Главная / Неформат

Хроника дня

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

На лабутенах — ах!

Под занавес прошлого сезона Одесский академический русский драматический театр выпустил премьеру, которую тогда успели увидеть немногие. Теперь, после отпуска, «Тектоника чувств» по пьесе Эрика–Эммануэля Шмитта (перевод Ирины Мягковой, режиссура Анатолия Антонюка) начала свою регулярную сценическую жизнь.

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

Тема любви всегда будет востребована театральной публикой — надоели кровавые страсти, тошнит уже от «чернухи» и военщины, а тут выпадаешь из реальности в тёплый «ламповый» спектакль. Молодая пара не может пожениться не потому что жить негде, да и непонятно на что, тем более если дети пойдут, а потому что в красивой голове успешной парижанки Дианы (заслуженная артистка Украины Анна Фурдуй) какая–то каша. Все поступки своего предполагаемого будущего мужа Ришара (заслуженный артист Украины Сергей Поляков) она истолковывает совершенно превратно (особенно ясно это станет в финале). Её почтенная матушка мадам Помрей (заслуженная артистка Украины Орыся Бурда) пытается влить ей в уши что–то из собственного опыта. Но тщетно.

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

МАДАМ ПОМРЕЙ. Это твое мнение, не его.

ДИАНА. Что ты об этом знаешь?

МАДАМ ПОМРЕЙ. А ты? (Кротко). Спроси у него прямо.

ДИАНА. Нет, мне страшно уже от предположений.

МАДАМ ПОМРЕЙ. Женщинам дано понять лишь то, что есть в мужчине женского; мужчины же понимают в женщине, что есть в них мужского. Иначе говоря, понять другой пол невозможно. И, объясняя каким–то образом его поведение, ты непременно ошибаешься.

Театральная условность — отличная вещь, но когда же в наших спектаклях мать и дочь будут хотя бы немного похожи друг на друга? Диана — статная, высокая, белотелая, её мать — миниатюрная, тонкокостная, изящная, настоящий парижский воробышек. Ясно, что никакого родства между этими женщинами быть не может. Как и то, что не ходят парижанки повсюду на лабутенах (Диана даже на похоронах матери, которую драматург поспешил уморить, ходит на высоченных шпильках). Но публике так нравится из зала смотреть на красивые ножки актрис, и в русской драме этого зрелища зрителя никогда не лишат. Зато в финале, когда состоится примирение героев, Диана сойдёт со своих котурнов, то есть сбросит лабутены — больше нет смысла играть в дурацкую игру, скрывать истинные чувства, притворяться. Всё, что она себе напридумывала, надо отбросить и принять устойчивое положение. Обрести реальную почву под ногами.

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Ты не заметил, как я изменилась?» — спрашивает Диана у Ришара. Увы, особых перемен в героях не проследить. Какими они входят в сцену, такими, в общем и целом, и выходят. Меж тем драматургия Шмитта в бытовом ключе вообще не прочитывается, она полна парадоксов, перевёртышей, здесь всё не то, чем кажется. На лабутенах не сыграть! Ближе всего стилю драматурга соответствуют декорации Игоря Брыля — подобие гобелена с хороводом масок, то ли сброшенных, то ли снятых посмертно. Маски тянутся друг к другу, словно с намерением поцеловать, но что–то не складывается, идёт не так, это вечный порыв, а правит всем невидимый и непостижимый ветер.

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

Ветер судьбы? Возможно. Но в этой буржуазной атмосфере не так–то легко сделать глоток свежего воздуха. И вот уже на сцене словно запахло «развратным» парфюмом от «Коти» — Диана нанимает для Ришара румынскую проститутку Анку (Алина Бойко), в сущности, неплохую барышню, чьей поддельной девственностью торгует опытная Родика (заслуженная артистка Украины Ирина Надежина). Но зачем, чтобы что? Проверка чувств, провокация, желание взглянуть в соперницу (нет в реальности — организуем сами), как в зеркало, и восторжествовать над ней… Родика умеет быть шикарной, и не только карикатурно шикарной, вот ей дано изменяться. Она куда честнее завравшейся Дианы и по–своему права, когда бросает той в лицо: «Вы плохая!» В салонной атмосфере и впрямь ощущается гул тектонических сдвигов…

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

А что же Ришар? Он мил, благовоспитан (хоть и потрясёт в одной из сцен Диану за плечи), до поры до времени позволяет женщинам играть собой, словно куклой, «ведётся» на фальшивую романтику кафешки с ядовитой расцветки пейзажиками на стенах и восторженно растопырившей глазки Анкой, которая за одним столиком с ним изображает идиллию… Переходящий приз? Не совсем так.

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

По–настоящему его способна понять разве что мадам Помрей, которой уже известно, что свою энергию женщине следует направлять на создание семьи, а не на общение с сомнительными дамочками и провоцирование любимого мужчины, но этот голос здравого смысла тонет в нездоровых умозаключениях, ложных предпосылках и трескучих монологах других участников драмы.

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

Спектакль будет развиваться, обрастать новыми штрихами, становиться всё более интересным (ставлю на Шмитта!). Хотелось бы видеть роль официанта (Юрий Ющенко) не столь служебной, ведь даже вышколенный персонаж может дать такую реакцию, сыграть такую оценку происходящего, чтобы публике стало ясно истинное положение дел… Ну не выходят у Шмитта на сцену просто для того, чтобы принести напитки!

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

В другом составе премьеру можно посмотреть 22 сентября, а в целом «Тектоника чувств» имеет все шансы задержаться в репертуаре надолго — любим мы, одесситы, французские любовные коллизии на сцене…

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

«Понять другой пол невозможно». В Одесской русской драме «замахнулись» на Шмитта

Автор: Мария Гудыма
Фото: Пётр Катин

1 29
Подписывайтесь на наш канал в Telegram @timerodessa (t.me/timerodessa) - будьте всегда в курсе важнейших новостей!
Чтобы оставить комментарий, авторизируйтесь через свой аккаунт в
Бирштейн Александр Бирштейн Александр

Плохая рецензия. Путанная и несправедливая. Мне кажется, рецензент не поняла ни Шмитта, ни режиссера. Но надо же за что-то уцепиться, вот и являет миру рецензент то лабутены, то несходство матери и дочери. Ужас какой - мать худенькая, а дочь дебелая! Да-а, это важно для рецензента. И обувь. А как же! А подумать бы, по-раз-мыс-лить слабо? Лабутены - это ведь тоже прием, тоже возможность показать героиню. Она ведь в мыслях и планах считает себя не такой, как другие, выше других. А актеры? Неужели из игра не стоит доброго слова. Например, блестящая работа Орыси Бурды? А филигранная работа режиссера?Впрочем, что это я? Стоит ли чему-то учить рецензента, не научившегося ничему за столько времени. Да, какнула в лету одесская школа театральной критики времен Барской, И. Шайкевич, М. Соколянского. .. И я сегодня убедился, что это, увы, окончательно.

Ответить 0

????????...

Видео



????????...