Главная / Статьи

 

Хроника дня

Пять тайн Одесской киностудии

Одесский кинорежиссёр Николай Седнев представил точку зрения, катастрофически не совпадающую с той благостной картиной, что рисуют нам, одесситам, дирекция и пресс-служба киностудии.

Статья была опубликована в журнале «Радуга» (№3-3, 2019 г.). С разрешения автора и редакции журнала ТАЙМЕР публикует этот текст.

Подавляющее большинство одесских кинематографистов в связи с развалом кино в Украине, а особенно в Одессе, уехали из города и страны. Мне же не с кем было оставить мать-инвалида, лежачую больную, поэтому я остался.

До недавнего времени в штате Одесской киностудии нас оставалось в числе творческих работников всего трое режиссёров–постановщиков. Кира Муратова ушла в лучший из миров, и нас осталось двое — Виллен Новак и я (помните фильмы «Принцесса на бобах» и «Дикая любовь»? Это ленты Новака). Плюс пара операторов, пара художников и пара звукооператоров. Как в Ноевом ковчеге — «каждой твари по паре». Последние могикане. Остатки творческого коллектива.

В Одессе есть ещё несколько режиссёров кино, уволенных/уволившихся с киностудии: Леонид Павловский, Игорь Шевченко, Виктор Ноздрюхин, Александр Амелин, Ярослав Лупий — безработные, они остались кинорежиссёрами, никто у них профессию не отбирал, да и не может отобрать, но строго говоря, формально они уже не являются режиссёрами Одесской киностудии. То есть их трудовые книжки лежат у них дома, а моя и Новака — в отделе кадров киностудии, вот и вся разница.

Последний раз у меня работа и зарплата на студии были в 2003 году, итого 15 последних лет — ни работы, ни зарплаты, ни отчислений в пенсионный фонд, ни пособия по безработице, что вообще за гранью законодательства. Попросту — беззаконие (так что, хотя я формально числюсь в штате киностудии, фактически я такой же безработный).

Пять тайн Одесской киностудии

Ненамного лучше положение у Виллена Новака (народного артиста Украины, киноакадемика) — у него работа и зарплата последний раз были 12 лет назад. Нас и увольнять не увольняют, и работы не дают. И так — шестнадцатый год. А ведь мы живые люди…

Могу и имею право преподавать: кинорежиссуру, актёрское мастерство, киносценарное мастерство, сценречь, сцендвижение — эти дисциплины изучают на кинорежиссёрском факультете, они проставлены в моем дипломе (для дальнейшего повествования это важно).

Чтобы не умереть с голоду, работаю там, где не требуют официального оформления — ночным сторожем на автостоянке (там, в будке, охраняя по ночам машины, я и написал свои «фильмы на бумаге» — роман, повесть, рассказы). Живу, как понимаете, «за чертой бедности». Но говорю это не для того, чтобы кого–то разжалобить и что–то выпросить, всего лишь обрисовываю ситуацию, чтобы было понятным дальнейшее повествование.

А теперь об обещанных в заголовке тайнах.

Немного рекламы: «Поступи в нашу киношколу на Одесской киностудии, и перед тобой откроются двери Голливуда!» Круто, правда? Таких платных киношкол с факультетами на любой вкус — актёрскими, режиссёрскими, операторскими, сценарными и т. д. я насчитал на киностудии шесть. Пожалуйста, выбирай!..

Каждый из нас был свидетелем того, как у многих самых разных людей светлеют лица, когда они слышат словосочетание «Одесская киностудия». Это что–то из детства, это кораблик под парусами, это — марка, фирма, имя, престиж, здесь не обманут!

И еще реклама: «Хочешь стать звездой? Поступай в нашу киношколу! Все наши преподаватели — кинопрофессионалы высочайшего класса, каждый наш педагог — это имя в искусстве!»

