Главная / Статьи

 

Материалы по теме

Статьи

Война-1877: Троянская война генерала Карцова

Павел Петрович Карцов (Карцев) не принадлежит к числу широко известных генералов Российской империи. Тем не менее именно на его долю выпал сказочный успех преодоления Балкан по почти непроходимому Троянскому перевалу.

6
Статьи

Война-1877. Дважды Забалканский

За переход Балкан во время русско-турецкой войны 1828-29 годов российский военачальник Иван (он же Ханс Карл) Дибич получил почётный титул Забалканского. Спустя полвека Иосиф Гурко за один год одолел Балканы два раза, летом и зимой. Титула он не получил и просто остался в истории Дважды Забалканским полководцем.

7
Статьи

Война-1877: шипы Шипки

ТАЙМЕР продолжает повествование о великих и страшных событиях 140-летней давности на Балканах. Но прежде чем подробнее остановиться на событиях морозного декабря 1877-го, нам необходимо ненадолго вернуться в жаркий август того же судьбоносного года.

6
Статьи

Война-1877: роковая Плевна

Есть в Болгарии город Плевен (прежде именовавшийся в наших широтах Плевной, а по-турецки — Плевнэ). К слову, весьма симпатичный. Но главная его изюминка — не набор зданий, украшающих центральные улицы. Отнюдь. Главное, что манит туристов в этот город, — его легендарное прошлое. Плевенская эпопея 1877 года.

1 7

Хроника дня

Война-1877. Белый ад

В год, когда болгарский народ отмечает 140-летие своего освобождения от османского владычества, ТАЙМЕР продолжает рассказ о том, какой ценой оно было достигнуто.

Чего только не случалось на Шипке в 1877 году: русские атаковали турок, турки атаковали русских, и те и другие делали это без особого успеха, обливаясь кровью. Однако для русской армии пекло напряжённых августовских боёв оказалось менее страшным, чем последовавшая затем позиционная война. «Стояние на Шипке» не подразумевало массового кровопролития, тем не менее оно принесло потери, по сравнению с которыми битва 21-26 августа не казалась такой уж жестокой.

Балканы, конечно, по высоте не Гималаи. Но осенью и там льёт дождь и вовсю гуляет пронизывающий ветер. Ближе к зиме метели и вьюги кутают вершины в роскошные снежные шубы. Что может быть прекраснее заснеженных гор? Да всё. Если ты солдат и несёшь на них службу, к тому же с собственной шубой у тебя откровенно туго (как и с прочими тёплыми вещами), а жильё, в котором ты пытаешься «разморозиться» после принятия снежных ванн в траншеях, — плохо отапливаемые землянки.

Война-1877. Белый адОдна из землянок на Шипкинском перевале

Даже погреть озябшие косточки у костра частенько представляло проблему, поскольку аскеры султана, не без основания подозревая, что дыма без огня не бывает, с соседних высот легко могли обстрелять место, где его рискнули разжечь. Таким образом, банальный огонёк на Шипке превращался в этакую «турецкую рулетку». Притом записные храбрецы, любители дёргать смерть за усы, не ломились зимой в Балканские горы пощекотать себе нервы. Очень уж краткой — и тяжёлой — могла оказаться жизнь здесь.

Поздней осенью жуткая грязь и слякоть в окопах замёрзла. Но это была единственная хорошая новость. Морозец быстро обернулся лютой стужей, которую дополняли снежные метели, время от времени накрывавшие помрачневшие Балканы. Шинели русских воинов покрывались толстой ледяной коркой, иногда не позволявшей даже руку согнуть; полы тех же шинелей не сгибались, а ломались. Пальцы примерзали к стволам ружей и орудий.

Если боец падал, что с обессиленными, замёрзшими и скудно кормлеными людьми, естественно, случалось, товарищи спешили к нему на помощь: из–за ледяного панциря на одежде он не всегда мог подняться самостоятельно, а вьюга была готова немедленно замести упавшего, соорудив ему, ещё живому, снежную могилу. Если человек падал без свидетелей и не имел возможности позвать на помощь — плохо его дело. Люди увязали в глубоком снегу, беспрерывно расчищали проходы, траншеи и даже землянки — порой снег заваливал и их, и страдальцам приходилось ночевать под открытым небом. Впрочем, расчистка снега — один из немногих доступных способов хоть чуть-чуть согреться.

В последние недели «стояния на Шипке» обморожения и болезни выкашивали несчастных солдат тысячами, офицеров – десятками, всего же из строя выбыло не менее 9,5 тысяч человек, многие из них замёрзли насмерть или вернулись на родину с ампутированными конечностями и безвозвратно подорванным здоровьем. Основная масса потерь пришлась на свежую 24-ю дивизию генерала К. И. Гершельмана, только в октябре прибывшую на Шипку: три её полка обезлюдели фактически до численности батальонов. Мест в лазаретах катастрофически не хватало. В конце концов вымерзшую дивизию признали утратившей боеспособность, сняли с позиций и отвели в тыл; более в боевых действиях она участия не принимала.

Шипка превратилась в белый ад.

