Главная / Статьи

 

Хроника дня

Сирия: Война всех против всех?

Итак, оценив религиозный фактор в качестве идеологической и исторической подоплёки гражданской войны, охватившей Сирийскую Арабскую Республику (САР) в 2011 году, кратко охарактеризуем его место среди главных действующих лиц современной драмы и их внешних покровителей, без которых этот конфликт либо не начался, либо продлился считанные месяцы.

Внешнее влияние в сирийском кризисе трудно переоценить. Если для стран Запада, вмешавшихся в противоборство, религия мало что значит, то государства Ближнего Востока, помимо имперских амбиций и экономических резонов, руководствуются и своей конфессиональной принадлежностью. Даже сама легенда войны «суннитов против шиитов» нацелена прежде всего на иностранцев, позволяя формировать нужное общественное мнение в суннитских странах и мобилизовать салафитов по всему миру. Не секрет, что главными спонсорами «умеренной» оппозиции выступили ваххабитская Саудовская Аравия, сходный с ней Катар и исламизировавшаяся Турция. Они же, по утверждению ряда учёных, журналистов и официальных источников, стоят и за воюющими в Сирии джихадистами.

В настоящее время на планете шииты преобладают только в Иране, Ираке, Азербайджане и Бахрейне (где жёсткой рукой правит суннитская верхушка). В силу этих причин порой говорят о выстраивании «шиитской оси»: Иран – Ирак – Сирия в лице её якобы шиитского руководства. В 2013 г. на помощь правительству САР пришла ливанская шиитская организация «Хизбалла».

Однако позиция Тегерана и Багдада продиктована как желанием помочь единоверцам (но, строго говоря, их единоверцы не алавиты, а шииты-двунадесятники) и давним надёжным союзникам (а сирийская ветвь партии БААС традиционно прекрасно ладила с Ираном), так и вполне геополитическими соображениями – не дать усилиться опасным конкурентам вроде Турции и Саудийи за счёт САР. Подчеркнём, светские руководители Сирии, будучи веротерпимыми алавитами, всегда находили уместным назначать на высокие посты представителей разных конфессий. Более того, среди сирийской элиты популярны «смешанные» браки. К примеру, жена нынешнего президента – красавица Асма – суннитка, равно как и её родители. Что ничуть не делает Асму менее одиозной в глазах исламистов: ведь её вестернизированная семья не ратовала за введение законов шариата, а её саму подозревают в том, что до встречи с Башаром Асадом у неё – страшно сказать! – были отношения с другими мужчинами.

Когда волнения в САР, поддержанные извне, переросли в боевые действия, власти в 2012 г. утвердили новую конституцию, согласно которой только суннит может быть главой государства. Кстати, сам Башар Асад формально суннит, хоть и выходец из алавитской семьи. Но салафиты в такое чудесное обращение не верят. Дело в том, что у алавитов тоже принята шиитская такия – мысленная оговорка, позволяющая в случае крайней необходимости внешне исповедовать другую веру, не отрекаясь от своей.

Конечно, без внутреннего недовольства внешние силы не сумели бы разжечь столь ожесточённую войну. Восстание вспыхнуло, когда повеяло воздухом политической и особенно экономической либерализации, внедряемой Асадом-младшим. Она сыграла злую шутку с реформаторами – привыкшие к установленному перераспределению благ бедные области (мухафазы) Сирии оказались обделены, что послужило катализатором народного недовольства. Кроме того, президент допустил действие в стране гуманитарных организаций, финансируемых аравийскими монархиями. Ну, а те, как водится в таких случаях, стали питать страждущих не только материальной, но и духовной пищей определённой пропагандистской направленности. Неудивительно, что одними из наиболее активных участников первой стадии восстания стали обездоленные палестинцы, нашедшие приют в Сирии.

Впрочем, поначалу, движимые желанием демократизации общества, к протестам примкнули многие – не только сунниты, но и представители конфессиональных меньшинств. Однако как только «умеренные оппозиционеры» из числа салафитов показали свои клыки, эти представители почувствовали себя неуютно (некоторые христиане, друзы и даже алавиты продолжают поддерживать «умеренных» повстанцев, но их число крайне невелико). Религиозные общины сплотились вокруг президента Башара Асада как единственного лидера, отстаивающего свободу вероисповедания в Сирии. Многие сунниты поступили аналогично. Слабые движения светской оппозиции также отредактировали свои взгляды перед суровым выбором: либо согласиться на переговоры с режимом, либо стать пособниками уничтожения светского уклада жизни целеустремлёнными бородатыми парнями. В результате эти, в основном левые, объединения частично даже прошли в парламент после майских выборов 2012 года.

Всё это позволяет говорить, что не такая уж тотальная война всех против всех идёт в стране. Есть чётко очерченная прослойка людей, желающих свержения режима любой ценой с любыми последствиями. И есть остальное население, которое, даже будучи отчасти недовольно правительством, видит несравненно большую угрозу в победе экстремистов.

Несколько иная ситуация у этнических меньшинств – курдов и туркоманов. Курды стали де-факто союзниками правительства (при условии наделения их широчайшей автономией). Кстати, они преимущественно сунниты, однако в значительном большинстве выступили против салафитских радикалов (правда, есть и отряды курдов на стороне исламистов).

Преобладающая же часть туркоманов, руководствуясь национализмом и неоимперскими чувствами, превратились в надёжных соратников родственной Турции.