Тайна первая

С педагогов и начнём. Кто же они — эти зажигатели звёзд, эти звездоделы? 
Вот я открываю официальный сайт одной из киношкол, базирующихся на Одесской киностудии. Заходим в раздел «Наши педагоги». О, и фотки есть. Читаем: «Виктор Б., кинорежиссёр». Что вы можете о нём сказать? А почему не указано образование Виктора Б.— оно засекречено? Какие фильмы он поставил как режиссёр — тоже тайна за семью печатями? Действительно, странновато…

Виктор Б. закончил Одесский институт сухопутных войск. Упомянуть об этом факте он не хочет и не может по понятной причине — тогда возникнет вопрос: а с какого такого перепугу ты решил, родной, что ты кинорежиссёр? А фильмов, поставленных Виктором Б. как «режиссёром», не указано по одной простой причине — ввиду их полного отсутствия…

Н–да… Ну, хорошо (хотя что хорошего?). Открываем рекламный сайт другой киношколы. «Александра К., кинорежиссёр, преподаватель актёрского мастерства». Об образовании тоже ни слова… Диплом экономиста (на девичью фамилию, тогда она ещё была Александра Х.). Но разве на экономфаке изучают кинорежиссуру и актёрское мастерство?! Она такой же режиссёр, как я японская балерина. Ни фильмов её, ни ролей в рекламе не упомянуто, потому что их опять же нет.

На каком же основании Виктор Б. и Александра К. называют себя «кинорежиссёрами»?! А ни на каком, просто им так хочется. Остап Бендер выдавал себя за гроссмейстера, а эти — за режиссёров. Но суть одна и та же — выманить денежку.

Третья киношкола. «Преподаватель Анна К., сценаристка, актриса»… Закончила филологический факультет. И вы не найдёте ни одной киноленты, в титрах которой Анна К. значится как сценаристка или актриса. Ещё не сняли.

Пять тайн Одесской киностудии

Мне просто интересно — ну а как же они преподают?.. Есть множество опубликованных (и в бумажном виде, и в электронном) стенограмм занятий по актёрскому мастерству Станиславского, Топоркова, Захавы, Этуша, Табакова… Прочитали дома — пришли, пересказали. Некоторые из этих горе–педагогов под столешницей держат на коленях книжку, куда периодически тайком заглядывают — что плести доверчивым буратинам дальше. А вот показать, как сыграть — о, этого поддельные кинопедагоги на своих «занятиях» избегают. Потому что не умеют…

Кстати, с дипломами киновузов не пускают в средние школы преподавать язык и литературу — «нет соответствующего образования». Почему же филологи, в том числе мнимая сценаристка и ни разу не актриса Анна К., запрудили киностудию и, бессовестно притворяясь кинематографистами, «преподают» кинодисциплины? А в средних школах учителей не хватает…

Четвёртая киношкола. «Алёна Р., закончила курс сценарного мастерства во ВГИКе». Ну, тут-то уж всё в порядке? А вас ничего не смущает? Выпускница сценарного факультета ВГИКа… Стоп! А почему так и не написано — «выпускница сценарного факультета»? «Закончила курс…» Гм… Какой курс? Первый, четвёртый, восьмой, фиолетовый, мокрый? Там не хватает одного слова: «трёхдневный».

Вот именно. У Алёны Р. на самом деле всего лишь 10 классов за плечами. Во ВГИКе преподавателям, вероятно, не очень-то хватает зарплаты, вот они иногда и устраивают себе что–то вроде отхожего промысла — объявляют трёхдневный лекторий для всех желающих «Как пишется сценарий» или что–то вроде того. (Лекторий не «заканчивают», его прослушивают!) Пускают каждого, кто может заплатить, читают им лекции по 4–5 часов в день в актовом зале (при этом слушатели лектория не считаются студентами ВГИКа!). Через три дня профессиональными сценаристами они, разумеется, не становятся, в лучшем случае нахватаются немножко по верхам, однако, приехав в провинцию, например в какие–нибудь Васюки или Одессу, могут выдать себя за специалистов: правдивое слово «прослушала» заменить на хитренькое «закончила», а слово «трёхдневный» как бы так–этак случайно опустить…

Вот ещё несколько услужливых швейцаров–пройдох у «дверей, ведущих в Голливуд», знакомьтесь. Ксения С., выпускница факультета политологии, преподает… сценречь. Какое отношение политология имеет к сценречи? А никакого. Сергей С. выпускник политеха, преподаёт… актёрское мастерство. И — как вишенка на торте! среди якобы педагогов! этих как бы киношкол! семь человек (включая уже известную нам Алёну Р.) со средним образованием!

Такие вот «кинопрофессионалы высочайшего класса»… Всё это было бы смешно, когда бы не было печально.

Я не обижусь, если вы не поверите мне. Я бы и сам не поверил, если бы мне такое рассказали. Но ничего не придумываю, если бы придумывал, то уж что–то поправдоподобней сочинил.

