Главная / Статьи

 

Материалы по теме

Хроника дня

Политические итоги 2017 года

Уходящий год не породил принципиально новых тенденций в отечественной политике, однако опасно усугубил и усилил уже существовавшие.

Конфигурация власти всё так же основывается на ситуативном союзе Блока Порошенко и «Народного фронта». Основание не слишком надёжное, но его прочности пока хватает: власти в 2017 году удалось провести целый ряд важных реформ (медицинскую, судебную, пенсионную и т. п.).

С другой стороны, союз БПП и НФ ослабляют многочисленные внутренние противоречия, самым известным из которых является перманентно тлеющий и временами разгорающийся конфликт между Порошенко и Аваковым. До сих пор эти конфликты удавалось разрешать, однако по мере приближения выборов они будут неизбежно усиливаться. Всё это происходит на фоне постоянного сокращения уровня доверия населения к власти. А выборы, которых с нехорошим нетерпением ожидает оппозиция, всё ближе…

Именно в этих условиях в недрах правящей коалиции зародилась идея объединения БПП и «Народного фронта». «Фронтовики» в результате такого объединения получали шансы въехать в Раду нового созыва на не слишком–то крепком, но всё–таки пока ещё живом Боливаре БПП. Порошенко же мог больше не беспокоиться за тылы и быть уверенным в том, что на президентских выборах он сможет использовать в своих интересах экономические, административные, политические, силовые и медийные ресурсы обеих политсил. Кроме того, в результате слияния в стране появилась бы полноценная партия власти — единственный возможный субъект любых возможных переговоров как с Брюсселем и Вашингтоном, так и, например, с Москвой.

Политические итоги 2017 года

Активные переговоры продлились несколько месяцев, однако, несмотря на общую заинтересованность обеих сторон, завершились провалом: стороны банально «не сошлись в цене». «Народный фронт» настаивал на паритетном принципе распределения квот, мест в списках и того подобного, в БПП же находили такую цену слишком высокой. К тому же все карты мешало явно скептическое отношение к идее объединения Арсена Авакова, а без участия министра внутренних дел идея во многом теряла свою привлекательность с точки зрения БПП. Начавшиеся же по мере приближения выборов дезинтеграционные процессы внутри самого БПП лишь усугубили проблему.

О том, что на плане объединения поставлен окончательный крест, окончательно стало ясно после съезда «Народного фронта» 11 ноября 2017 года, на котором Арсений Яценюк заявил: партия самостоятельно будет участвовать и в парламентских, и в президентских выборах.

Политические итоги 2017 года

Это, в свою очередь, означает, что на выборах у Порошенко и его соратников появятся вполне реальные проблемы. Во–первых, они не смогут на 100% рассчитывать на полноценное применение админресурса, особенно в тех регионах, где сильны позиции «фронтовиков». Во–вторых, и без того не слишком многочисленный провластный электорат будет «раздёрган» между кандидатами от обеих политсил, что уменьшит результат каждой из них — к радости конкурентов из «Батькивщины» или «Оппозиционного блока», которые и сами имеют дело с подобными проблемами. В–третьих, по мере приближения к выборам политическая конкуренция и несовпадение интересов БПП и НФ угрожает устойчивости самой конфигурации власти, основой которой является ситуативный союз этих сил.

Классическим конфликтом внутри коалиции является история с Избирательным кодексом. Вообще–то главными бенефициарами реформы должен был стать именно «Народный фронт», который в результате должен был получить вполне реальные шансы получить представительство в Верховной Раде нового созыва. Бонусы от изменения избирательного законодательства должны были получить и другие сателлиты Банковой, такие как, например, Радикальная партия, «Наш край», Аграрная партия и другие. В результате это позволило бы окружению Порошенко после выборов сформировать дружественную главе государства коалицию, несмотря на не слишком высокие текущие рейтинги её потенциальных участников.

Однако внезапно выяснилось, что далеко не все в окружении Порошенко готовы делиться электоральным «капиталом» с товарищами по «будке». В итоге подготовка документа ко второму чтению существенно затянулась, и далеко не факт, что итоговая редакция документа сохранит те идеи, которые были заложены в нём изначально.

Задуманная в начале года попытка стабилизировать политическую ситуацию через слияние БПП и «Народного фронта» привела лишь к ещё большей фрагментации правящей коалиции и заложила под фундамент самой конфигурации власти в Украине несколько весьма зловеще тикающих бомб.

