Главная / Статьи

Хроника дня

«Моего сына бьют в школе». Крик материнской души

«Моего сына бьют в школе». Набираю в Яндексе и получаю 3 миллиона ссылок. Характерно, что девять из десяти – на форумы и блоги. Сайтов психологов и педагогов - единицы…

«Моего сына бьют в школе». Набираю в Яндексе и получаю 3 миллиона ссылок. Характерно, что девять из десяти – на форумы и блоги. Сайтов психологов и педагогов - единицы…

На официальном уровне проблемы - во всей ее массовости и безобразии - не существует. Изгой должен научиться выживать самостоятельно…

Жили-были двойняшки – Толя и Коля. Оба крупные, симпатичные и очень похожие – если в глаза им не смотреть. Потому что у Толи в «зеркале души» отражался сказочный медвежонок – сильный, веселый и добродушный, а у Коли – совсем другой зверь, хоть и тоже сильный. Серый волк называется…

Пришло время, и отвела мама Толю и Колю в школу – в параллельные классы, чтоб учились, а не болтали. На третьей в жизни перемене в толином классе устроили «кучу-малу»: Толя был в самом низу и очень радовался, а Коля завидовал его развлечению. Но через неделю мама двойняшек забеспокоилась: Толенька оказывался на полу, заваленный одноклассниками и тогда, когда ему совсем не хотелось играть.

- Почему ты не даешь сдачи? Ты же сильный, ты можешь!

- Как же я буду их бить? Я же сильный, им будет больно! – заплакал Толя. Коля сидел молча и теребил брата за руку. В его классе тоже любили кучу-малу, но его никто не трогал. Мама решила: нужно сходить в школу, поговорить с классной, с детьми. Но не успела – ее вызвали к директору.

Увидев свалку в коридоре, «волчонок»-Коля раскидал однолеток, поднял брата и сказал: «больше - никогда». А для большей доходчивости стукнул парочку братовых одноклассников – самых активных.

Прошло два года. В Толином классе по-прежнему постоянно бьют одного мальчика, но это уже не Толя…

Что-то генетическое…
Кто б мог подумать! Похоже, это наследственное.

Ты знаешь, мой Мальчик, твоя мама когда-то была девочкой, но тоже – очень сильной. И ее учили: слабых бить нельзя, ты сильнее; ругаться нельзя, ты умнее.

Однажды девочка пошла в детский сад. И вернулась в слезах и грязном платьице – дети забирали у нее игрушки, в нее кидали комки грязи. И так продолжалось пару месяцев. Тогда одна женщина – ты ее знаешь, это твоя бабушка, спросила твою маленькую маму: почему ты не дашь им сдачи, ты же сильнее?

- Потому, что они слабые, им будет больно! – сказала девочка и опять заплакала. И твоя бабушка сказала: нет, их много, значит, они сильнее, чем ты одна. Ты можешь делать с ними все, что угодно, если они к тебе полезут, - я разрешаю.

На следующий день бабушку вызвали в детский сад за два часа до обычного времени. Там было еще много родителей.

- Ваша девочка побила детей, - сурово сказала воспитательница. Молодец, - прошептала бабушка. И громко ответила: пусть знают. Будут лезть, - будут получать.

А девочка молчала и с восторгом и удивлением вспоминала, что она… мало что помнит. Как Татка с Леночкой дернули ее за трусики, а Васек крикнул «сучка!», а Мариванна стояла в сторонке, и все подошли и захихикали, а потом все стало черным и багровым, и очень легким и медленным… А когда опять посветлело, Мариванна дергала ее за руку и кричала «успокойся», а по всему двору валялись, хныкали, подтирали сопли, слезы и разбитые коленки ее «друзья» по младшей группе. Как это было чудесно!

Больше, мой Мальчик, твою маму никто не трогал – до самой школы…

Группы риска, или Как стать изгоем
Вы отводите в школу ребенка. Для вас это самое родное, любимое существо, вы знаете о нем все, но… вы не знаете о нем самого главного – «свой» он или «чужой». И не можете знать – вы давно выросли, а только сам этот писклявый, низкорослый народец в состоянии определить, кто есть кто.

