Главная / Статьи

Хроника дня

«Евромайдан»: за кулисами

«Внешняя», публичная, видимая хронология «Евромайдана» весьма хорошо изучена. Однако куда менее известна широкой публике подоплёка событий 2013-2014-го годов. Именно на неё мы и предлагаем взглянуть подробнее.

Янукович, «регионалы» и «Семья»

Янукович традиционно и небезосновательно считался лидером и «знаменем» могущественной финансово-промышленной группировки, известной под собирательным именем «донецкие». Так что немудрено, что победу Януковича на президентских выборах многие трактовали именно как триумф «донецких», наконец-то взявших реванш после поражения 2004-2005 годов.

Впрочем, в первой половине своего президентства Янукович, кажется, сумел выстроить рабочие отношения с большинством украинских олигархов, включая и тех, кто исторически конкурировал с «донецкими»: к примеру, с тем же Игорем Коломойским. А Партия регионов из «донецкой» политической силы постепенно становилась партией крупного капитала как такового: в 2010-2012 годах к ней примкнули многие бизнесмены, не имеющие «генетической» связи с «донецкими».

Однако с 2012-го года политика Януковича начинает ощутимо меняться – причём в весьма неожиданную сторону. Старых партийных соратников начинают постепенно оттеснять в сторону новые лица. Эти «новые люди» не могли похвастаться опытом в политике или большим партийным стажем, но эти недостатки с лихвой компенсировало другое достоинство – близость к старшему сыну Виктора Януковича Александру.

 

Аналогичные процессы происходят и в экономике: на бизнес-горизонте страны начинают загораться звёзды «младоолигархов», ещё несколько лет тому назад никому не известных, но в те дни норовящих затмить своим «светом» таких титанов, как Фирташ, Коломойский или Ахметов.

Янукович на протяжении многих лет фактически являлся в первую очередь компромиссной фигурой, существующей лишь постольку, поскольку он устраивает крупных игроков, стоящих за Партией регионов. И вполне возможно, что на третьем году своего президентства Янукович решил обзавестись собственным финансово-политическим кланом, состоящим из людей, преданных ему лично.

То ли из-за того, что многие члены будущего объединения были связаны с сыном Януковича Александром, то ли по аналогии с ближайшим окружением президента России Бориса Ельцина, это объединение вскоре стали называть «Семьёй».

Любая подобная группировка в Украине должна обладать как политическим влиянием (своими людьми на ключевых постах), так и экономическими возможностями. Оба этих процесса развивались параллельно – и оба они неизбежно порождали конфликты между «Семьёй» и её «Папой» с одной стороны, и старыми соратниками Януковича по ПР – с другой.  Особенно болезненный характер эти процессы имели в экономике, где «Семья» постепенно начала прибирать к рукам наиболее лакомые активы, уже давно и надёжно поделенные между другими крупными игроками.

На пути к успеху

Ключевым активом «Семьи» был холдинг ВЕТЭК, формально контролировавшийся одним из «младоолигархов» Сергеем Курченко. Начав с операций со сжиженным газом и буквально за два года став безусловным лидером на этом рынке, в 2012-2013 годах ВЕТЭК начал стремительную экспансию в другие отрасли.

 
Курченко 

Взять, к примеру, сферу импорта природного газа в Украину. Традиционно (с 2005-го года) данная сфера являлась «вотчиной» Дмитрия Фирташа (через пресловутую компанию «Росукрэнерго»). Но в 2013-м году на этот рынок заходит новый игрок: Ukrainian Oil Gas Company LLC, входящая в холдинг ВЕТЭК. Компания подписывает договор, по которому будет поставлять в Украину около 90 миллионов кубометров газа, приобретённых у венгерской FGSZ. Фирташ, конечно, остаётся ключевым игроком на рынке, ведь он поставлял более 600 миллионов кубометров газа ежемесячно. Однако в ВЕТЭК намекают, что технические возможности позволяют увеличить объёмы импорта в 10 раз – т.е. до 900 миллионов кубометров! Так что у Фирташа появляется весьма серьёзный повод для беспокойства.