В общем, разве только ещё слесари–сантехники ЖЭКов не преподают творческие кинодисциплины в этих самых «фабриках звёзд» на Одесской киностудии, и то лишь скорее всего потому, что среди родственников и приятелей дирекции не случилось ни одного слесаря (так уж вышло)…

А в это время профессиональные одесские кинематографисты вынуждены за копейки работать ночными сторожами, чтобы выжить… Не я один. Тоже ночным охранником тоже на автостоянке работал много лет до недавней своей смерти мой коллега, режиссёр-постановщик Одесской киностудии Иван Горобец… Присматривает по ночам за чужими «мерсами» и «бэхами» одесский киносценарист, выпускник сценарного факультета ВГИКа (настоящий, а не трёхдневный!) Сергей Бондаренко. Кстати, профессия у него потомственная, старожилы Одесской киностудии хорошо помнят его отца, сценариста Викентия Бондаренко. Серёгу я давно не видел, последнее время он, прямо скажем, крепко запил… Почему запил? Догадайтесь с одного раза. Ещё одного коллегу встретил на Староконке, продаёт на блошином рынке прабабушкин хрусталь, фамильный сервиз, ложечки; просил не называть его фамилию…

Пять тайн Одесской киностудии

Но ведь это… я даже не подберу определения… Подлость! Надувательство! Это если по–литературному. А по–простому — кидалово, развод на бабки. Развели таким образом на Одесской нашей киностудии (вы сейчас подумаете, что я преувеличиваю — ей–богу, нет) свыше десяти тысяч одесситов и тех, кто приезжал из Полтавы, Николаева, Херсона, снимал в Одессе квартиры, комнаты, углы,— киношные профессии считаются престижными, мечтающих стать кинематографистами хоть отбавляй… Я знаю семьи, еле сводящие концы с концами, которые брали под грабительские проценты кредиты в банках, чтобы оплатить обучение своей кровинушки в киношколе — для образования своих детей, ради их будущего многие родители ничего не жалеют, идут на любые жертвы…

Приходится констатировать: Одесскую киностудию оккупировала шайка клоунов, выдающих себя за профессиональных кинематографистов (хотя таковыми ни в коей мере не являются), которые одержимы страстью учить других — за деньги, разумеется, — причём учить тому, чего сами не умеют… Это и есть первая, страшно охраняемая тайна одесских киношкол — анекдотически «высокий» уровень преподавания.

Тайна вторая

Ни у одной из этих «кузниц талантов» нет лицензии на открытие учебного заведения. Но ведь в некоторых случаях такая лицензия необязательна. Если ты хочешь развивать какие–то отдельные качества, навыки человека. Например, открыть курсы скорочтения. Можно тогда оформиться лишь как физлицо–предприниматель и обойтись без лицензии. Какой диплом ты обязан выдать выпускнику твоих курсов — скорочтеца? Такой профессии нет. Или курсы по подготовке к поступлению на физмат. После нескольких сотен решённых тобой с учениками типичных задачек, встречающихся на вступительных экзаменах, ты с ними расстаёшься. Они пришли к тебе абитуриентами, ушли абитуриентами, но более подготовленными. Их статус не изменился.

Но если ты собираешься обучать людей профессии, входящей в Единый реестр профессий и специальностей, а тем более требующей высшего образования — инженера, врача, кинорежиссёра, кинооператора, архитектора и т. п.,— закон категоричен: предварительно нужно получить лицензию на право ведения образовательной деятельности в Министерстве образования и науки плюс обязательная аккредитация.

А за пару-тройку месяцев занятий по вечерам 2–3 раза в неделю невозможно вообще в принципе воспитать кинорежиссёра, тем более из любого желающего — ещё ведь талант нужен, это же творчество, а не вытачивание болтов да гаек, не наклейка обоев. Ведь в кино, где авторство коллективное, каждый творческий работник съёмочной группы — это соавтор, личность, и подготовить его — это штучная работа, хэнд–мэйд, а не штамповка.

