Главная / Неформат

Хроника дня

Печка-румынка, термометр «по Фаренгейту» и коленопреклонённая Марлен Дитрих. Одесский музей Паустовского отмечает юбилей писателя

Нестареющие книги.

125-летие Константина Паустовского в его мемориальном музее отметили научной конференцией, конкурсом детского рисунка и обновлением экспозиции. Гуляя по залам с заведующей музеем, Лилией Алексеевной Мельниченко, можно испытать необычайные эмоции, ведь рукописи и вещи автора «Золотой розы» и «Времени больших ожиданий», а также предметы, принадлежащие эпохе, в которую ему выпало жить, хранят тепло рук, да и выглядят очень стильно. Всего здесь собрано более тысячи экспонатов, и каждый — особенный. В наш город Паустовский приезжал не однажды на протяжении последних сорока с лишним лет своей жизни.

«Мы придали нашему музею вид жилого помещения, — рассказывает Лилия Алексеевна. — Собственно, он здесь и жил одно время в дворницкой, которая не сохранилась, на её месте теперь садик».

Печка-румынка, термометр «по Фаренгейту» и коленопреклонённая Марлен Дитрих. Одесский музей Паустовского отмечает юбилей писателя

Можно измерить температуру по Фаренгейту рабочим термометром — страшно подумать, сколько десятилетий он исправно делает своё дело, вот, наверно, и нас не станет, а столбик подкрашенного спирта будет ходить от цифры к цифре… Правда, если не превратится в лёд в жестокий мороз. Но для предотвращения этого имеется другой экспонат! Печка-румынка — при надлежащей сноровке обращения с ней может обогреть холодной зимой, если отопление совсем уж не по карману окажется. Книги и вовсе не стареют, по замыслу музейщиков, они всегда должны быть под рукой, чтобы, к примеру, детям прочесть вслух отрывок. Бюст любимого Чехова на этажерке, под ним — кружевная салфеточка, тоже сама по себе экспонат, осколочек эпохи.

Печка-румынка, термометр «по Фаренгейту» и коленопреклонённая Марлен Дитрих. Одесский музей Паустовского отмечает юбилей писателя

Мемориальный музей К.Г. Паустовского был основан в 1998 году благодаря инициативе членов общественной организации «Товарищество Мир Паустовского», вскоре он стал филиалом Одесского Литературного музея. Проза Паустовского и его жизнь — не для дворцового помещения, не для строго оформленных витрин. Здесь всё по-домашнему. Багрицкий и Бабель смотрят с фотографий — с ними свела судьба Паустовского в газете «Моряк». Вот — старые дома, пляжи, склоны, санаторий Ландесмана на открытках и фото, документы сотрудников Опродкомгуба и легендарной газеты «Моряк»... Фотографии половины улицы Черноморской, которую уничтожил оползень. Разные издания одной и той же книги, посвящённой одесскому периоду жизни автора «Время больших ожиданий», и среди них есть выполненные шрифтом Брайля. Телеграфный ключ, рукомойник, которым пользовался Константин Георгиевич во время рыбалки в Санжейке на склоне лет. Печатная машинка «Москва», вероятно, тоже в рабочем состоянии, но проверять это мы не будем.

Печка-румынка, термометр «по Фаренгейту» и коленопреклонённая Марлен Дитрих. Одесский музей Паустовского отмечает юбилей писателя

Печка-румынка, термометр «по Фаренгейту» и коленопреклонённая Марлен Дитрих. Одесский музей Паустовского отмечает юбилей писателя

Печка-румынка, термометр «по Фаренгейту» и коленопреклонённая Марлен Дитрих. Одесский музей Паустовского отмечает юбилей писателя

Печка-румынка, термометр «по Фаренгейту» и коленопреклонённая Марлен Дитрих. Одесский музей Паустовского отмечает юбилей писателя

А вот — аутентичная гимназическая бляха, ведь Паустовский учился в киевской гимназии, которую также окончили Александр Вертинский и Михаил Булгаков. Казацкая булава, прокуренная трубка и маленький сундучок не принадлежали семейству Паустовских, но это напоминание о раритетах, хранившихся в дедовском сундуке. Гетман Сагайдачный был в числе предков Паустовского, а их родовой герб выглядит очень нарядно, с рыцарскими доспехами и плюмажем, такова шляхта, без перьев — никуда! Дворянин Паустовский, по свидетельствам современников, Февральскую революцию принял восторженно, а вот Октябрьскую вообще не принял: ужаснулся кровавым событиям.