Весной 2013-го года ВЕТЭК заявляет о покупке Одесского НПЗ и начале производства на его мощностях топлива для отечественного рынка. Единственным работающим на тот момент нефтеперерабатывающим заводом страны был Кременчугский НПЗ – собственность группы «Приват» Игоря Коломойского. Монополия днепропетровского олигарха на украинском рынке нефтепродуктов оказывается под угрозой.

 

Тогда же, весной 2013-го года, ВЕТЭК покупает крупнейший украинский медиа-холдинг UMH – покупает, к слову сказать, у Бориса Ложкина, который в 2015-2016 станет главой Администрации президента Порошенко.

В начале 2013-го года у «Семьи» происходит конфликт с Ахметовым по поводу контроля над Ильичёвским портом. Победителем из конфликта выходит «Семья».

Ближе к осени 2013-го года в Украине всё чаще начинают говорить об «административной революции» в ближайшем окружении Януковича: о якобы назревающей отставке одного из самых старых соратников Януковича, премьера Николая Азарова, место которого якобы должен занять «семейный» Сергей Арбузов. Подобная кадровая рокировка стала бы триумфом «Семьи» и подлинным кошмаром для традиционных олигархических группировок, уже немало потрёпанных в конфликтах с «птенцами гнезда Януковича».

Назревал серьёзный кризис. И его разрешение обещало быть весьма драматичным.

Накануне: раскачка

В 2013-м году власть Януковича казалась незыблемой. После отмены конституционной реформы 2005-го года (отмены весьма спорной в юридическом плане, хотя и сама реформа также была принята при весьма неоднозначных обстоятельствах) президент снова стал полноценным главой исполнительной власти. В Верховной Раде большинство принадлежало коалиции во главе с Партией регионов. «Регионалы» также контролировали местные советы по всему Юго-востоку и имели серьёзное влияние на них в других регионах страны. Лидер оппозиции Юлия Тимошенко находилась в тюрьме, пытающийся заменить её в этом качестве Яценюк на роль «альтернативного лидера нации» явно не тянул. К тому же многие видные оппозиционеры регулярно посещали кабинеты приближённых к власти особ. Злые языки говорят, что ходили они туда по вполне банальной причине – за зарплатой.

Однако вертикаль власти, казавшаяся монолитной и незыблемой, на самом деле несла внутри себя самой зёрна будущей погибели.

О внутренней оппозиции к курсу Януковича внутри Партии регионов начали громко говорить уже весной 2013-го. К лету о том, что в рядах депутатов от ПР зреет раскол, говорилось уже как о чём-то общеизвестном. Предполагалось, что в ближайшее время из парламентской фракции ПР могут выйти, по различным оценкам, от 20 до 30 депутатов. Следует учитывать, что коалиция ПР+КПУ в сумме насчитывала 243 депутата при минимуме в 226, так что выход даже 20 нардепов означал для режима серьёзнейший кризис.

Зреющий внутрифракционный бунт был подавлен показательно и жёстко: один из наиболее активных «раскольников», одесский нардеп Игорь Марков был лишён мандата и арестован. Показательная расправа охладила горячие головы в ПР. Кризис был преодолён, но не разрешён, а лишь загнан в глубину. Недовольные курсом Януковича не смирились с ним, а просто стали действовать более осторожно.

 

Борьба с «раскольниками» повлияла и на расстановку сил в окружении президента: позиции главы СНБО Андрея Клюева, которого подозревали в потакании «мятежникам», пошатнулись, а вот соперничающий с ним за влияние на Януковича глава Администрации президента Сергей Лёвочкин, напротив, что называется, пошёл в гору. К слову сказать, Лёвочкин считался человеком олигарха Дмитрия Фирташа, а Клюеву приписывали связи с Игорем Коломойским. Немаловажный факт: оба претендента на звание «серого кардинала» режима были так или иначе связаны с олигархами, благополучию которых напрямую угрожала набирающая силу «Семья».

Вскоре после этого Янукович заявил, что Украина откладывает подписание соглашения об ассоциации с ЕС. Начались события, которые войдут в историю как «Евромайдан».

