Главная / Статьи

 

Хроника дня

За свободу Эллады: Кулевча

ТАЙМЕР продолжает свой рассказ о русско-турецкой войне, ставкой в которой стала независимость Греции, и повествует о главном сражении в ходе этого драматического противоборства.

Итак, оставив большую часть войск под началом генерал-лейтенанта Афанасия Красовского осаждать могучую Силистрию, граф Иван Дибич совершил выдающийся манёвр: тайно, с минимумом шума, в пять дней по гористой местности в изнуряющую жару провёл 18 тысяч человек (колонна генерала от кавалерии Петра Петровича Палена) от Силистрии к Шумле. А эта неприступная крепость — ключевая база армии великого визиря Решида–Мехмеда–паши, который в тот момент основательно застрял под Праводами вместе со своими людьми. Терять связь с Шумлой ушедшим в поход османам было никак нельзя, поэтому, размышлял полководец императора, они поспешат обратно и вынуждены будут принять генеральное сражение вне крепостных стен.

За свободу Эллады: Кулевча
Гнездо в опасности. Британская карикатура

Военачальник падишаха поначалу оправдал ожидания Дибича. Визирь узнал о его движении с большим опозданием и, возможно, счёл врага, внезапно объявившегося у него в тылу, отрядом генерала Рота, направленного с целью прервать турецкие коммуникации. Османы действительно начали спешное возвращение от Правод, надеясь проучить дерзкого противника.

Первая стычка в ходе этого прекрасно осуществлённого броска из Силистрии под Шумлу произошла 29 мая (10 июня по григорианскому календарю). На высотах у Енибазара столкнулись передовые кавалерийские части наступающей русской армии и обороняющего крепость корпуса. Поначалу казаки и уланы легко прогнали конников неприятеля, однако тот подтянул резервы. Завязался бой, который, впрочем, в итоге закончился шустрым отступлением османов к спасительным стенам Шумлы. Против этой мощнейшей твердыни Дибич выдвинул отряд генерала Крейца, обеспечив прикрытие тыла, а основные силы развернул фронтом по направлению к Праводам, откуда энергичными темпами возвращался паша со своим войском.

Армии противников встретились у деревень Кулевча (Кюлевча) и Черковна 30 мая (11 июня) 1829 года. Силы сторон обычно оценивают так: 29 тысяч бойцов при 146-152 орудиях у русских и 40 тысяч при 47-56 орудиях у османов. Данные эти, как обычно в таких случаях, весьма относительны. Не следует забывать, что несколько тысяч русских блокировали Шумлу и в сражении не участвовали. Что касается турецкого войска, то те же 40 тысяч историки насчитывают в нём при выходе из Шумлы в поход, в котором были и 10-дневные схватки за Провадию, и некоторое количество санитарных потерь. Так что к 30 мая иметь в строю 40 тысяч армия визиря могла лишь при условии, что часть местных жителей примкнули к ней на правах ополчения. Однако в этом гипотетическом случае боевые качества такого пополнения не сравнить с возможностями испытанных аскеров.

За свободу Эллады: Кулевча
Современный вид на высоты у села Кюлевча (Болгария)

Кстати, утром того же дня арьергард турок в районе Марковчинских высот схватился с кавалерией генерал-майора Левченко из отряда Купреянова, который, подчиняясь приказу Дибича, преследовал турок от Правод, но очень ненавязчиво. Герой провадийской обороны генерал Купреянов на сей раз выказал больше осторожности, нежели решительности, не поддержал горячего Левченко, самовольно напавшего на неприятеля, допустил поражение русских всадников, отдачу врагу 4 орудий и собственное поспешное отступление обратно к Праводам, когда неподалёку, у Кулевчи, уже шла генеральная баталия. Стало быть, приличное число османов были отвлечены на этот небольшой, но успешный для них арьергардный бой.

Несомненным в оценках сил встретившихся армий остаётся только значительное количественное и качественное превосходство русской артиллерии, хотя указываемое количество пушек тоже не бесспорно.

Сражение развернулось в местности довольно сложной, среди теснин, оврагов, рек, гор и лесов. Поначалу у русских тоже не было полной уверенности, что перед ними всё войско Решида–Мехмеда — опасались обходного манёвра, о котором толковали перебежчики. Как оказалось впоследствии, опасения были напрасными.

Турки заняли очень выгодные для обороны высоты у Кулевчи и замерли, отдавая инициативу русским. Дибич приказал авангарду во главе с генерал-майором Яковом Осиповичем Отрощенко атаковать неприятеля.

Осыпаемые ядрами османы дрогнули, рассыпались, обратились в бегство. Какая лёгкая, какая эффектная виктория! Торжествующие победители начали преследование… и попали под убийственный огонь замаскированной турецкой батареи. Для овладения высотой, на которой расположились смертоносные орудия, авангарду пришлось разделить свои и без того скромные силы, направив часть их в обход. Этого момента и ждали османы, внезапно набросившиеся на передовые русские подразделения из леса.