Печка-румынка, термометр «по Фаренгейту» и коленопреклонённая Марлен Дитрих. Одесский музей Паустовского отмечает юбилей писателя

«Отец происходил из запорожских казаков, переселившихся после разгрома Сечи на берега реки Рось около Белой Церкви, — писал о своей семье Константин Георгиевич. — Там жили мой дед — бывший николаевский солдат, и бабка — турчанка. Дед был кроткий синеглазый старик. Он пел надтреснутым тенором старинные думки и казацкие песни и рассказывал нам много невероятных, а подчас и трогательных историй "из самой что ни на есть происшедшей жизни"».

Лилия Алексеевна рассказывает, что односельчанам деда писателя было интересно его творчество, но по-русски они понимали плохо, поэтому радовались украинским переводам. Любопытный экспонат — повесть «Тарас Шевченко» 1936 года издания. Паустовский, работая над повестью, посещал места оренбургские степи и полуостров Мангышлак, где томился ссыльный поэт.

Печка-румынка, термометр «по Фаренгейту» и коленопреклонённая Марлен Дитрих. Одесский музей Паустовского отмечает юбилей писателя

Деятельность Паустовского-журналиста отражена и в нескольких номерах газеты «Силуэты» — хоть он там и не служил, но печатался, как, собственно, и все одесские литераторы двадцатых годов. А вот — фотография редакционного коллектива газеты «Моряк», среди сотрудников писателя — его первая жена Екатерина Загорская. О, Константина Георгиевича женщины любили, хотя и ростом был невелик, и ноги кривые, но в жёны всегда выбирал себе прекрасных женщин и жил страстями до преклонных лет. Известная история, когда в 1964 году на своём концерте в Москве Марлен Дитрих брякнулась на колени перед писателем — так любила его рассказ «Телеграмма», имела смешной подтекст. Платье на диве было слишком узким, и она не могла самостоятельно подняться. А Константин Георгиевич как раз пребывал в состоянии здоровья между двумя инфарктами и не мог ей помочь! Он вообще хотел поцеловать Марлен руку, а она решила картинно преклонить колени.   

Печка-румынка, термометр «по Фаренгейту» и коленопреклонённая Марлен Дитрих. Одесский музей Паустовского отмечает юбилей писателя

Печка-румынка, термометр «по Фаренгейту» и коленопреклонённая Марлен Дитрих. Одесский музей Паустовского отмечает юбилей писателя

Печка-румынка, термометр «по Фаренгейту» и коленопреклонённая Марлен Дитрих. Одесский музей Паустовского отмечает юбилей писателя

Печка-румынка, термометр «по Фаренгейту» и коленопреклонённая Марлен Дитрих. Одесский музей Паустовского отмечает юбилей писателя

«Тут ещё и его врач, который на весь зал крикнул, что Паустовскому надо в постель, — вспоминает падчерица писателя Галина Арбузова. — Зал захохотал, Дитрих помогли подняться, Константина Георгиевича увели и уложили дома в постель».

Утолить свою жажду путешествий, любовь к морю писатель в какой-то мере смог после падения «железного занавеса», но для всех его замыслов и планов одной жизни было мало. Может, когда-нибудь научатся продлевать земное бытие хоть на пару десятилетий великим людям? Паустовский этого уж точно заслуживал.

Печка-румынка, термометр «по Фаренгейту» и коленопреклонённая Марлен Дитрих. Одесский музей Паустовского отмечает юбилей писателя

Печка-румынка, термометр «по Фаренгейту» и коленопреклонённая Марлен Дитрих. Одесский музей Паустовского отмечает юбилей писателя

Печка-румынка, термометр «по Фаренгейту» и коленопреклонённая Марлен Дитрих. Одесский музей Паустовского отмечает юбилей писателя

Печка-румынка, термометр «по Фаренгейту» и коленопреклонённая Марлен Дитрих. Одесский музей Паустовского отмечает юбилей писателя

Печка-румынка, термометр «по Фаренгейту» и коленопреклонённая Марлен Дитрих. Одесский музей Паустовского отмечает юбилей писателя

Печка-румынка, термометр «по Фаренгейту» и коленопреклонённая Марлен Дитрих. Одесский музей Паустовского отмечает юбилей писателя  

Автор: Мария Гудыма
Фото: Снежана Павлова

18
Скачивайте мобильное приложение ТАЙМЕРА для вашего мобильного телефона на iOS или Android!
Чтобы оставить комментарий, авторизируйтесь через свой аккаунт в

Новости партнёров:

Видео

Как это было: дебош участников АТО в одесском парке и их усмирение

12 октября трое пьяных мужчин в камуфляже в парке Шевченко цеплялись к прохожим и всячески провоцировали конфликт. Наконец, они своего добились, но результаты оказались не в их пользу.