Политика: оппозиция

Правда, в уходящем году были для режима и хорошие новости: к примеру, оппозиция, вопреки ожиданиям, почти не доставляла ему особых проблем. Так, «Оппозиционный блок» несколько раз голосовал за подготовленные властью законопроекты — например, закон о Конституционном суде, который, по мнению многих критиков, ставил этот важнейший орган в зависимость от президента.

В целом же «оппозиционеры» в 2017 году воевали не столько с властью, сколько тонули в междоусобных дрязгах. Так, не утихает война «Оппозиционного блока» с партией «За життя» Мураева и Рабиновича, нагло пасущейся на антимайданном электоральном поле, которое «оппозиционеры» считают своим «по праву рождения». А изнутри партию подтачивает конфликт между двумя её лидерами — Юрием Бойко и Владимиром Новинским. Этот конфликт уже несколько раз приводил «Оппозиционный блок» на грань раскола.

Политические итоги 2017 года

Юлия Тимошенко, считающаяся сегодня самым рейтинговым украинским политиком (что само по себе печально), также вела себя в 2017 году весьма пассивно. «Леди Ю» то ли бережёт силы перед рывком в 2018-2019 году, то ли попросту опасается, что слишком бурная активность в публичном поле закончится для неё в камере Лукьяновского СИЗО, все прелести которой Юлия Владимировна вряд ли успела позабыть.

В условиях пассивности основных оппозиционных игроков главным возмутителем спокойствия внезапно оказался Михаил Саакашвили, которого после его отставки с поста губернатора Одесской области вообще долгое время никто не воспринимал всерьёз. Однако триумфальный прорыв Саакашвили через украинскую границу 10 сентября показал, что порох в пороховницах опального экс-президента Грузии ещё имеется.

Политические итоги 2017 года

Развёрнутое Саакашвили протестное движение за минувшие три с половиной месяца знавало взлёты и падения, периоды стагнации и активизации, однако общая динамика свидетельствует о постепенной раскачке протеста: если первые акции собирали лишь сотни человек, то марш за импичмент Порошенко 10 декабря привлёк уже тысячи.

Впрочем, с «Михомайданом» тоже всё не так однозначно: ключевой его силой и в то же время ключевой слабостью является то, что «пульт управления» протестной активностью находится, по всей видимости, в Вашингтоне, а там пока не определились с тем, как относиться к Порошенко в принципе. Но об этом мы поговорим немного позже.

Политические итоги 2017 года

Экономика

Глубочайший экономический кризис, в который погрузилась Украина с 2014 года, никак не желает сменяться эпохой триумфального экономического роста. Констатировав в 2016 году рост ВВП Украины на 1,8 %, правительство оптимистично заверило граждан, что это лишь начало и уже в следующем, т. е. уходящем 2017 году, экономика Украины вырастет уже на 3 %, а дальше — и того больше. Скептики, впрочем, утверждали, что при таких темпах восстановления экономика Украины достигнет показателей эпохи Януковича лишь через 10-15, а то и более лет.

На самом деле же всё выглядело ещё печальнее: по последним прогнозам, в 2017 году вместо обещанных трёх процентов, рост ВВП составит лишь 1,6 % — то есть, даже меньше, чем в 2016 году. Промышленное производство и вовсе продемонстрировало спад по итогам 11 месяцев — правда, незначительный, всего на 0,1 %, но весьма неприятный с точки зрения соответствия бравурным прогнозам.

Впрочем, не оправдались и прогнозы скептиков, вот уже который год пророчащих Украине скорый и неизбежный экономический крах. Не в последнюю очередь удержать ситуацию на плаву до сих пор удавалось благодаря достаточно активной международной финансовой помощи, главным источником которой является Международный Валютный Фонд.

И вот на этом–то фланге в 2017 году у Украины наметились весьма серьёзные проблемы: вместо 3-3,5 миллиарда долларов США, которые планировалось получить от данной организации в 2017 году, удалось привлечь лишь один миллиард. И это при том, что выплаты по долгам предыдущих периодов составили 1 миллиард и 268 миллионов — т.е. в сухом остатке «сальдо» взаимоотношений Украины и МВФ оказалось отрицательным.