За свободу Эллады: Кулевча

Засада с притворным отступлением удалась блестяще, великий визирь мог гордиться своим умом. Солдаты дрались самоотверженно, но турки не уступали им в храбрости и сильно превосходили числом. Авангард отступал, теряя людей, хотя огрызался и наносил немалый ущерб врагу. Особенно горькой оказалась участь одного батальона Муромского полка, изрубленного почти целиком. Прочие русские пехотинцы, истекая кровью, всё-таки сумели избежать такой резни, в чём им очень помогли артиллеристы и гусары. Тем не менее было очевидно, что первый раунд воины султана выиграли. Деревни оказались в их руках.

Паша попробовал развить успех, однако тут военное счастье от него отвернулось. Генерал Пётр (Петер фон дер) Пален и его солдаты поменяли настроение в ликующем османском лагере на противоположное: русские орудия, количественно и качественно превосходя османские пушки, часть из которых вдобавок застряла в лесу, при деятельной поддержке пехоты и конницы остановили турецкий натиск с большими потерями для врага. Особо отличилась коннобатарейная рота под командованием генерал-майора Арнольди и штабс-капитана Бобылева. Все попытки турок, запертых в Шумле, со своей стороны оказать поддержку атакующим соотечественникам были легко пресечены отрядом Крейца. Впрочем, «шумлинские» османы особо и не настаивали.

К тому времени Решид–Мехмед осознал, что перед ним явно не только корпус Рота, а потому отвёл помятые войска на исходные позиции и, как позже свидетельствовали пленники, созвал военный совет.

Бой затих. Налицо была тактическая ничья: первоначальный успех турок уравновесился их провальной попыткой атаковать главные силы русских. На совете паши решили пока не поздно отступать, чтобы достичь Шумлы кружным путём — вполне пристойный итог полевого сражения.

И всё-таки они уже опоздали.

За свободу Эллады: Кулевча 
Александр Коцебу. Битва у Кулевчи

Воспользовавшись затишьем, Дибич оценил ситуацию, заменил потрёпанные подразделения свежими и поручил начальнику штаба барону фон Толю нанести врагу удар, который решил бы исход упорной, жестокой битвы. К слову, для осуществления столь важного предприятия граф выделил барону довольно скромные силы, но талантливому человеку хватило и этого.

Генерал-адъютант Карл Фёдорович Толь, которого сам великий Кутузов именовал своим «любезным сыном», был, несомненно, одним из лучших российских генералов того времени, одинаково хорошо ориентируясь и в хитросплетениях штабной работы, и в кровавой суматохе на поле боя. Если в первом уже давно никто не сомневался, то относительно второго все точки над i расставило Кулевчинское сражение, ставшее звёздным часом Толя как полководца.

Прекрасно понимая, что артиллерия в данном случае его козырная карта, начштаба армии опытным взглядом определил, на каких местах следует расположить батареи для дальнейшего успешного продвижения при минимуме потерь. И наступление на хорошо укреплённые самой природой суровые высоты, где по приказу толкового визиря закрепились турки для яростной обороны, было разыграно как по нотам.

Толь, спокойный, уверенный, внушавший подчинённым твёрдую уверенность в успехе, лично повёл полки вперёд. На врага обрушился огненный шквал, турки энергично отвечали. По приказу барона всё тот же яростный одноногий, но притом невероятно проворный смельчак Иван Карлович Арнольди и его артиллеристы прорвались на отличные позиции, с которых накрыли залпами турецких «коллег». Один за другим взорвались зарядные ящики на османских батареях, причинив беднягам немалый урон и вызвав ещё большую панику в их рядах. Решид–Мехмед подал знак об отступлении, однако его воины уже сами устремились назад с завидной быстротой, обращая мало внимания на пожелания начальства. Русская пехота бросилась за ними, многократно увеличивая панику поощрительными ружейными залпами. Всё произошло до странности быстро, особенно учитывая предыдущие несколько часов ожесточённой взаимной неуступчивости. Выгоднейшая оборонительная позиция турок без особого труда пала к ногам счастливых победителей.

За свободу Эллады: Кулевча
Карл Фёдорович Толь

Разгром был полный. Пален и его люди 8 вёрст преследовали рассеявшихся по лесам османов, с трудом пробираясь через брошенные врагом обозы, орудия и зарядные ящики.

Визирь и большая часть его войска в конце концов сумели уйти. Но какой ценой! Все обозы и почти вся артиллерия достались россиянам. Русские объявили, что одних только пленных набралось две тысячи, а количество убитых неприятелей они оценили тысяч в пять. Множество ополченцев-мусульман из иррегулярных подразделений попросту разбежались по домам.

В своём обращении к победоносным войскам, одновременно тёплом и высокопарном, Дибич признал, что и его армия понесла солидные потери. Они превысили 2300 человек, причём, по некоторым данным, из них не менее 1270 погибшими — очень высокий процент, связанный с беспощадным истреблением турками окружённых бойцов авангарда в начале сражения. На следующий день после битвы главнокомандующий счёл своим долгом навестить раненых, дабы поблагодарить их за доблесть.