Тайна третья

Никаких вступительных (как, впрочем, и выпускных) экзаменов, никакого конкурса в сколько–то там человек на место в этих так называемых киношколах не предусмотрено — принимают всех, кто может заплатить: и одарённых, и тех, кто — наоборот… Словом, система заточена на выдуривание денег, а вовсе не на реальную подготовку реальных специалистов. И всем обещают — славу, успех, золотые горы, словом — Голливуд нараспашку… На самом деле киновуз — это конкурс от 20-ти до 200 (!) человек на одно (!) место в зависимости от вуза, факультета и Мастера, осуществляющего набор. Сложнейшая трёхтуровая система отбора (фактически четырёхтуровая, если считать предварительный конкурс), отсеивающая до 90 процентов абитуриентов уже на первом туре, пять лет напряжённейших с утра до ночи занятий (нерадивых безжалостно выгоняют из института!) — я помню, если мы изредка в 9 вечера уходили из «альма–матер», то восклицали: ух ты, как непривычно рано мы сегодня освободились!

Пять тайн Одесской киностудии
"Заяц, жаренный по-берлински" (2011)

Это всё не нужно?! Мы все дураки?! И Кира Муратова, и Виллен Новак, и Роман Балаян, и Михаил Ильенко, и Марлен Хуциев, и Андрей Тарковский?! Включите одесские телеканалы — стада молодых людей который год важно сообщают о себе (и главное, сами, похоже, в это верят!): «Я молодой кинорежиссёр (это за пару-то десятков занятий–то!), я закончил киношколу…», «Я молодой киносценарист…» — и далее раздумчиво, с глубокомыслием повествуют о своих «творческих планах»…

Кто–то же им внушил это (коллективной мании величия не бывает, это сугубо индивидуальное заболевание), и что называется, не без материальной пользы для себя.

Одно время в одесское отделение НСКУ целыми косяками приходили «выпускники» этих «кузниц талантов» — мы хотим поступить (они говорили «записаться») в Национальный Союз кинематографистов Украины. Мы терпеливо объясняли буратинам, что Союз объединяет профессиональных кинематографистов, а не кинолюбителей. В результате одни уходили с невесёлым открытием, что в «киношколах» их околпачили, как котят, а другие — с обидой и уверенностью, что в Союзе кинематографистов окопались старпёры, готовые костьми лечь, но не пустить туда молодёжь…

Кино–Одесса постепенно превращается в кинематографические Нью-Васюки. Киностудия стоит, фильмы не снимаются (разве иногда сдают аппаратуру в аренду приезжим, громко называя это… копродукцией), но на её территории вовсю кипит «работа» — новоявленные Остапы Ибрагимовичи поставили на поток торговлю «сертификатами», плодят дутых «кинематографистов» ватагами.

Тайна четвёртая

Сертификаты, вручаемые одесскими «киношколами» своим «выпускникам», абсолютно никакой юридической силы не имеют и являются разновидностью так называемых «филькиных грамот». Диплом гособразца — вот что должно выдавать частное (лицензированное!) учебное заведение.

Пять тайн Одесской киностудии

Знаю трёх подружек, которые с актёрскими «сертификатами», выписанными им на Одесской киностудии, пытались устроиться на работу в театры. В театрах смеются до сих пор. Прямо скажем, грустная картина…

Тайна пятая и последняя

Все эти «киношколы», а по факту краткосрочные лектории, не имеют абсолютно никакого отношения к Одесской киностудии — это всё частные фирмы (точнее — большей частью физлица–предприниматели), всего лишь арендующие помещения на киностудии, но тщательно мимикрирующие под якобы её структурные учебные подразделения (хотя учебных подразделений у Одесской киностудии нет). Вся фишка этой жмурки заключается именно в этом. Нигде в другом месте эта афера не прошла бы: кто пойдёт, а тем более деньги понесёт, и немаленькие, в «киношколу» при Клубе трамвайщиков или Дворце культуры строителей имени Леси Украинки (до сих пор не пойму, какое отношение имела Леся Украинка к строителям, скорее уж Иван Франко, тот хоть «Каменяр» написал, но то такое, заметки на полях). Ясно будет любому, что это любительский кинокружок, художественная самодеятельность.

Когда доллар побил очередной собственный рекорд по прыжкам в высоту, везде по стране соответственно подняли ставки за аренду. Все одесские псевдокиношколы согласились. А одна особо упёртая заартачилась — будем платить прежнюю сумму или уйдём. Не на того напали, директор Одесской киностудии сказал: ну, и уходите. Мятежная «фабрика звёзд» с гордо поднятой головой, ожидая крика за спиной «Вернись, я всё прощу!», ушла. Но крика не дождалась. Подыскала помещение в одной из средних школ неподалеку, на проспекте Гагарина. И прогорела. Люди туда не пошли. «Киношкола при гимназии номер такой–то» — не звучит.