У этого народца простые правила: «чужим» жизни нет, и нет покоя. В самом лучшем случае с ним не будут дружить, в худшем – его будут бить, бессмысленно и постоянно. Постоянные подначки и издевательства заполняют промежуток между этими крайностями. Оставим пока в покое задир, для которых жизнь без битв – не жизнь; подавляющее большинство героев драк в формате «все на одного» становятся ими поневоле.

Как стать «чужим»? Ответ прост: нужно отличаться. Нужно быть сильным и добрым, но лишенным агрессивности – это уже возбуждает более слабых, но агрессивных детей. Для гарантии можно любить читать. Отягчающее обстоятельство – наличие своего мнения. Если же ваш ребенок еще и привык думать, готовьтесь: его школьная жизнь будет тяжела.

Еще можно быть маленьким и слабым; большим, но задумчивым, новичком, одетым хуже большинства и лучше большинства, единственным нацменом, носить очки, быть самым толстым или картавить, правильно держать вилку или играть на скрипке, но все это вторично: «чужесть» дети распознают каким-то своим, недоступным взрослым, чутьем. И стая кидается на чужака.

Добрые материнские советы
Ты знаешь, мой Мальчик, твоя мама тоже когда-то была новичком. Когда бабушка с дедушкой переехали, она пошла в другую школу, сразу в пятый класс. И очень удивилась: на каждой перемене все мальчики выбегали из класса. Первым бежал Медведев, остальные – следом, потому, что они бежали его бить. А предводителем у них был сосед Медведева по подъезду Медведько. Звенел звонок, все поднимались с пола и шли в класс; Медведев обычно в грязном пиджаке и с какой-нибудь заметной царапиной. А учителя его ругали – чего он такой неаккуратный? Во время урока с Медведевым дружили. Звенел звонок – и все повторялось…

Твоей маме очень хотелось дружить. В классе была Королева, конечно, со свитой. Твоя мама попыталась ходить с девочками, но ее отогнали. Твоя мама легко и отлично училась, - что само по себе в новичке неприятно. А когда она поинтересовалась у девочек – за что все время бьют Медведева? Да еще сказала, что так нечестно и что ей его жалко… да когда дала ему свой платок – подтереть очередную кровавую соплю, ее судьба была решена.

Обнаружив на следующем уроке, что все карандаши сломаны, она расстроилась. Найдя свою тетрадь в парте порванной, стала что-то понимать. Когда, идя к доске, споткнулась о выставленную ногу любимой фрейлины Королевы, все поняла.

Видишь ли, мой Мальчик, у любой стаи есть лидер - на то она и стая. Если тебе нужно решить проблему со стаей – решай ее с лидером. Не можешь договориться с лидером – сделай так, чтоб он лидером быть перестал; может, со следующим проблем не будет. Когда-то твоя мама-школьница поняла это мгновенно.

Договориться не удалось. Твоя мама прятала от родителей изгаженные альбомы, чинила порванные книги и ждала. И дождалась: дежурить по классу их оставили с Королевой. Наедине…

Когда твою бабушку вызвали в школу, твоя мама-отличница «честно» говорила: ничего не знаю, мы убирали, я отвернулась, мало ли – Королева, наверное, поскользнулась и так неудачно упала… Больше твою маму никто не доставал.

Это очень важно, мой Мальчик, - хорошо учиться. В разных вещах помогает. И свита сама собой появляется. Только вот она тебе уже не нужна.

Если нападает толпа – что ж! Тут не до шуток. Бей, и не думай о последствиях. Убивай лидера! Не можешь дотянуться до лидера, убивай первого из стаи! Постепенно не останется первых. Но придется запастись терпением.

Ты молодец, у тебя все получится, все будет хорошо.