Правда, прусско-русский граф не только похвалы расточал. В том же обращении к торжествующей армии он добавил важные строки: «Тут же считаю уместным присовокупить вам, храбрые воины, моё убеждение и моё, яко вашего военачальника, приказание: поражать одних противящихся с оружием в руках неприятелей и щадить преклоняющих оное и просящих с покорностью помилования».

Строки эти неслучайны. При наступлении в битве при Кулевче русские войска часто действовали безжалостно, и Дибич таким образом хотел напомнить им о гуманизме. Однако поведение солдат было объяснимо. Дело в том, что оба враждующих государя премировали своих воинов. Только вот император платил целый червонец за пленного врага (и два, если пленён конник), а падишах оценивал звонкой монетой носы и уши «неверных», против которых вёл священную войну. Нередко у его подданных в кушаках оказывались подобные «трофеи», вызывавшие негодование среди русских. Пришельцам с севера также казался отвратительным обычай османов отрезать головы павшим или пленным неприятелям. Но под Кулевчей произошёл поистине вопиющий случай: ворвавшись во время наступления на турецкие позиции, русские увидели, как их соратников, ранее захваченных в этом же бою, враг поджаривает живьём. Тут уж никакие царские червонцы не смогли остудить жажду мести, охватившую солдат.

За свободу Эллады: Кулевча
Иван Карлович Арнольди

Долго радоваться успеху у Дибича не было времени. Уцелевшие от штыков и картечи османы стали пробиваться к Шумле окольными путями, чтобы ни в коем случае не допустить занятия этой твердыни — ведь поэтичные правоверные именовали её могилой гяуров. Да и самим воинам падишаха схорониться за её стенами представлялось несравненно безопасней, чем кочевать поблизости от разъярённых победителей.

Штурмовать неприступную крепость Дибич не рискнул, несмотря на уговоры оптимистов: дескать, турки в унынии, разгром их армии произошёл у них на глазах, надо бы воспользоваться этим. Обстоятельный главком понимал, что в случае неудачи приступа уныние воцарится уже в его войске, а этого ему хотелось меньше всего: энтузиазм от крупной победы надо было использовать по максимуму, и он знал, как.

А пока послал отряд Рота к местечку Эски-Стамбул перехватывать прорывающиеся в Шумлу османские подразделения. И всё же турки успели массово просочиться в крепость. Отчасти это произошло из-за непредвиденной задержки, которая, тем не менее, превратилась в очередную блистательную викторию. На следующий день после Кулевчинского сражения гусары лихого кавалериста, армянина, ставшего русским князем, Валериана Григорьевича Мадатова налетели на османскую конницу, смяли её, на её плечах ворвались на позиции турецкой пехоты и, преследуя бегущих, оказались перед двумя редутами, один из которых спешенные гусары сходу взяли. Фантастический успех горячего кавказца прервался на втором редуте, устоявшем после его натиска, однако пока бесстрашный Мадатов, говоривший по-турецки, в одиночку убеждал неприятеля сдаться (тот невежливо отвечал огнём), Рот послал в подкрепление пехоту и артиллерию, необходимые для успешного завершения славного дела. Вскоре османский редут пал; все его героические защитники, «не просившие и не принимавшие пощады», погибли.

Фактически это был финальный аккорд великой битвы, её прямое следствие.

За свободу Эллады: Кулевча
Валериан Григорьевич Мадатов

Получив известие о крупной победе, Николай I был счастлив. «Что за храбрецы эти отличные войска, эти дорогие боевые товарищи; сожалею, что не могу за ними следовать», — писал главнокомандующему восторженный царь. Помимо милостивого рескрипта, Дибич получил от него орден св. Георгия второго класса — с личной просьбой императора главкому сделать всё, чтобы вскоре сменить его на первый. Барон Толь стал графом Российской Империи — весьма скромное воздаяние за труды. Зато Пален и Рот украсились звёздами св. Владимира 1-й степени, Мадатов — орденом св. Александра Невского, а Отрощенко и Арнольди заработали по ордену св. Анны 1-й степени. Соратник последнего, штабс-капитан Бобылев пожалован за доблесть крестом св. Георгия 4-го класса. Ряд менее отличившихся в битве генералов осыпаны наградами на том же уровне.

Но обо всём этом они узнают позже. А пока у русской армии другие заботы. Ведь в Шумлу вернулся сам визирь, кипя желанием испортить победителям удачный ход кампании. Основываясь на опыте прошлых войн, он полагал, что после триумфа в генеральном сражении русские сосредоточатся на овладении крепостями, и нипочём не хотел отдавать им гордой Шумлы.

Между тем у Дибича были совсем другие планы. И вскоре Решид–Мехмед–паша имел неудовольствие с ними познакомиться.


Автор: Владислав Гребцов

7
Подписывайтесь на наш канал в Telegram @timerodessa (t.me/timerodessa) - будьте всегда в курсе важнейших новостей!
Чтобы оставить комментарий, авторизируйтесь через свой аккаунт в

????????...

Видео

Масштабный пожар на полях орошения: как это было

Отважный дрон ТАЙМЕРА заснял масштабный пожар на полях орошения 17 сентября, вонь от которого ощущали жители значительной части Одессы.

Инфографика



????????...