В результате несолоно хлебавши «блудная дочь» вынуждена была вернуться в лоно киностудии. Но делая хорошую мину при плохой игре, мать-основательница этой «кузницы талантов» всем стала втирать: мол, тут на киностудии всё же аура, понимаете, аура — здесь храм искусства, ах, эти стены помнят голоса Довженко, Бучмы, Высоцкого, Шукшина, Хуциева…

Пять тайн Одесской киностудии
Музей кино, Одесская киностудия

Бываю я на киностудии нечасто: ни работы, ни зарплаты хронически нет. Что ж там делать, разве что какое–нибудь не каждый месяц совещание или иное мероприятие в Одесском отделении Союза кинематографистов, располагающемся на территории студии, в старинном особняке княгини Сан–Донато. Директором киностудии обычно назначают почему-то представителя частных инвесторов, а не от государства, в лице Минкультуры, владеющего контрольным пакетом акций киностудии; очевидно, задумка — показать плюсы эффективного частного собственника. Однако директора со дня акционирования киностудии вот уже 13 лет показывают противоположное…

Как–то выхожу из киностудии — стоит женщина с двумя детьми. Обращается ко мне: «Вы здесь работаете? Посоветуйте, в какую киношколу лучше… Сын хочет в кинорежиссёры, а дочка — в киноактрисы». Я уже опаздывал на дежурство на автостоянку, сказал только: «А вы знаете, что это всё — частные фирмы, арендаторы?». Но ей и этого хватило. Лицо вытянулось, уголки губ опустились: «А–а, понятно, развод на деньги… Спасибо, что предупредили. Лучше дочери тёплые сапоги куплю, а сыну ботинки…»

Но история получила продолжение. Через некоторое время случилось очередное заседание правления Союза кинематографистов. Прихожу на студию, а в коридоре подлетает ко мне один из «звездоделов» с претензиями: «Что это вы о нас гадости говорите?!» — «Какие именно гадости?» — «Ну, вот женщине с двумя детьми вы сказали, что мы никакого отношения к киностудии не имеем, лишь арендуем здесь помещение» — «А разве это неправда?» Он замялся: «Ну, правда… Но зачем об этом говорить?!».

Из–за нехватки собственно режиссёрской работы я работал кастинг–директором в двух последних картинах Киры Муратовой. Представьте очень «густонаселенный» фильм Муратовой «Мелодия для шарманки» — более 160-ти персонажей. Трудоголик Кира Георгиевна просматривала на каждую роль от нескольких человек (на эпизодические роли) до нескольких тысяч (на главные роли). Та ещё работенка была, безумно трудная, но безумно интересная. Подготовительный период длился полгода (обычно в 3–4 раза меньше). В том числе приходили во множестве выпускники этих самых частных «питомников звёзд». На кастингах даёшь им элементарное актёрское задание, а они совершенно позорнейшим образом беспомощны, впечатление, будто ходили в плохой самодеятельный драмкружок (бывают драмкружки в клубах хорошие, и даже очень). Из расспросов выяснилось, как их «обучают» в этих киношколах-симулякрах. «Здесь вы должны изобразить на лице (?!) удивление: чуть приподнимите брови, а челюсть опустите (помните, у Ильфа и Петрова "Дышите глубже — вы взволнованы"?), а тут — покажите презрение (?!): слегка оттопырьте верхнюю губу, а нос наморщите (Станиславский в гробу перевернулся бы, если бы услышал)». Обучение кривлянию (на актёрско–режиссёрском жаргоне называется — хлопотать лицом)…

Пять тайн Одесской киностудии

Типичный диалог. Кира Муратова: «Кто у вас преподавал актёрское мастерство?!» «Кинорежиссёр Карен Александрович П…» Муратова: «Я такого режиссёра не знаю». (Тут надо пояснить, что Одесса в кинематографическом плане город очень маленький, мы все, профессиональные кинематографисты, друг друга знаем.) Я: «Никакой он не режиссёр, это обман, у него 10 классов образования». В рекламе касательно распахивания «двери в Голливуд» вопрос об образовании самопровозглашённого «кинорежиссёра» Карена П., конечно же, «изящно» обойдён, фильмы, типа снятые типа «кинорежиссёром» Кареном П., само собой, не называются — их нет, никогда не было и, что–то мне подсказывает, не будет… Трагикомизм ситуации в том, что всё это по странному стечению обстоятельств зачастую располагалось… рядышком на одном и том же этаже, в одном и том же коридоре, только за разными дверьми, а уж в одном здании во всех случаях: репетиционный зал великого кинорежиссёра Киры Муратовой с её всепоглощающей дотошностью, скрупулёзностью в деталях и нюансах, тщательностью, «горением» в работе; и чуть ли не через стенку — обнаглевшие арендаторы-деловары местечкового разлива, дешёвая хлестаковщина с ряжеными «кинорежиссёрами», два в одном флаконе под названием Одесская киностудия — настоящее и мнимое, гениальный кинорежиссёр Кира Муратова и жулики, играющие роль кинорежиссёра…

