Главная / Интервью

Хроника дня

Илья Фрейман: Партия Шария — это единый рабочий механизм, где нет места своеволию и анархии

Сотрудничество между Партией Шария и ОПЗЖ — долговременный союз или ситуационное объединение? Правда ли, что внутри ППШ царит авторитарная диктатура? В чём разница между националистами и радикалами?

На эти и другие вопросы отвечает глава фракции Партии Шария в Одесском горсовете Илья Фрейман.

Илья Фрейман: Партия Шария — это единый рабочий механизм, где нет места своеволию и анархии

— Расскажите о себе. Чем вы занимались до прихода в большую политику?

— Закончил экономико-правовой факультет Одесского национального университета имени Мечникова. Во время финансового кризиса 2008 года трудился в отделе кредитования физических лиц банка «Порто-Франко». Позже решил углубиться в творческую деятельность: работал художником-дизайнером в ювелирной компании, со временем увлёкся журналистикой. Начинал в 2014 году на телеканале A1, впоследствии был спичрайтером губернатора Максима Степанова, ну а сейчас я — главный режиссёр телеканала «Южная волна», который в СМИ обычно называют собственностью депутата Одесского горсовета Виктора Баранского. Вообще мне довольно часто приходится слышать упрёки и обвинения в работе на того или иного олигарха: в числе наиболее популярных фамилий звучат тот же Баранский, Саутёнков и Голубов. Сразу хочу отметить, что это неправда: владельцем «Южной волны» является мой однопартиец и коллега Владимир Иванов, а Баранский — всего лишь один из наших постоянных клиентов, который регулярно заказывает репортажи и сюжеты по освещению работы собственного благотворительного фонда. Утверждать, что я являюсь человеком Баранского — это всё равно что, скажем, взять оператора «Думской» и назвать его человеком Гончаренко. Необходимо чётко разделять место работы человека и его политическую ориентацию.

Я действительно знаком с Баранским, но наши взгляды во многом не совпадают: нередко случались даже конфликты. В частности, из-за того, что мы с Ивановым начали размещать на канале сюжеты Анатолия Шария, заполнять информационную повестку дня новостями из жизни нашего движения и, соответственно, уделять меньше времени заказным спецрепортажам, на производство которых иногда просто не оставалось свободных съёмочных групп. Вообще телеканал «Южная волна» интересуется в первую очередь поднятием собственного рейтинга и привлечением новых зрителей, поэтому в нашем эфире можно увидеть и ярых радикалов-националистов, и представителей ОПЗЖ и Партии Шария, и депутатов от «Слуги народа» и «Европейской солидарности». Разумеется, в период предвыборной гонки мы сотрудничали со множеством политических сил на коммерческой основе — снимали политическую рекламу. Хотя партия ОПЗЖ и тут выбивалась в лидеры: очень много сил и средств выделяла на демонстрацию отчётов о проводимых мероприятиях.

Илья Фрейман: Партия Шария — это единый рабочий механизм, где нет места своеволию и анархии

— Как получилось, что вы стали членом Партии Шария? Как из рядовых участников ячейки вам удалось «дорасти» до главы политорганизации ППШ в Одессе и даже стать депутатом горсовета?

— Работая в сфере журналистики, я познакомился с творчеством Анатолия Шария и с 2017 года стал помогать ему вести расследования: передавал информацию, выполнял спецзадания. С момента создания одноимённой политической партии и начала парламентской предвыборной гонки — 2019 мы старались оказывать Шарию всяческую поддержку в медийном плане: освещали все одесские акции, создавали агитационные ролики. Постепенно я всё больше втягивался в «полевую» работу: сначала в качестве обычного активиста, затем в роли спикера — бегал с рупором за Зеленским, неоднократно получал по морде от недоброжелателей и так далее. В частности, 9 мая прошлого года имел место конфликт с недавно объявленным в розыск за убийство националистом Дмитрием Кружилиным: когда они с Ходияком, Ганулом и представителями «Нацкорпуса» попытались заблокировать наш автопробег и стали оскорблять активистов, я подошёл и высказал в лицо всё, что о них думаю. После чего на меня тут же напали с двух сторон, причём Кружилин бил в челюсть намотанной на руку металлической цепочкой.

