Главная / Статьи

 

Хроника дня

Уголовно-противоречивый кодекс

Появление небольшой книжечки в мягком переплёте с условным рабочим названием «Новая редакция Уголовно-процессуального кодекса Украины» вызвало у украинских юристов множество вопросов и опасений.

Обычно, говорят специалисты, в нормальных странах изменения в УПК проходят незаметно и без особенного обсуждения в СМИ, а тем более писем и обращений к руководству государства. Но независимая Украина всегда была неординарной страной, и зачастую правила, работающие в других странах, у нас приобретают свой колорит. Вот и в новом УПК юристы находят вроде бы и положительные идеи, но осторожно вспоминают украинский менталитет.

Начнём, пожалуй, с позитивных моментов новой редакции УПК. Президент Центра международной правовой защиты, член Международной ассоциации юристов, юрист Международного комитета защиты прав человека Александр Славский отмечает, что одной из позитивных новаций нового УПК является более взвешенный подход к избранию меры пресечения, а также расширение перечня этих мер. Так, согласно новым нормам, содержаться под стражей будут только лица, совершившие насильственные действия, остальные будут давать подписку о невыезде, отпускаться под залог или содержаться под домашним арестом, который будет обеспечиваться электронным мониторингом. Сокращаются также сроки досудебного и судебного производства - от 6 месяцев до года. Больше никаких проживаний годами в СИЗО, пока вина подозреваемого не доказана или опровергнута.

Впрочем, юрист Александр Славский сомневается, что домашний арест или взятие на поруки будет регулярно практиковаться. «По идее, эти нововведения хороши, ведь СИЗО - это в любом случае ограничение прав на защиту, к тому же наши органы любят использовать СИЗО как инструмент давления. Но не знаю, будет ли это работать. К примеру, передача на поруки как мера пресечения уже была – та же передача на поруки трудовому коллективу. Думаю, что мы столкнёмся с тем, что тот же домашний арест применяться не будет. Ведь нужно будет или ставить, допустим, GPS на ногу, или приставлять к дому патруль, а у милиции как всегда не хватает людей», - объясняет проблему специалист.

Александр Славский

Заработок на правосудии

Ещё одно революционное изменение – введение суда присяжных. Правда, суд присяжных вводится не на все дела – присяжные могут судить топ-чиновников, либо тех, кому светит очень большой срок, либо чиновников, которым светят сроки за коррупционную деятельность. Авторы нового УПК настаивали, что идея была в увеличении процента оправдательных приговоров, а присяжные к этому как раз склонны. Плюс стоит сделать поправку, что присяжные – обычные люди, склонные к эмоциям, и профессиональной деформации сознания у них не произошло. Другими словами, прокурора или судью жалобными историями о трудном и голодном детстве не пробьёшь, а вот на вердикт присяжных красноречие адвоката и красиво поданная история повлиять могут. Наконец, Александр Славский отмечает, что по нынешнему состоянию УПК никак не прописана защита присяжных.

«Как процесс защиты этих людей осуществляется в других странах? Присяжным выделяется специальная комната на время процесса, они не смотрят телевизор, их контакты с родственниками ограничиваются. У нас в новом УПК, грубо говоря, прописано, что вмешательство в работу присяжного – уголовно наказуемое преступление. Но это не механизм защиты, ничего конкретного не прописано. Точно такие же гарантии прописаны членам участковых избирательных комиссий. Но при этом их прессуют все кому не лень», – говорит юрист.

Наконец, специалисты, комментируя идею с судом присяжных в Украине, делают осторожную поправку на пресловутый украинский менталитет, правда, учитывают две стороны медали. С одной стороны, убеждённость украинцев в вороватости поголовно всех чиновников, а с другой – если прокуроры, милиция и судья за деньги выносят нужные приговоры, то почему бы и мне, раз выпала возможность, не подзаработать?  