Не знать всего того, что вытворяют арендаторы, конечно же, администрация студии не может. О позорище под названием «киношколы» я, например, поднимал вопрос перед директором Одесской киностудии Андреем Осиповым на общем собрании коллектива студии ещё в апреле прошлого, 2018 года. А воз и ныне там…

Так что дирекции Одесской киностудии впору как минимум инкриминировать молчаливое соучастие в массовом обжуливании одесситов. Всё это явственно попахивает уголовной статьёй «мошенничество» — завладение денежными средствами граждан обманным путём. Строго говоря, выпускников одесских киношкол нет (выпускники бывают у учебных заведений), есть потерпевшие. Согласно нормативным актам Министерства образования, в местных департаментах образования (что областного, что городского подчинения) должны не только в обязательном порядке находиться ксерокопии дипломов о высшем образовании всех частных преподавателей всех частных учебных заведений и курсов данной местности, но и быть доступными гражданам.

Старейшая «киношкола» пасётся на Одесской киностудии уже больше полутора десятилетий. Другая квартирует лет десять. Третья — восемь и т. д. На полумёртвой киностудии полдюжины иллюзорных «киношкол» при помощи поддельных «педагогов», прикидывающихся кинематографистами, напекли, повторюсь, больше 10-ти тысяч фальшивых «киноспециалистов», целую дивизию… Администрация же студии заняла очень удобную для себя позицию: я не я, хотя хата моя… Дескать, это же частные арендаторы, мы же не можем им указывать… Получается, дирекции все равно, кому сдавать помещения киностудии в аренду. Некоторые лжекиношколы обнаглели до такой степени, что на своих рекламных сайтах (раньше на афишах, которые расклеивали по городу, с некоторых пор всё переместилось в Сеть) ставят даже «шапкой» эмблему Одесской киностудии и эмблему Национального союза кинематографистов, а ниже уже название своей квазикиношколы и далее объявление об очередном наборе.

Директор киностудии и глава Союза кинематографистов дружно делают вид, что не замечают этого нахального незаконного использования своей символики, товарных знаков или как это называется — брендов, логотипов (я не очень разбираюсь в этих новомодных словечках, каюсь, отстал — прошлой ночью перечитывал на автостоянке Бунина).

Почему так получается, не проще ли владельцам этих «кузниц киноталантов» пригласить преподавать настоящих кинематографистов, которые ещё остались в Одессе? На условиях конфиденциальности некоторые из «представителей» киношкол признались: администрация киностудии строго–настрого запрещает привлекать к преподаванию профессиональных одесских киношников, особенно состоящих в штате киностудии, грозя непродлением срока аренды.

А какой в этом смысл?..

Пять тайн Одесской киностудии
«Два в одном» (2006)

Причина прозрачная: ведь если этот Седнёв, например, получит возможность преподавать то, что имеет право преподавать: кинорежиссуру, актёрское мастерство, мастерство киносценариста, сценречь, сцендвижение, все те предметы, что указаны в моём режиссёрском дипломе, то он, то есть я, сможет, не дай бог, заработать какую-то копеечку, и жизнь ему мёдом покажется, и тогда он точно не заберёт свою трудовую из отдела кадров киностудии. Нас просто выживают, понимаете? Мы, творческие работники, на киностудии не нужны, мы лишние, мы мешаем присылаемым из Киева директорам. Их же земля киностудии интересует, эти дорогущие шесть с половиной гектаров у моря, чтобы высоток понастроить, а вовсе не возрождение Одесской киностудии, на которой они давно крест поставили, не люди, не творческий коллектив, не фильмы снимать — как они красиво разглагольствуют перед журналистами на брифингах — это ведь не более чем дымовая завеса, камуфляж. Уволить нас не могут — по условиям частичного разгосударствления 13 лет назад «с сохранением творческого коллектива», вот нас и выживают всевозможными способами. Многие не выдержали, ушли, уехали. Я же говорю — последние могикане.