Дневники и документы полков, стоявших на Шипке, пестреют жуткими фразами: «что испытывают солдаты, находящиеся в открытых траншеях на горе Святого Николая, превышает всякое описание», «число больных и обмороженных достигло ужасающих размеров и увеличивается с каждым днем», «на Николае и на позиции Красноярского полка число больных увеличивается в ужасающих размерах. Траншеи и окопы заносит снегом, одежда людей промерзла, отогреться негде». Василий Немирович-Данченко, брат известного театрального режиссёра, прошедший эту войну, так описывает увиденное: «В убогом соборе в Габрово лежали ряды солдат 24-й дивизии. Это были замёрзшие мученики Шипки… Замёрзнувшие, потому что их жизнь никому не была дорога. Шаркунам, фразёрам, карьеристам не было дела до этих сотен наших тружеников».

Война-1877. Белый адВ. В. Верещагин. Снежные траншеи

А что же отцы-командиры?

Гершельман прежде оказался вполне способен обеспечить своим подчинённым «щегольской» вид, столь приятный на парадах, но напрочь позабыл снабдить их в должной мере тёплыми вещами. Впрочем, от Гершельмана ничего хорошего и не ждали: он заранее рекомендовал господам офицерам «не нежить нижних чинов». Их и не нежили.

Иное дело Фёдор Фёдорович Радецкий. Он, несомненно, личность незаурядная и во многих отношениях приятная. Его личная храбрость восхищала, его выдающаяся скромность поражала, кроме того, он обладал неплохими задатками полководца–тактика. К тому же он ценил солдат и заботился о них. Так, по крайне мере, считали до «стояния на Шипке» — и продолжили считать, когда могилы павших там воинов поросли свежей травой. Увы, во время самого пребывания на роковых высотах Радецкий оказался во всех смыслах не на высоте. Войска люто мёрзли, испытывали нехватку продовольствия и тёплой одежды. Но их вождь неизменно телеграфировал в ставку царю и его брату-главкому: «На Шипке всё спокойно».

Радецкий — отнюдь не садист и вовсе не стремился морально «полакомиться» мороженым мясом своих подчинённых. Просто он полагал, что верховному командованию, зацикленному на осаде Плевны, противопоказано беспокоиться за тылы. И, как мог, поддерживал моральный дух победоносиков, сгруппировавшихся в мощный легион брильянтовых звёзд и золотых эполетов вокруг царственных братьев. Отчасти это давало положительный эффект: штабные паникёры после таких донесений действительно немного успокаивались, что объективно приближало падение Плевны.

Более того. На Шипке действительно было спокойно — в плане боёв, по крайней мере. Правда, в ноябре турки разок вновь попробовали на прочность гору Святого Николая и её защитников ночным штурмом, но быстро выяснили, что сделали это напрасно. А периодические обстрелы по сравнению с прежними баталиями августа — сущие пустяки. Порой турецкие орудия оживали, увидев огонёк на русских позициях. Однако 3 декабря рассвирепевший от всех этих неприятностей артиллерист Малой батареи Михаил Васильев тремя виртуозно отправленными снарядами эффектно запечатал кровожадную пасть особо опасной батареи противника, которую русские именовали «девятиглазой». Так что с обстрелами более–менее справлялись. А вот с природой…

Вероятно, надо было загодя заняться закупкой тёплых вещей, если не в разорённой Болгарии, то хотя бы в соседней Румынии (не так уж трудно предположить, к примеру, в октябре, что вскоре должны испытать люди на зимних перевалах). Прожужжать все уши государю и его окружению о необходимости нормального снабжения намертво увязших в горном снегу солдат-героев. Но заслуженный генерал–лейтенант предпочитал проводить время за картами, причём не столько военными, сколько игральными. Ему было тепло и сытно, на передовую душа не звала, а тело не ехало.

Прав ли был Радецкий тогда? Бог ему судья и шипкинские солдаты, как выжившие, так и замёрзшие. И Василий Верещагин — ибо этот уникальный человек, единственный из великих художников, отчаянной отвагой заработавший Георгия 4-й степени, выстрадал право судить генералов. Верещагин не критиковал. Он констатировал. И порой это было много страшнее. Его нарочито несовершенная работа в виде триптиха, демонстрирующего несколько последних часов из жизни часового на посту где–то на Шипкинском перевале в ноябре–декабре 1877 года, так и названа: «На Шипке всё спокойно».

Война-1877. Белый адВ. В. Верещагин. «На Шипке всё спокойно»

Слабым утешением может быть лишь то, что османские военачальники к своим не менее героическим аскерам относились аналогично, и ближайший к южному выходу перевала город Казанлык был переполнен больными турками.

Схожие тяготы пришлось выносить солдатам Иосифа Гурко, застрявшим по милости главкома у араб–конакских позиций османов на западе болгарских Балкан, хотя потери «гурковцев» были не столь ужасны. И стальной «генерал–спартанец» рьяно желал вырвать своих людей из снежного кошмара способом, по его убеждению единственно возможным в этих условиях, — наступлением. Радецкий же был готов морозить солдат и дальше, причём из любви к ним — он считал наступление невозможным и связанным с неизбежным колоссальным уроном.