Особый МЕНТалитет

Среди примеров ужесточения норм – расширение полномочий прокурора, он теперь и руководитель следствия, которому подчиняются следователи. Он же может и сам лично проводить следствие, оперативно-разыскные мероприятия. Юрист Эфтехар Хатак считает, что таким образом власть и полномочия сосредоточены в руках одного человека, в результате каждый человек может стать объектом уголовного преследования.

Наконец, самое противоречивое нововведение – это ограничение прав на защиту. Теперь родственники или независимый юрист, к которому обратится обвиняемый, защищать его не сможет – эти функции целиком переданы только адвокатам. Чтобы представлять клиента, юристу нужно иметь адвокатскую лицензию и состоять в местной коллегии адвокатов. С одной стороны, это вроде бы и защита интересов обвиняемого. Он, отчаявшись найти хорошего адвоката, не сможет довериться пройдохе с дипломом Межгалактического университета космической юриспруденции, а с другой, объясняет Эфтехар Хатак, у отвечающего требованиям нового УПК адвоката не всегда хватит нужной мотивации: «Как достать нужные документы из соответствующих организаций, которые бы опровергали виновность клиента? На клиента опять ложится вся материальная сторона вопроса получения таких документов. Я не соглашусь с тем, что адвокат, особенно если это назначенный государством бесплатный адвокат, будет тратить свои деньги на поиск таких доказательств. А общественные организации просто не допущены теперь к защите людей, у которых нет возможностей оплатить хорошего адвоката. Если я не участник процесса, мне никаких документов никто не даст. Наконец, как оценить профессионализм того или иного правозащитника? В одном из дел, которые я вёл, три адвоката не нашли доказательства пыток, а я нашёл. На это понадобилось 2,5 года».

Есть ещё подводные камни в таком ограничении. На слишком строптивого адвоката можно просто надавить, ведь адвокатскими коллегиями руководят обычно люди, лояльные к власти. Они же и могут принять решение об исключении из единого реестра адвокатов Украины своего чересчур независимого коллегу.

Ещё один нюанс, помимо адвокатской монополии и возможности надавить, заключается в том же менталитете. «В этих коллегиях числятся бывшие сотрудники милиции и прокуратуры, они составляют костяк. Я ни в коем случае не умаляю их профессионализм и опыт, но я не соглашусь с тем, что человек, который 20 или 30 лет работал, условно говоря, на стороне обвинения, сможет перестроить свой менталитет и начать защищать», - объясняет Эфтехар Хатак.

Эфтехар Хатак

Наконец, фигура следственного судьи. Это вроде бы и независимый человек, основной задачей которого является установление судебного контроля над соблюдением прав человека во время следственных действий, а именно в вопросах временного доступа к вещам и документам, ареста имущества, выбора меры пресечения, проведения негласных следственных мероприятий. Но независимые юристы отмечают: судьями также становятся бывшие милиционеры и прокуроры. И тут опять же – круговая порука и «своих не сдаём». Такой судья, выросший из бывшего прокурора или милиционера, далеко не всегда вынесет приговор обвиняемому сотруднику внутренних органов, руководствуясь буквой закона.

Юристы, с которыми удалось пообщаться, сходятся в одном. Новый УПК пока сыроват, в нём хватает противоречий и подводных камней. Они надеются, что президент подойдёт к принятию документа взвешенно и учтёт пожелания всех заинтересованных сторон, в том числе и выводы Венецианской комиссии, к которым гарант обещал прислушаться. В противном случае украинское общество имеет шанс получить очередной свод «дышлообразных» законодательных норм.

Автор: Косин Анатолий

2 3
Подписывайтесь на наш канал в Telegram @timerodessa (t.me/timerodessa) - будьте всегда в курсе важнейших новостей!
Чтобы оставить комментарий, авторизируйтесь через свой аккаунт в

Загрузка...

Видео

День Победы на Аллее Славы: как это было в 2020-м

ТАЙМЕР представляет вниманию читателей видеорепортаж о праздновании Дня Победы на Аллее Славы в Одессе.

Инфографика



перекредитування онлайн позик
Загрузка...