Илья Фрейман: Партия Шария — это единый рабочий механизм, где нет места своеволию и анархии

Со временем стал принимать более плотное участие в решении организационных вопросов: проведение мероприятий, взаимодействие с прессой, логистика — куда отвезти газеты, палатки и флаеры, обеспечение безопасности наших участников на акциях, куда обязательно придут националисты, и так далее.

С руководителем одесской ячейки ППШ Алексеем Нагаткиным у нас до поры до времени складывались прекрасные отношения: я, в частности, закрывал глаза на его любовь отчитываться перед руководством после каждого мероприятия — дескать, вот, я всё провёл, сделал, организовал, обеспечил и так далее. Вместе с тем я с большим удивлением прочёл в
интервью ТАЙМЕРА, что Нагаткин, оказывается, на 99 % спонсировал деятельность нашей ячейки: это абсолютная чушь! Всё финансировал центральный штаб, причём делалось это абсолютно открыто и прозрачно. Было бы, кстати, крайне любопытно ознакомиться с подтверждениями столь амбициозного заявления.

Если же говорить о выборах в горсовет, то в процессе выдвижения кандидатов от нашей политсилы рассматривались все желающие участники актива, причём каждый претендент проходил комплексную четырёхуровневую проверку: сведения о нём анализировала внутренняя служба безопасности, центральный штаб, затем Ольга Шарий и, наконец, сам Анатолий. При согласовании кандидатур оценивалось множество самых разнообразных критериев: где человек работал раньше, есть ли у него какое-либо политическое прошлое, и если да, то какое именно, насколько активно он участвовал в развитии нашего движения, какими личными профессиональными качествами обладает и так далее. Никто никого не выдвигал и не лоббировал, просто Ольга и Анатолий сошлись на том, что я вполне подхожу на роль представителя их интересов в Одесском горсовете.

Илья Фрейман: Партия Шария — это единый рабочий механизм, где нет места своеволию и анархии

— Как одесская ячейка и вы лично отнеслись к нашумевшему конфликту между Шариём и Нагаткиным? Каковы ваши взаимоотношения на сегодняшний день?

— Сегодня исключённый из партии Алексей Нагаткин публикует различную спорную и недостоверную информацию с целью, по-видимому, как-то расшатать изнутри наш актив, многие участники которого до сих пор не вполне понимают, что произошло. Думаю, Алексей просто очень сильно обиделся, что его исключили из-за какой-то «мелочи», и отчаянно пытается напакостить в ответ: я пытался узнать, в чём дело, но безуспешно. В то же время не стоит забывать, что Нагаткина исключили за предательство: своим голосованием за кандидатуру «слуги народа» Игоря Коваля на пост секретаря горсовета он показал, что не намерен двигаться в одном идеологическом направлении с партией. Его голос в сложившихся на тот момент обстоятельствах не имел никакого решающего значения — это была чистой воды демонстрация.

Я почти уверен, что Алексей Нагаткин действительно получил крупную взятку: не говоря уже о том, что подобные слухи совершенно открыто муссировались в кулуарах горсовета, у нас есть «железная» инсайдерская информация от авторитетных источников в самых различных «высоких» сферах, которых мы по понятным причинам не можем озвучить. Остаётся добавить, что его отец, Олег Нагаткин, в свою очередь проголосовал за Виталия Барвиненко, представителя партии «Доверяй делам», которому как раз нужно было пару голосов для получения поста
председателя Одесского райсовета.

Более того: после истории с Ковалем Нагаткин перестал подходить к телефону, отключился от всех Telegram-каналов, вообще полностью выпал из коммуникации с бывшими однопартийцами.

Что же касается рядовых активистов нашей организации, то они, как и раньше, поддерживают центральную линию партии и идут за Анатолием и Ольгой, а вовсе не за Нагаткиным: многие вообще не знают, кто это такой.

Илья Фрейман: Партия Шария — это единый рабочий механизм, где нет места своеволию и анархии

— Как складываются отношения между Партией Шария и другими политическими силами — в частности, националистами и ОПЗЖ? В чём, на ваш взгляд, заключается главное отличие ППШ от других участников борьбы за власть?