ЕС VS TC

Эволюция внешнеполитических устремлений Януковича в период с 2010 по 2013 годы является благодатной темой для будущих исследований. Одно можно сказать с уверенностью: даже на пике «оттепели» в отношениях Украины и России в 2010-2011 годах вопрос о вступлении Украины в Таможенный Союз всерьёз не стоял. Максимум того, на что был готов пойти Киев, сводился к не вполне понятной формуле «3+1». Что именно означала эта формула, не могли внятно объяснить даже сами её авторы, уже не говоря о самих членах Таможенного Союза.

 

Отказ Януковича от вступления в Таможенный Союз стал откровенным разочарованием для многих сторонников Партии регионов, традиционно поддерживающих сближение с Россией. Однако для отказа от ТС и у Партии регионов в целом, и у Януковича лично имелись более чем веские причины – личного плана.

Дело в том, что одним из ключевых аспектов Таможенного Союза являлось «обобществление» границ. Идея заключается в том, что страны-участницы таких союзов формируют единое таможенное пространство, внутри которого капитал, товары и тому подобное движутся без препятствий, а внешняя таможенная граница контролируется национальными, а наднациональными, «союзными» органами.

Но для украинского олигархата (а ПР, напомним, к тому моменту стала «всеукраинской» партией крупного капитала!) контроль над границей с 1991 года являлся ключевым залогом успешного обогащения. Именно так украинские олигархи контролировали поставки в страну энергоносителей, а также экспорт из страны сырья и промышленной продукции. О заработке на импорте газа и бензина мы уже говорили выше. Другим примером является металлургическая отрасль. К примеру, Коломойский в своё время добивался введения заградительных пошлин на импорт ферросплавов – крупнейший производитель этого необходимого для металлургической промышленности продукта был вовсе не заинтересован в том, чтобы украинские металлурги (в частности, предприятия Рината Ахметова) могли закупать их за рубежом. С другой стороны, Ахметов лоббировал усиление пошлин на экспорт ферросплавов, чтобы производителям (тому же Коломойскому) было выгоднее продавать их местным металлургам, нежели экспортировать. В Таможенном Союзе подобные игры с таможенной политикой в интересах отдельных украинских олигархов были бы по определению невозможны.

Но вернёмся к «Евромайдану».

Ловушка для президента

Изначально (и это признают даже сами участники «Евромайдана») движение не было ни особо массовым, ни особо влиятельным – почти неопасным для Партии регионов и её лидера. Зарождающееся движение на тот момент, кажется, не имело серьёзной финансовой и организационной поддержки, да и особо многочисленным не было: крупнейшая акция «Евромайдана» тех дней, «Народное вече» 24 ноября, собрала порядка 50-70 тысяч человек, а в остальные дни «Евромайдан» собирал не более 2-3 тысяч участников.

  

Бесперспективность самих протестов, кажется, понимали и политические лидеры оппозиции: в частности, было заявлено, что «Евромайдан» простоит до 1 декабря, после чего «первая фаза протестов» будет завершена. Вторая фаза, по всей видимости, планировалась в связи с президентской кампанией 2015-го года. Собственно говоря, изначально оппозиция, похоже, готовила «второй Майдан» именно на этот период, а события вокруг соглашения об ассоциации с ЕС рассматривались лишь как второстепенный эпизод, что-то вроде разминки перед решающей битвой.

Однако в ночь с 29 на 30 ноября оставшихся на «Евромайдане» активистов весьма жёстко разогнали бойцы «Беркута». Это дало движению новую жизнь и стало первым в цепочке роковых событий, приведших в итоге к краху режима Януковича.

«Евромайдановцы» и лидеры оппозиции возложили непосредственную ответственность за «жестокое избиение студентов» лично на Януковича. Однако уже тогда идею проведения операции и форму, в которой она была проведена, приписывали руководителю Администрации президента, человеку Фирташа Сергею Лёвочкину. Лёвочкина даже открыто обвиняли в провокации – дескать, он сознательно решил спровоцировать обострение противостояния в интересах своего патрона.