Ключевые политические структуры «умеренной» оппозиции базируются за пределами САР – в Турции, Катаре, Саудийе. Но реальную войну ведут не «говорящие головы», спрятанные от пуль и осколков за рубежом, а боевые отряды в городах, горах и пустынях. Причём радикалы суннитского толка составляют абсолютное большинство бойцов, сражающихся против правительственных сил. Первое время в связи с общими пропагандистскими тенденциями «Арабской весны» часть из них позиционировали себя как «демократов» из так называемой Свободной сирийской армии (ССА). Фактически же это «воинство света» изначально являло собой растиражированный западными масс-медиа бренд, за которым нашли прибежище сотни самых разнообразных по численности и идеологии группировок. Единого командования и координации боевых действий у этой «армии» не существовало даже в лучшие времена 2011-12 годов.

Однако ярые приверженцы салафизма были готовы умирать за торжество своей веры, но не пресловутой демократии, и недолго баловали прессу показушным либерализмом. От ССА стали одна за другой откалываться самые многочисленные и боеспособные части.

Сделаем оговорку: понятия «исламист» и «джихадист» зачастую различают, подразумевая под первым всякого радикальный мусульманина, а под вторым – радикального мусульманина, стремящегося к всемирной священной войне. Правда, как показывает опыт, в случае необходимости исламист быстро превращается в джихадиста и наоборот. В Сирии исламисты – это бойцы созданного в ноябре 2013 г. «Исламского фронта», объединения движений, требующих превращения САР в страну, где все сферы общественной жизни будут регламентироваться шариатом. В свою очередь крупнейшие составляющие ИФ – «Ахрар аш-Шам» и «Джейш аль-ислам», также сотканные из десятков мелких групп. Все они сунниты-салафиты. При этом «Ахрар аш-Шам» покровительствует Катар; организация тесно сотрудничает с джихадистами из «Джабхат ан-нусра» в рамках коалиционной «Армии завоевания».

«Джейш аль-ислам» опекается Саудовской Аравией и «Нусру» недолюбливает. Буквально на днях, 25 декабря, то ли российские, то ли сирийские самолёты внесли коррективы в руководство «Джейш аль-ислам», уничтожив прежнего руководителя Захрана Аллюша.

Наиболее известные из суннитских группировок сирийской войны: «официальный дистрибьютер» «Аль-Каиды» в Сирии «Джабхат ан-нусра» (Фронт ан-нусра, ФН) и «Исламское государство» (ИГИЛ, ДАИШ), - не только исламисты, но и джихадисты, ибо ставят своей целью создание единой уммы на всех землях мусульманского мира. В общем-то, это программа-минимум, поскольку среди них есть желающие продолжить дело первых халифов и подчинять новые территории, которые ещё не были под властью ислама.

Несмотря на схожесть идеологии, ФН и ДАИШ далеко не всегда ладят. Выпестованные с 2006 года под знамёнами «Аль-Каиды в Ираке» в борьбе против американских захватчиков, игиловцы стали конкурентами «Аль-Каиды» в Сирии. Был период, когда две эти организации вели тяжёлые бои друг с другом.

Появившаяся 23 января 2012 г. «Джабхат ан-нусра» прочно засела на севере Сирии в мухафазах Идлиб и Алеппо. На юге она тоже была неплохо представлена, но в последнее время там её позиции пошатнулись после череды поражений от правительственных войск и «Хизбаллы» - господство авиации РФ в воздухе дало о себе знать.

Что касается ИГ, то, вступив в войну лишь в 2013 г., оно быстро захватило восток Сирии, контролируя большую часть страны. Минус такого контроля в том, что это в основном малонаселённая пустыня. Плюс – там расположены основные нефтяные месторождения и предприятия по переработке нефти. Летом 2014 руководство ИГИЛ объявило о воссоздании халифата, а лидер группировки Абу-Бекр (имя первого халифа, наследника Пророка) аль-Багдади принял древний халифский титул «повелителя правоверных».

ИГИЛ – самая мощная сила из всех, что противостоит САР. Возможно, не будь вмешательства авиации РФ на исходе сентября 2015 года, игиловцы уже обосновались бы в Дамаске. Приток свежей крови в армию ДАИШ происходит на постоянной основе через турецкую границу (туда – добровольцы, оттуда – нефть, обмен действовал без сбоев, пока на помощь Сирии не пришли россияне). Многие тысячи иностранных боевиков воюют в ИГ, но оно было бы сломлено, если бы не поддержка местного населения в преимущественно сельских суннитских районах Сирии.

Приток добровольцев обеспечивается грамотной пропагандой на основе старинного хадиса, повествующего о грядущей великой битве с коалицией «неверных» у крохотного сирийского городка Дабик (именно в честь него назван журнал, главный рупор пропаганды ДАИШ). Кстати, Украину игиловцы уже записали в состав коалиции, несколько опередив события – это было ещё до того, как президент Украины заверил Запад, что готов оказать ему любую помощь в борьбе с ИГ.

Почти все предсказания, указывающие на приближение ключевого момента истории, сбылись. Теперь вожди ИГИЛ ждут, когда наберётся 80 стран-врагов – именно столько, согласно пророчеству, должно быть противников истинного ислама в судьбоносном сражении. Пока не хватает около двух десятков.

И вот тогда-то и начнётся подлинная Война всех против всех.

А, может, и нет.

Во всяком случае, пока ещё можно надеяться на лучшее.

Автор: Владислав Гребцов.

7
Скачивайте мобильное приложение ТАЙМЕРА для вашего мобильного телефона на iOS или Android!

Новости партнёров:

Видео

Лузановка с высоты птичьего полёта

На YouTube-канале «Fly od wings», где выкладываются виды Одессы с воздуха, появился ролик, посвящённый Лузановке и району «Молодой гвардии».