Расчёт и надежда хитромудрой дирекции: надо ещё чуть-чуть надавить, чтоб последние творческие работники ушли, и всё — режиссёры закончились, снимать некому, состоялось окончательное решение киноодесского вопроса, кино в Одессе «само исчерпало себя»…

Развалить, разогнать творческий коллектив Одесской киностудии, покончить с кинематографическими традициями Южной Пальмиры, с самим духом одесского кино — вот цель засланцев из Киева, это более чем очевидно.

Традиции, дух — как ведь всё это передается? Только через людей. Я работал вместе, рядом с Муратовой, Тодоровским, Костроменко, Юнгвальд–Хилькевичем и другими, что–то от них воспринял, в том числе не всегда передаваемое словами, молодое поколение что–то и от меня воспримет — механизм простой. Вот и не подпускают нас даже близко к молодёжи, будто мы токсичны. Посмотрите любопытства ради списки тех, кто ежегодно ездит от Одесской киностудии выступать перед детьми, например, в лагерь «Молодая гвардия» под Одессой, и кого там детям, что самое интересное, представляют одесскими кинематографистами — а ведь они все ни одного дня не работали на Одесской киностудии… Нас просто изолируют, особенно от молодёжи. Хоть не сжигают живьём, и за то спасибо…

Прервать связь поколений, связь времён. Мы ведь ещё помним великое доброе и светлое кино, мы, одесские кинематографисты, его, этот феномен, застали, мы в нём работали, мы ещё не совсем забыли, как оно делается, и мы можем, не дай бог, кому-то это передать…

Геноцид многие понимают упрощённо, лишь как физическое уничтожение групп людей, объединённых по этническому признаку. Но почитайте, что дальше говорится в определении геноцида, данном ЮНЕСКО (иногда это называют «медленным геноцидом»), цитирую: «…а также создание невыносимых условий жизни группам лиц, объединённым по этническому, религиозному, языковому, культурному и др. признакам». Так вот мы, творческие работники Одесской киностудии, и есть эти «и др.» — группа людей, объединённых по культурно-профессионально–региональному признаку…

Кто ещё покопается в документах ЮНЕСКО и ООН, найдёт интересную дефиницию «культурная зачистка». Ну, это, например, когда властям нежелательны разные–всякие–нехорошие люди, пусть даже не всегда знакомые друг с другом, но которых всё же нечто не совсем благонадежное объединяет вроде как в группу (необязательно структурированную), а именно, предположим, не- которые культурные предпочтения, ну, например, они больше любят «Одесские рассказы» Бабеля нежели «Кайдашеву сім’ю» Нечуя–Левицкого…

Всё, что делает дирекция Одесской киностудии как минимум последние тринадцать лет с творческим коллективом Одесской киностудии, — это и есть медленный геноцид, культурная зачистка.

Пять тайн Одесской киностудии
«Настройщик» (2004)

Вы всё время говорите — дирекция киностудии, а кто они? Страна хочет знать своих героев! Предыдущий директор Одесской киностудии (правил пять лет) Андрей Зверев, присланный к нам из Киева, до того работал директором завода металло- конструкций (спасибо, хоть не завморгом). Вот уже два года у нас новый директор Осипов, тоже Андрей, специалист по сельскохозяйственному праву из Луцка.

Про их со Зверевым бесконечные «ляпы» в кинотерминологии среди киношного народа уже легенды ходят типа «луна на небе крупным планом» и т. п. А их многочисленные, тоже засланные к нам Киевом, замы, то вообще отдельная песня. Киностудия стоит, кинопроизводство не ведётся, зато у директора куча непонятно за что получающих зарплату залётных замов из той же серии — ни кинообразования, ни опыта работы в кино. Зато сколько важничанья! Перед кем? Перед обнищавшими одесскими профессионалами, которые без работы и зарплаты десятилетиями…

Спец по агротяжбам Осипов, довольно быстро вписавшись в общий дух фантасмагоричности на Одесской киностудии, издал приказ: всех, у кого в пропуске стоит отметка «член Союза кинематографистов», через главный вход на Одесскую киностудию не пущать. С «чёрной меткой» — через чёрный ход. Тут надо сказать, что с незапамятных времён все творческие работники Одесской киностудии поголовно состоят в этой общественной организации, то есть фактически запрет касался всего творческого коллектива киностудии, точнее, его остатков…

И что вы думаете — пару месяцев режиссёры, художники, операторы, сценаристы, и так униженные многолетней безработицей и безденежьем, вынуждены были делать крюк от трамвайной остановки мимо евроотремонтированного красивенького парадного входа из стекла и бетона метров сто с гаком по Французскому бульвару вдоль забора, чтобы попасть на студию ректально — сквозь обшарпанные воротца… А чего ради с нами, голодранцами, церемониться?!