На «Евромайдане» тогда эту версию, естественно, гневно отметали, однако сегодня ситуация изменилась: в частности, вину за разгон «студентов» на Лёвочкина возложил лично министр внутренних дел Аваков. А близкий к Порошенко политолог Березовец, считающийся чуть ли не неофициальным спикером Банковой, заявил, что Лёвочкин в интересах Фирташа, опасавшегося экспансии «Семьи», хотел, цитируем, «сделать Януковича "нерукопожатным" и отрезать для него пути назад». 

Как бы там ни было, разгон «студентов» придал «Евромайдану» новый мощный импульс, сделав движение куда более массовым и решительным. Крупнейшие СМИ освещали ситуацию преимущественно в сочувственном жертвам разгона ключе – включая даже такие провластные каналы, как «Украина» Рината Ахметова и «Интер» Фирташа. Внезапно оказалось, что «всесильный» Янукович не обладает контролем над медиа-пространством, и более того, в этот во многом критический момент это самое медиа-пространство оказалось к нему враждебным.

С учётом того, насколько жёстко контролируются украинские медиа их владельцами-олигархами, это не могло быть случайным совпадением. Глухая оппозиция курсу Януковича в его собственном окружении показала зубы.

Впоследствии ситуации, когда начинающий слабеть и выдыхаться «Евромайдан» обретает второе дыхание после тех или иных действий властей, возникали постоянно. Так, едва не нанесли смертельный удар движению новогодние праздники, однако его снова вернула к жизни история с законами 16 января, за принятием которых последовало многодневное силовое противостояние на Грушевского.

Невольно создаётся ощущение, что Янукович шёл к событиям конца февраля подобно тому, как загнанный волк идёт на охотников по пути между линиями флажков – причём флажки эти для него расставляли, в том числе, и те, кого он ошибочно считал своими ближайшими соратниками.

Позиция оппозиции

Интересно, что формальные лидеры «Евромайдана» (Яценюк, Кличко, Тягнибок) на протяжении всего конфликта последовательно выступали против его радикализации. Так, в январе 2014-го года Кличко неоднократно встречался с Януковичем и обсуждал пути урегулирования конфликта. Удалось даже добиться договорённости о прекращении силовых противостояний и разводе сил сторон, а также освобождении захваченных административных зданий в обмен на амнистию арестованных «евромайдановцев».

По всей видимости, в задачи оппозиции не входило мгновенное и безоговорочное свержение Януковича. Вероятно, их вполне устроил бы компромиссный сценарий – нечто вроде «конституционного сговора» 2004-2005 годов, возможно, с параллельным назначением внеочередных выборов.

Однако такой сценарий, безусловно, не мог устроить тех, чьей итоговой целью было свержение «Семьи», которая уже успела обзавестись серьёзным влиянием и могла даже в случае отстранения Януковича от власти вести собственную игру на политико-олигархическом поле. Тем, кто метил в «Семью», нужно было максимально драматическое развитие событий, которое оправдало бы чрезвычайные меры по отношению к соратникам Януковича.

Начало конца

22 января на Грушевского гибнут активисты «Евромайдана» Нигоян и Жизневский. «Евромайдановцы» немедленно и безапелляционно обвиняют в их смерти власть – режим Януковича вообще и его лично в частности. Правда, впоследствии медицинская экспертиза покажет, что обоих активистов застрелили с близкого расстояния (3-5 метров), тогда как ближайший сотрудник милиции в тот момент находился в 30-50 метрах. Иными словами, стрелял, скорее всего, провокатор. Он, безусловно, мог представлять и власть, но уж кому-кому, а власти в тот момент меньше всего нужно было обострение конфликта. Вряд ли нужно оно было и оппозиции, к тому моменту всерьёз пытавшейся уладить дело если не миром, то неким политическим компромиссом. Так кто же тогда устроил кровавую провокацию? Неужто всё те же «установщики красных флажков»?

