовать.

Но вернёмся в ОМЗВИ. Здесь никакого мусора, конечно, нет, экспозиция вполне статусная, достойная музейных стен. Работы Натальи Шульте (Украина), Ивона Чабровски (Германия), Занни Бегг (Австралия), Ивайло Христова (Болгария), Николя Вионне (Швейцария), Евгении Белорусец (Украина), Даниила Галкина (Украина) и Дарьи Кузьмич (Украина) выполнены в различных техниках, но ни одной не откажешь в добротности.

«Прошу передвигаться по залам осторожно, в нашей турбулентности уже несколько человек травмировались, были случаи выпадения из трамвая, — говорит зрителям куратор биеннале Михаил Рашковецкий. — Проходя между объектов Даниила Галкина, обратите внимание на сходство со свёрнутыми носилками, которые можно развернуть и превратить в транспарант или в красный коврик, красную дорожку, но не такую, как на кинофестивале...».

Название работы Галкина «Когда они пришли» говорит о той красной дорожке, по которой могут шагать правительственные ножки. А пробираясь между лесом красных рулонов, можно, по словам автора, «определить своё место в обществе и степень своей самодостаточности». Всё это, конечно, можно делать и без подобных действий, но не будем разрушать иллюзию современных творцов о нашей неспособности без них самоопределиться…

Одесская «Зона турбулентности»: носилки-транспаранты, тонущие беженцы и дельфиньи крики роженицы

Одесская «Зона турбулентности»: носилки-транспаранты, тонущие беженцы и дельфиньи крики роженицы

Ищут своё место зрители и среди персонажей видео Ивона Чабровски на полу — персонажам тесно, они наползают друг на друга. Но в промежуток можно «вписаться», другое дело — зачем. Толпятся и клубятся под фольгой (имеется в виду фольга от спасательных жилетов, но у любой домохозяйки возникает другая ассоциация: мясо запекается в духовке) невидимые тела беженцев, так стремившихся попасть в вожделенную Европу… Это произведение Николя Вионне, получившее название «Перенастройка» — из сильнейших на биеннале в целом.

Одесская «Зона турбулентности»: носилки-транспаранты, тонущие беженцы и дельфиньи крики роженицы

Одесская «Зона турбулентности»: носилки-транспаранты, тонущие беженцы и дельфиньи крики роженицы

Одесская «Зона турбулентности»: носилки-транспаранты, тонущие беженцы и дельфиньи крики роженицы

Одесская «Зона турбулентности»: носилки-транспаранты, тонущие беженцы и дельфиньи крики роженицы

А вот разбитый Ивайло Христовым на монохром украинский флаг — отдельно голубая часть, отдельно жёлтая, заставил лишь пожать плечами. Один из первых посетителей предположил было, что два флага поставлены в форме латинской буквы V, что означает «пэрэмогу».

«Это ваша личная трактовка», — строго осадил зрителя куратор.

Одесская «Зона турбулентности»: носилки-транспаранты, тонущие беженцы и дельфиньи крики роженицы

Женщинам геополитика и вообще надуманные политические страсти малоинтересны, им куда более сильные ощущения дарит деторождение. Наталья Шульте представила видеоинсталляцию, на которой в двух фрагментах можно увидеть её саму. На одном мониторе художница на больничной койке издаёт практически дельфиньи крики, на другой — барахтается в воде.

«Это самый значимый на сегодняшний день для меня арт-проект, он получился достаточно интимным, и открывает многие фрагменты моей жизни, — комментирует свою работу художница. — К тому же, чтобы он появился на свет, я прошла много испытаний, от собственных родов до сидения под водой в течение около полутора минут, выполняя различные трюки. Эта опасная для жизни съёмка проходила в течение двух ночей, всего 12 часов нахождения в воде. Сейчас помню только то, что было очень-очень холодно, мозг отключился, работало только тело... казалось, что ночь не закончится никогда. В итоге этот свет увидела работа, которая, в двух словах, является исследованием роли женщины в обществе как матери, художника, личности, в конце концов».

Одесская «Зона турбулентности»: носилки-транспаранты, тонущие беженцы и дельфиньи крики роженицы

Одесская «Зона турбулентности»: носилки-транспаранты, тонущие беженцы и дельфиньи крики роженицы

Внезапно изменила свои намерения Евгения Белорусец и представила вместо острополитического произведения путевые фото с личными заметками поверх изображения. Путешествия так утомительны… Понимаю автора.

Сразу же после вернисажа знаковый деятель современного искусства, бывший харьковчанин, а ныне москвич Сергей Братков (его произведения можно увидеть на биеннале в зале музея современного искусства Одессы) провёл лекцию «Провокация как методология современного искусства». В 2002 году Братков принял участие в 25-й Биеннале современного искусства в городе Сан–Паулу. В 2007 он был одним из художников, кто представлял Украину на 52-й Венецианской биеннале в рамках проекта «Поэма о внутреннем море», организованного PinchukArtCentre. Преподаёт в Московской школе фотографии и мультимедиа имени Александра Родченко.

«Провокация — обоюдоострый нож, который порой режет самого художника, — говорит маэстро. — В советское время художник был главным членом общества, его любили женщины, а в девяностые художник стал ничем, девушки перестали выходить замуж за художников и стали выходить за банкиров. С другой стороны, наши работы стали на что–то влиять. Моя работа, основанная на материалах рекламной детской съёмки в Харькове, спровоцировала ряд арестов в Москве. Общество обратило внимание на тему педофилии, когда увидело, как родители готовы выставлять на всеобщее обозрение своих детей: с макияжем too much, а одна мама, решив, что её сын может исполнять и женские роли, заставила его переодеться в платье…»

Одесская «Зона турбулентности»: носилки-транспаранты, тонущие беженцы и дельфиньи крики роженицы

Напоминаем, что ознакомиться со всеми экспозициями биеннале можно до конца сентября, а скучать не придётся ни на одной из них.

Одесская «Зона турбулентности»: носилки-транспаранты, тонущие беженцы и дельфиньи крики роженицы

Автор: Мария Гудыма
Фото: Александр Синельников

12
Подписывайтесь на наш канал в Telegram @timerodessa (t.me/timerodessa) - будьте всегда в курсе важнейших новостей!
Чтобы оставить комментарий, авторизируйтесь через свой аккаунт в

Новости партнёров:

Видео

Беспорядки в Горсаду: штурм ворот, стычки с полицией и ранение генерала

Хроника акции протеста в одесском Горсаду 18 ноября - в видеорепортаже ТАЙМЕРА.