А через красивенький вход для белых людей на Одесскую киностудию шествовали исключительно те, у кого есть «работа» и зарплата, в общем — уважаемые люди: пан директор Осипов, его заместители, помощники и секретарши, начальница отдела кадров, гл. бухгалтер, гл. инженер, гл. энергетик, гл. редактор, финдиректор, зав. Музеем кино, зав. пресс-центром, зав. экскурсионным отделом, экскурсоводы с экскурсиями, квартиранты-арендаторы, в том числе руководители «киношкол» с их «педагогическими коллективами» (уже достаточно подробно описанными) и очередными буратинами, а также обслуга — шофёры, уборщицы, сантехники… Зато мы, творческие работники имели повод напевать широкоизвестное: «Нормальные герои всегда идут в обход…»

Кира Муратова тогда уже неважно себя чувствовала и на студии не бывала, и хорошо, что не бывала, иначе живого классика современного мирового кино тоже погнали бы кружняком мимо гаражей через задний проход…

Пять тайн Одесской киностудии

Разразился скандал. Осипов вначале ушёл в несознанку, дескать, это все неправда. Но когда журналистская братия припёрла пана директора к стенке угрозой опубликовать фотокопию соответствующего приказа с его подписью (охранники–одесситы на входе, понимая, что их вынуждают поступать по–свински, охотно демонстрировали не только «отворотповоротным», но и всем желающим ксерокопию этого приказа — мол, мы люди подневольные — и не возбраняли фотографировать сей блестящий образчик торжествующего сельхозправа), Осипов резко сдал назад и стал жалко выкручиваться: дескать, готовил приказ не он, а главный инженер (к тому времени уволившийся — на таких очень удобно сваливать), а он только подписал, невнимательно читал, а то бы он никогда и т. п.

...На автостоянке появился первый водитель забирать свою машину, уже рас
свело. Нужно ли ещё что–то рассказывать? Заканчиваю.

СПРАВКА. Николай Георгиевич Седнёв родился 4 декабря 1951 года. Актёр, режиссёр, писатель, сценарист. Окончил трёхгодичную учебную студию киноактёра при Одесской киностудии, где преподавали Кира Муратова, Петр Тодоровский, Василий Левин, а в 1987 году — факультет режиссуры кино Киевского театрального института им. Карпенко–Карого. С этого же года состоял в штате Одесской киностудии в качестве режиссёра–постановщика.

Снял по собственным сценариям два полнометражных фильма — «Проснуться в Шанхае» и «Вышивальщица в сумерках» и несколько короткометражных, за которые получал призы, в том числе Гран–при на ряде кинофестивалей, включая международные.

Лауреат муниципальной премии «Твои имена, Одесса».

Как актёр сыграл более 30-ти ролей в кино, из них четыре — главные.  Со своим дебютным романом «В окрестностях Милены» в 2007 году стал номинантом международной литературной премии «Русский Букер». Сономинантами были Чингиз Айтматов, Виктор Пелевин, Дмитрий Быков, Владимир Сорокин, Людмила Улицкая. Также опубликованы повесть Следнёва «Матрица» и рассказы. 


1 10
Подписывайтесь на наш канал в Telegram @timerodessa (t.me/timerodessa) - будьте всегда в курсе важнейших новостей!
Чтобы оставить комментарий, авторизируйтесь через свой аккаунт в
Павлюченко Татьяна Павлюченко Татьяна

Деньги не пахнут. А может быть все проще? "Руководство" студии смотрит на это, как на курочку, которая несет золотые яйца.

Ответить 0

????????...

Видео

Живая классика на Потёмкинской лестнице: как это было

Вечером 7 июня на Потёмкинской лестнице состоялся концерт скрипача Даниэля Хоупа и пианиста Алексей Ботвинова в сопровождении Цюрихского камерного оркестра в рамках фестиваля Odessa Classics.



????????...