В тот же день «евромайдановцы» пытаются захватить Министерство энергетики Украины. Раньше подобные акции удавались им без особого сопротивления. Но не в этом случае: Минэнерго возглавляет «семейный» Ставицкий, у которого есть все причины сражаться до конца. «Евромайдановцы» вынуждены ретироваться.

28 января подаёт в отставку Николай Азаров, его место занимает Сергей Арбузов. Планы «Семьи» официально сделаться властью воплощаются в жизнь – однако явно не в тех условиях, на которые они рассчитывали.

Зато на «внешнем фронте» вырисовывается примирительная формула: возврат к конституции 2004-го года, коалиционное правительство во главе с Яценюком, амнистия для участников протестов. 15 февраля все арестованные участники протестов освобождены под домашний арест. Одно за другим освобождаются захваченные «евромайдановцами» административные здания. На улице Грушевского частично восстанавливают автомобильное движение. 18 февраля парламент должен рассмотреть вопрос о возврате к Конституции 2004-го года, что должно дать старт процедуре политического урегулирования.

Против активно выступает лидер «Правого сектора» Дмитрий Ярош (впоследствии выяснится, что он весьма тесно сотрудничал с Игорем Коломойским). Ярош, в частности, объявляет «всеобщую мобилизацию» активистов для «победоносного завершения национальной революции». Дата мобилизации назначена как раз на 18 февраля.

Кровавый финал

День, который мог стать началом примирения, стал днём начала кровопролитных уличных боёв в центре Киева. Всё началось с того, что сотрудники МВД не пропустили к зданию Верховной Рады заранее объявленное и согласованное «Мирное наступление» – общий марш активистов «Евромайдана» в поддержку возврата к Конституции 2004-го года. Активисты «Правого сектора» вступают в бой с милицией и внутренними войсками. Силы МВД переходят в контратаку, оттесняют митингующих с Институтской. Обе стороны впервые применяют огнестрельное оружие: от него гибнут 10 «евромайдановцев» и 5 сотрудников правоохранительных органов.

Обстоятельства смерти некоторых «евромайдановцев» вызывают множество вопросов: в частности, знаменосец 9-й сотни «Самообороны» Игорь Сердюк получил ранение из обреза – оружия, которым милиция не пользуется. Тело «евромайдановца» Виктора Прохорчука обнаружили в одном из дворов на Крещатике с перерезанным горлом – также явно не «милицейский» почерк. Аналогичная история – с Юрием Нечипоруком, на теле которого насчитают 20 ножевых ранений. По версии «Евромайдана», подобные случаи – дело рук «титушек». Однако до этого дня «титушки» никого не убивали! Почему же они начали делать это именно 18 февраля – в день, когда до урегулирования кризиса, казалось, было рукой подать?

Последующие три дня в центре столицы творится кровавый кошмар, городские улицы превратились в арену кровопролитных боёв, обе стороны активно используют огнестрельное оружие. Самым драматическим эпизодом тех событий является, безусловно, инцидент с таинственными снайперами на Институтской, жертвами действий которых стали по крайней мере 17 протестующих и трое сотрудников правоохранительных органов.

 

Изначально вся вина за трагедию на Институтской была, безусловно, возложена на власти, однако расследование показало, что эта версия не может объяснить всех имеющихся фактов. Так, Международная следственная группа Совета Европы установила, что по крайней мере трое погибших на Институтской были убиты выстрелами, произведёнными с тыла – со стороны гостиницы «Украина», где на тот момент не было никаких позиций правоохранителей. 26 февраля министр иностранных дел Эстонии Урмас Паэт в разговоре с верховным представителем ЕС по иностранным делам Украины Кэтрин Эштон заявил, что, по словам Ольги Богомолец (сегодня – нардеп от «Блока Порошенко») часть протестующих и правоохранителей была убита из одного и того же оружия одними и теми же людьми. 

Опять провокация? Но в чьих интересах?

21 февраля было, пожалуй, последним шансом для Януковича «выйти за флажки». В этот день под давлением международного сообщества Янукович и лидеры оппозиции подписывают соглашение об урегулировании кризиса. Политическая рамка соглашения в целом та же, хотя и с поправками на изменившуюся ситуацию: немедленный возврат к Конституции 2004-го года, создание коалиционного правительства, назначение досрочных выборов президента, прекращение столкновений, амнистия арестованным, сдача оружия протестующими.