При этом 2017 был последним относительно спокойным для правительства годом в отношениях с кредиторами: с 2018-го суммы выплат начнут стремительно расти. Так, в 2018-2020 годах Украине придётся выплатить 12 миллиардов долларов только по бесспорным долгам, а ведь ещё есть 3 миллиарда «долга Януковича», уже не говоря о двух миллиардах, которые обязал Украину выплатить «Газпрому» Стокгольмский арбитраж.

При этом золотовалютные резервы НБУ на 30 ноября составили 19 миллиардов долларов, из которых чистые составляют порядка 5 миллиардов — остальные представляют собой различные специфические расчётные средства и ценные бумаги, которые не могут быть направлены на кредитование экономики или выплату внешних займов.

Ситуация не является для властей сюрпризом. Однако «программируя» её новыми и новыми займами у МВФ, режим Порошенко, видимо, рассчитывал на более быстрые темпы восстановления экономики.

Политические итоги 2017 года

Теперь же Украине, по всей видимости, придётся снова обращаться за помощью всё к тому же МВФ — но далеко не факт, что там к мольбам Киева отнесутся благосклонно. Дело в том, что Украина уже не в первый раз нарушает торжественно данные организации обещания по реформированию экономики — а точнее, выполняет их очень выборочно и частично.

Да, утверждены пенсионная и медицинская реформы, «рекомендованные» МВФ и другими «партнёрами». Однако другие обещания украинских властей — в частности, разрешить свободную продажу земли, снизить и монетизировать субсидии, приватизировать госсобственность и поднять цены на газ — так и остались невыполненными.

Причём произошло это по очень разным причинам. Так, вопросы, касающиеся «коммуналки» решили не трогать по политическим соображениям — особенно в условиях, когда очередной неожиданный политический кризис уже не удастся «разрулить» без внеочередных выборов.

С землёй — сложнее. Принципиальный консенсус насчёт того, что запрет на её продажу должен быть отменён, достигнут, и власти действительно планировали сделать это уже в 2017 году. Однако этого не произошло по весьма банальной причине: различные группы влияния на политическом Олимпе не договорились о том, по каким правилам будет продаваться земля, т. е. кому она в итоге достанется.

Как бы там ни было, у МВФ хватает поводов быть не слишком довольным поведением Украины. И далеко не факт, что Киев сумеет получить желанную помощь от международных банкиров в достаточном объёме, что чревато уже новыми рисками: например, новым витком падения гривны и стремительной инфляцией на потребительском рынке. А украинская экономика далеко не в том состоянии, чтобы легко справиться с очередным ударом — особенно когда долларовой подушки безопасности от МВФ уже не будет.

Впрочем, есть и хорошие новости: у страны появился новый важный источник дохода — переводы от трудовых мигрантов за рубежом. По итогам 2016 года гастарбайтеры перевели на родину свыше 7 миллиардов долларов, что в полтора раза больше совокупного объёма прямых иностранных инвестиций в экономику Украины. В 2017 году эта сумма (с учётом безвиза), по видимости, станет ещё более внушительной.

Правда, проблема заключается в том, что временное облегчение экономических «хворей» страны за счёт трудовой миграции чревато системными проблемами в будущем. С ними, к примеру, столкнулась в своё время Польша, значительная часть трудоспособных граждан которой отправились на работу в Германию и другие более развитые страны ЕС. В результате в Польше возник серьёзнейший дефицит рабочих специальностей, страна справилась с этой трудностью за счёт притока дешёвой рабочей силы из Украины, у которой, в свою очередь, это может уже не получиться: в мире осталось не много стран, уровень жизни в которых значительно ниже украинского.

Дипломатия

По итогам 2017 года можно с уверенностью говорить: медовый месяц отношений Украины с ЕС, США и вообще «цивилизованным миром» позади, а будущее туманно и неясно.

А ведь начиналось всё очень неплохо. В первой половине года Украина могла похвастаться целым рядом побед на дипломатическом фронте: так, Евросоюз всё–таки предоставил Украине долгожданный безвиз, а Голландия (вопреки результатам референдума!) ратифицировала всё–таки Соглашение об ассоциации Украины с ЕС. Однако уже со второй половины года Украина медленно, но уверенно становится на путь к международной изоляции.