И, все-таки, мне тебя очень жалко…

Что дальше, или Изгои бывают разные
Линии поведения ребенка, назначенного в «мальчики для битья» (это может быть и девочка), немногочисленны: можно терпеть и плакать, можно отбиваться. Можно перейти в другую школу – там может оказаться более близкая по духу стая. Жалоба родителям обычно ухудшает положение; появление старшего брата – улучшает. Увы, но все сводится к старой дилемме: умереть стоя или жить на коленях, с поправкой на реалии – «стоя» придется жить, в постоянной боевой готовности. Это куда сложнее и, без сомнения, отражается на психике.

Год первый. Драки почти ежедневные.

- Мама, почему меня никто не любит? Почему потом классная ругает меня, а не их, я же никогда не начинаю первым?

- Мальчик, а ты кого-то из них любишь? Потому что ей проще отругать одного, чем разбираться со всеми.

Два года спустя. Драки изредка, гадости – часто.

- Ты по-прежнему думаешь, что тебя все ненавидят?

- Нет. Теперь нет, мне кажется, это я всех ненавижу.

Четыре года спустя. Драк нет, мат – с почтительного расстояния. Бокс – большое дело…

- Если они играют в «Контрстрайк», а я читаю «Ночной дозор» - о чем нам говорить? Есть еще два человека, которые читают, и мне с ними интересно. Мне не нужна свита; мне не нужно никаких отношений. Нужна серая масса: я подошел к ней, узнал, что мне нужно, отошел – и все.

- Я был совершенно, абсолютно другой. Во всем. Я для них был как придурок какой-то.

- Я не умею так материться. Я не могу их бить в полную силу, - я боюсь последствий.

А это кто подал голос? Верзила с хмурым взглядом, любимец публики, которого уважают
подчиненные и опасается начальство? Твой папа?..

- Мне делали гадости – «подлянки», меня обзывали, а я… я терпел. Я был трусом. Я мог положить любого, и… не делал этого. Я знал, что я в состоянии убить эту мразь, но понимал: пока я буду его убивать, он может успеть, к примеру, выбить мне зуб. И мне мой зуб был дороже, чем вонючий труп моего врага, или даже нескольких…

С чего началось? Не знаю; я сразу был чужим. Мне не хотелось материться, говорить кому-то гадости, издеваться над учителями. Это закончилось только в институте – там я тоже был чужим, но это было нормально, таких было много, и не вызывало желания нагадить в портфель.

Все одинаково, все повторяется. Какая тяжелая наследственность…

Куда смотрит школа?
Вопрос риторический. Администрации школы, за крайне редким исключением, заинтересованы не в отсутствии драк, а в отсутствии информации. «В нашей школе ничего подобного нет и быть не может», - эти слова директора школ повторяют хором, хотя почти в каждом классе есть свой козел отпущения. «У вас конфликтный ребенок», - сообщает школьный психолог родителям жертвы, «он не адаптирован к общению с коллективом». Это так просто! И только редкие учителя берутся объяснять стае – и ее родителям, что «все - на одного» - это девиз подворотни, и что право быть собой есть у каждого.

Но главный коллективный герой школьных разборок остается, как правило, за кадром. Это – молчаливые свидетели, те, кто не участвует в травле непосредственно, но ведут себя по принципу «ничего не вижу, ничего не слышу» - от страха ли, из равнодушия – неважно. Потом, уже взрослыми, они «не увидят», как избивают соседа, но страшно возмутятся, когда никто «не увидит», как грабят из самих.

Мой Мальчик сейчас похож на щенка дога – такое же длинноногое, подвижное, веселое существо. Нам повезло: мы все пережили и не сломались, чего и вам желаем. Но почему же так хочется взорвать его школу?..

Подписывайтесь на наш канал в Telegram @timerodessa (t.me/timerodessa) - будьте всегда в курсе важнейших новостей!
Чтобы оставить комментарий, авторизируйтесь через свой аккаунт в

????????...

Видео

Рейдерский захват «Копейки» на Паустовского: как это было

Очевидцы обнародовали в интернете видео захвата помещений универсама «Копейка» на улице Паустовского.

1


????????...