Соглашение немедленно начинают воплощать в жизнь: вечером того же дня Верховная Рада голосует за внесение изменений в Конституцию, отправляет в отставку «семейных» министров. Соглашение сразу зачитывают на «Евромайдане». Против него резко выступает Дмитрий Ярош, который заявляет, что если Янукович не уйдёт в отставку до 10:00 следующего дня, то «Правый сектор» начнёт штурм Администрации президента. Аналогичные мысли высказывает впервые появившийся тогда в эфире Владимир Парасюк: он подтверждает слова Яроша и также требует немедленной отставки Януковича. Впоследствии Парасюк, как и Ярош, оказался тесно связан с днепропетровским олигархом Игорем Коломойским.

Эти выступления торпедируют соглашения 21 февраля. Вняв призывам людей Коломойского, «Евромайдан», разъярённый гибелью товарищей, требует немедленной отставки Януковича.

Той же ночью Янукович покидает Киев. Дезориентированные правоохранители, лишившиеся какого-либо руководства, оставляют правительственный квартал. 22 февраля Верховная Рада голосует за устранение Януковича от власти. В истории Украины начинается новая эпоха.

Вместо эпилога

Вспоминая события 2013-2014 годов, автор этих строк никак не может отделаться от ощущения, что и Виктор Янукович, и официальная оппозиция, и активисты «Евромайдана» являлись лишь марионетками в руках кукловодов, имевших собственные цели и, в конечном счёте, этих целей добившихся. С помощью серии кровавых провокаций и откровенных подстав, изначально не слишком-то значимый протест небольшой группы идеалистов превратился в кровопролитное гражданское противостояние, ставшее концом как режима Януковича, так и вообще Украины, какой она была до 2014-го года.

Ключевой ошибкой Януковича был, разумеется, не отказ от подписания соглашения об ассоциации с ЕС. Он «виновен» в куда более «тяжком преступлении»: покушении на устоявшееся в Украине положение вещей, в рамках которого публичная политика является не более чем средством, с помощью которого реальные хозяева Украины, олигархические группировки, решают свои проблемы и выясняют отношения между собой.

Разумеется, Янукович пытался низвергнуть власть олигархата вовсе не для того, чтобы передать её народу Украины. Им двигали другие, куда более корыстные цели. Однако исторический парадокс заключается в том, что, действуя исключительно в собственных, далеко не безупречных интересах, Янукович против своей воли пытался сделать исторически прогрессивное для украинского общества дело: обуздать олигархическую вольницу. На смену ей, безусловно, пришёл бы ничуть не более демократичный режим персонального диктата Януковича и его «Семьи», однако даже такой результат с исторической точки зрения был бы для Украины переменой к лучшему. Именно по такому пути, от феодальной вольницы к абсолютной монархии и через неё – к буржуазной революции и развивалась история всех современных демократических государств. Однако олигархат оказался сильнее, режим Януковича пал, а на Украине воцарился кровавый хаос, в мутной воде которого победители-олигархи могли и дальше успешно воевать друг с другом за то, кому из них достанется заветная золотая рыбка – власть над гибнущей страной.

«Люди всегда были и всегда будут глупенькими жертвами обмана и самообмана в политике, пока они не научатся за любыми нравственными, религиозными, политическими, социальными фразами, заявлениями, обещаниями разыскивать интересы тех или иных классов», – писал в своё время Ленин. В данном случае с ним, пожалуй, остаётся только согласиться.

Автор: Юрий Ткачёв

10
Скачивайте мобильное приложение ТАЙМЕРА для вашего мобильного телефона на iOS или Android!

Новости партнёров:

Видео

Лузановка с высоты птичьего полёта

На YouTube-канале «Fly od wings», где выкладываются виды Одессы с воздуха, появился ролик, посвящённый Лузановке и району «Молодой гвардии».