Политические итоги 2017 года

Так, очень существенно испортились отношения с Польшей, которая по традиции считалась одним из главных «друзей» Украины в Евросоюзе — несмотря на весьма сложную историю отношений между народами в прошлом. Причём Украина сама сделала многое для того, чтобы снова «расчесать» уже успевшие затянуться раны, без всякой меры и необходимости педалируя вопросы героизации ОУН и УПА. Тема геноцида поляков на Волыни в Польше всегда была довольно чувствительной, и когда прошлое стали активно ворошить в Украине, поляки отреагировали почти на рефлекторном уровне.

Более того, дискутируя с украинцами о событиях середины прошлого века, поляки не могут не вспоминать о том, что каких-то 60 лет назад тот же Львов, к примеру, был польским городом, а частью Украины стал в итоге той самой «советской агрессии», которую в Украине сегодня с таким пафосом осуждают. Например, в ноябре 2017 вице–консул Польши в Луцке Марек Запур назвал Львов польским городом, да к тому же сравнил обстоятельства, при которых Львов достался Украине, с событиями в Крыму и на Донбассе.

Дело дошло до составления списков персон нон–грата, в которые попал, к примеру, директор Института национальной памяти Украины Владимир Вятрович. Кто бы мог подумать о подобном в 2014 году?

Политические итоги 2017 года

Ухудшаются отношения и с другими европейскими соседями, причём и в этом случае украинские власти сами стали «кузнецом своего счастья», приняв в сентябре 2017 года скандальный закон, фактически лишающий неукраинцев право получать школьное образование на родных языках. Вообще–то закон был направлен в первую очередь против русского населения, однако рикошетом зацепил болгарскую, румынскую, молдавскую и венгерские диаспоры, за которые немедленно вступились их национальные правительства. И если Болгария и Румыния, похоже, склонны спустить конфликт на тормозах, то вот Венгрия разозлилась всерьёз, пообещав блокировать любые инициативы Украины по сближению с ЕС и НАТО.

Но всё это мелочи по сравнению со стремительным охлаждением отношений Киева с Вашингтоном и руководством ЕС. Проблема заключается в том, что официальный Киев вовсе не спешит выполнять настойчивые требования Запада о создании в Украине антикоррупционных судов и расширении процессуальных прав НАБУ. Западу это нужно для того, чтобы обеспечить себе прямой, независимый от национальных элит рычаг влияния на события в Украине. Однако именно по этой причине эти самые национальные элиты изо всех сил блокируют любые толчки с запада в этом направлении. В этом не заинтересован ни президент Порошенко (нежелающий делиться властью с кем–либо — даже с Вашингтоном!), ни украинские олигархи, которые предпочитают договариваться всё–таки с президентом Украины (кем бы он ни был), чем с чиновниками Госдепартамента.

Неожиданная строптивость украинских «партнёров» не может не вызывать раздражения в США: в Вашингтоне небезосновательно считают, что самим фактом своего существования режим Порошенко обязан именно им. И единственное, что сегодня удерживает Белый Дом от включения логики «я тебя породил, я тебя и убью», — это отсутствие понятной альтернативы Порошенко во главе государства.

Политические итоги 2017 года

Именно поэтому, возможно, так странно развиваются события на упомянутом выше «Михомайдане», которым, как считают многие, дирижируют из Вашингтона. Склоняется американский истеблишмент к тому, что Порошенко «сукин сын, но наш сукин сын» — и Саакашвили заявляет о готовности договариваться с президентом ради борьбы с Путиным. Усиливаются антипорошенковские настроения на берегах Потомака — и ведомая экс-президентом Грузии толпа штурмует Октябрьский дворец… Однако вечно так продолжаться не может: США всё–таки должны принять какое–то окончательное решение. Вполне возможно, это случится уже в 2018 году.

В целом, главным итогом 2017 политического года стало формирование в украинском обществе острого социально–политического невроза, где темное настоящее перерастает в непонятное будущее. Всё это формирует отложенное протестное настроение, которое в совокупности с внешнеполитическими факторами может привести к гигантскому внутриполитическому взрыву буквально в любой момент.

Именно поэтому совсем не исключено, что 2017 год станет едва ли не последним относительно спокойным годом в истории Украины.

Авторы: Юрий Ткачёв и Руслан Бизяев

9
Подписывайтесь на наш канал в Telegram @timerodessa (t.me/timerodessa) - будьте всегда в курсе важнейших новостей!
Чтобы оставить комментарий, авторизируйтесь через свой аккаунт в

????????...

Видео



????????...