Итак, Иосиф Владимирович жаждал немедленного забалканского похода. Фёдор Фёдорович сомневался в возможности одолеть адские пропасти и высоты, пробираясь по глубокому снегу и льдам. Логика в основном была на его стороне. А на чьей стороне был Николай Николаевич — великий князь, волею императора подрабатывавший главнокомандующим?

А тот в это время со скрытой неприязнью выслушивал настойчивые мнения нелюбимых им людей, которых, увы, ценил царь. Они ещё до падения Плевны предлагали зимний поход на юг. Теперь же, когда Плевна пала, их рекомендации стали категоричней. За немедленное наступление высказывался другой Николай Николаевич — генерал–лейтенант Обручев, превосходный штабист, «ум Военного министерства», ближайший соратник военного министра–реформатора Д. А. Милютина, который яро поддержал своего подчинённого. Именно обручевский стратегический план войны с Турцией изначально реализовывался русской армией. Великий князь даровитого тёзку не любил, предпочтя поручить штабную работу бездарям и ворам, близким по духу, но на этот раз к мнению Обручева прислушался. Возможно, от того, что рядом бдительно сопел Александр II, недовольный затяжкой войны. Впрочем, похоже, что и сам царёв брат под влиянием ряда талантливых командиров, с которыми он должен был регулярно общаться, развил в себе некое военное чутьё. Ибо под конец войны с императорским родичем произошла подозрительная метаморфоза — он всё чаще склонялся к здравым решениям. И теперь дал добро на, казалось бы, явную авантюру.

Правда, ломтики логики были и на стороне приверженцев идеи забалканского похода. Многие из солдат, обречённых на «белую смерть» стоянием на вершинах, натурально роптали и рвались в драку — хоть умереть, согревшись. Уйти зимовать в низину — значит, отдать туркам перевалы, которые с наступлением благоприятного для взаимного смертоубийства весеннего тепла придётся брать заново, а это ой как нелегко. Кроме того, падение Плевны привело к вступлению в войну воспрявшей после прошлогоднего разгрома Сербии. Стало быть, теперь нужно помогать и ей, следя, как бы турки невзначай не раздавили её вторично за два года. В сложившейся ситуации имело смысл рискнуть.

Проблема была только одна: зимний переход через Балканы действительно считался невозможным. Даже местные жители, знавшие каждый камешек, не представляли, как можно пропихнуть сквозь труднопроходимые тропы на обледенелых кручах десятки тысяч людей с артиллерией, зарядными ящиками, винтовками, продовольствием и здоровыми лошадьми — на них кавалерии ещё рубить врага придётся. Другими словами, это была фантастика, причём даже не научная.

Война-1877. Белый адФрагмент мемориала у вершины Святого Николая, посвящённый «стоянию на Шипке»

При этом, как обычно, надо отдать должное российскому интендантству. Воровское до глубины кошелька и трусливое до глубины пяток, оно из войны в войну (за редким исключением) делало всё возможное, чтобы победы армии давались как можно трудней. Вот и сейчас оно не подвело, не изменив доброй традиции, и к объективным трудностям добавились субъективные — порой войскам, готовящимся к походу над заснеженными пропастями, не хватало даже шанцевых инструментов. Достаточно тёплая для таких испытаний одежда тоже оказалась недоступной роскошью. И тем не менее армия готовилась к невозможному.

Прежде всего готовился отряд неукротимого генерала Гурко, больше всех ратовавшего за переход Балкан, а теперь получившего задание первым одолеть страшные зимние вершины. Причём идти предстояло по пути, который и летом–то был не слишком комфортен. Ранее, в ноябре–декабре 1877-го, в ходе организованного им же наступления Иосиф Владимирович уже почти пробился на южную сторону Балкан у Златицы — южные «ворота» Златицкого перевала оказались в руках русских, когда он получил приказ главкома остановить успешное продвижение, чтобы не отдаляться от осаждённой Плевны. Скованные приказом солдаты вынужденно застряли на перевалах, а турки, возблагодарив Аллаха за нерешительность великого князя и его штаба, спешно укрепляли выход с гор у Златицы.

Поэтому Гурко, логично сочтя укреплённые позиции турок на самом удобном Араб–Конакском (Арабаконакском) перевале неприступными и оставив против них должный заслон, решил обойти их главными силами не по Златицкому перевалу с востока, а через Чурьякский (Чурекский) перевал с запада. Ещё две колонны, не столь значительные, должны были одолеть Балканы, совершив обход по двум другим обходным тропам, даже менее для того приспособленным, чем Чурьякская.

И 25 (13) декабря Западный отряд Иосифа Гурко выступил в неприступные горы — в поход за бессмертием.

Автор: Владислав Гребцов

4
Подписывайтесь на наш канал в Telegram @timerodessa (t.me/timerodessa) - будьте всегда в курсе важнейших новостей!
Чтобы оставить комментарий, авторизируйтесь через свой аккаунт в

????????...

Видео

Видеофакт: в Приморскм наблюдали смерч

17 июня в районе посёлка Приморское Килийского района Одесской области в море возник настоящий смерч.



????????...