— Нас с ОПЗЖ часто пытаются связать воедино и представить как друзей или союзников: на самом деле подобные утверждения не соответствуют истине. Партия Шария и ОПЗЖ ни в коем случае не являются слившимся воедино политическим организмом: нас даже коалицией назвать сложно. Имеет место всего лишь ситуационное объединение против главного общего врага — объединения «Слуг народа», «ЕС» и «Доверяй делам». Порой мы действительно готовы действовать вместе — например, блокировать трибуну, когда оппоненты пытаются навязать нам свою волю. Вместе с тем идти далее по пути объединения — участвовать в совместном распределении мест в комиссиях, назначать на те или иные должности «нужных» людей и отстаивать интересы каких-либо олигархических структур — мы не намерены. Партия Шария всегда сама по себе — в этом её «фишка», самое главное уникальное отличительное качество: если мы начнём связываться с кем-то «братскими» узами, наша борьба потеряет всякий смысл. Мы не вступаем ни в какие союзы: у нас нет ни друзей, ни братьев, ни сестёр — по факту это всё враги.

Илья Фрейман: Партия Шария — это единый рабочий механизм, где нет места своеволию и анархии

Мы твёрдо верим, что Украина сможет развиваться дальше только при наличии той государственной идеологии, которую всячески педалирует и поддерживает ППШ. В связи с этим мы должны по всем параметрам и характеристикам максимально отличаться от других партий, которые работали в политическом поле страны на протяжении последних лет. В частности, наши активисты не могут принимать участие в каких-либо «договорняках»: любая попытка продать или обменять свой голос на какие-либо преференции заканчивается тем, что уличённый в подобном занятии человек тут же вылетает из рядов партии. Я, например, лично знаком с Шариём — мы встречались неоднократно, но если завтра я проголосую как-то не так, например, поддержу «Слуг народа» в продвижении «своего» человека на должность в горсовете или ещё что-нибудь в том же духе, то послезавтра буду с позором изгнан из партии как предатель, невзирая на дружбу и любые аргументы в свою пользу. Всё дело в том, что люди не голосовали за Илью Фреймана — они поддержали Партию Шария и её политическую программу, так что я в этом плане не самостоятельное лицо, а просто руки, ноги, глаза и уши Шария в Одессе.

Илья Фрейман: Партия Шария — это единый рабочий механизм, где нет места своеволию и анархии


В рамках строгой авторитарной внутрипартийной дисциплины личное мнение каждого должно быть согласовано с лидерами партии — последнее слово остаётся за ними. Разумеется, перед каждой сессией городского или областного совета мы проводим коллективные совещания с центральным штабом, в ходе которых каждый участник может попытаться убедить руководство в собственной правоте, подробно изложив соответствующие аргументы, но окончательно решение всё равно принимают лидеры. Не может быть такого, чтобы одна часть партии была за, а другая против по какому-то однозначному политическому вопросу. Партия — это, по сути, машина, единый рабочий механизм: если каждая часть двигателя будет работать в своём собственном ритме, то вся машина целиком в лучшем случае никуда не поедет, а в худшем — вообще взорвётся к чертям собачьим. Если мы претендуем на отстаивание чёткой идеологии, все должны работать, как винтики и шестерёнки, а не так, как это происходит в других коллективах: кто в лес, кто по дрова, каждый действует по принципу «что хочу, то и ворочу». Подобная практика приводит лишь к бесконечным расколам и утрате симпатий избирателей. Страна в целом, разумеется, должна быть устроена на демократических началах, но партия — это машина, где нет места своеволию и анархии.

Илья Фрейман: Партия Шария — это единый рабочий механизм, где нет места своеволию и анархии

Если же говорить о представителях так называемого ультрапатриотического лагеря, то тут всё довольно просто. Те, кого мы привыкли называть националистами, на самом деле таковыми отнюдь не являются: Ганул, Стерненко и все прочие, с моей точки зрения, — обычные радикалы. Настоящим националистом можно назвать, к примеру, Дональда Трампа: он настроен на созидание, призывает американскую нацию гордиться своими выдающимися представителями и страной в целом, и так далее. Те же, кто пытаются действовать исключительно с помощью разрушения — сносят памятники, предлагают убивать и сажать за решётку своих политических оппонентов — это, на мой взгляд, не националисты, а радикалы, маргиналы и бандиты, которые на гребне революции поднялись с самых низов и теперь изображают из себя медийных экспертов.

Несмотря на весь пафос своих идеологических взглядов, они с удовольствием появляются в эфире телеканалов, принадлежащих условно враждебным политическим силам, потому что на первом месте для них шоу-бизнес — нужно быть на слуху, оставаться в кадре. Вся идеология заканчивается, когда речь заходит о крупных денежных суммах, так что это отнюдь не идейные фашисты, продолжатели дела Гитлера и СС, а обычные жулики, которые хотят хорошо зарабатывать на жизнь за чужой счёт, но при первой же реальной опасности уберутся отсюда восвояси. Все радикалы, имеющие твёрдые неонацистские убеждения, давно уже уехали в Донбасс — отстаивать свою позицию в конфликте в составе боевых подразделений вроде «Азова» или «Правого сектора». Что же касается людей типа Фарион, то это просто городские сумасшедшие: им всё равно, за что рвать глотку, будь то КПСС или махровый национализм. Такие люди, кстати, делают для дискредитации националистического движения больше, чем все их политические оппоненты вместе взятые.

Илья Фрейман: Партия Шария — это единый рабочий механизм, где нет места своеволию и анархии

— Какие планы на будущее имеются у членов фракции Партии Шария в Одесском горсовете и у вас лично? Как вы видите свою работу в качестве оппозиции действующей власти?

— Во-первых, мы собираемся стать эдакой инквизицией для региональных властей, местных «князьков» и всей так называемой элиты, которая вот уже много лет здесь тусуется и наживается на горе обычных людей. Мы собираемся отслеживать каждый тендер, привлекать внимание и жёстко критиковать все случаи воровства бюджетных средств, «договорняки», прогулы чиновников. Кроме того, мы будем устраивать проверочные рейды на коммунальные предприятия города — проверять, кого и когда не было на рабочем месте, на что именно пошли выделенные из городского бюджета средства, снимать происходящее на камеру, проверять представленные для отчётности цифры и общаться с людьми на местах. Более того: критика действий городского руководства из наших уст звучит уже сейчас. Так, во время последней сессии горсовета я указал Геннадию Леонидовичу на новогоднюю ёлку за 2 миллиона гривен со светящимися петушками и собачками. Городской голова с очень серьёзным выражением лица говорил о том, что нам, дескать, негде брать деньги на борьбу с коронавирусом, бюджеты проседают и так далее. На что я предложил для начала попробовать убрать всех этих зверушек и отмечать праздники поскромнее — не говоря уже о завышенных чуть ли не в 10 раз ценах на гирлянды.

Илья Фрейман: Партия Шария — это единый рабочий механизм, где нет места своеволию и анархии

Во-вторых, несмотря на малочисленность нашей фракции и невозможность серьёзно влиять на принятие решений, мы будем стараться лоббировать собственные инициативы. В частности, недавно нам удалось настоять на решении вопроса с инсулиновыми тест-системами, отсутствие которых до последнего времени являлось для Одессы серьёзной проблемой. Мы развернули дискуссию с представителями департамента здравоохранения, непосредственно на сессии горсовета обратились к Труханову — и он, как ни странно, принял нашу сторону: дал распоряжение создать рабочую группу, провести аудит. Исходя из результатов последних рабочих совещаний, нам, возможно, удастся ввести в бюджет развития новую статью расходов, связанных с поставками инсулина.

Что же касается меня лично, то я планирую инициировать создание ещё одной постоянной комиссии при Одесском горсовете, а именно комиссии по контролю за тендерами, большинство которых на сегодняшний день проходят в закрытом режиме и без всякой конкуренции — обычно деньги напрямую выделяются «своим» людям. Подобная комиссия будет иметь возможность проверять условия соблюдения тендерных процедур и акцентировать внимание на различных махинациях. То есть, по сути, станет своеобразной палкой в колесе устоявшейся коррупционной системы, с помощью которой воруется изрядная часть денег из городской казны. Сомневаюсь, что мне позволят вот так сходу стать инициатором создания такой комиссии, но тем не менее — буду стараться, пробовать, беседовать с коллегами из других фракций и собирать под это дело голоса.

Илья Фрейман: Партия Шария — это единый рабочий механизм, где нет места своеволию и анархии


Конечно, в процессе рассмотрения тех или иных проектов решений мы в первую очередь будем обращать внимание на главную идею. Если всё организовано чисто и прозрачно, проект не предполагает наличия «подводных камней», а сама идея — хорошая, нужная и полезная, мы будем голосовать «за» независимо от того, кто является инициатором и автором проекта.

Вместе с тем с «Европейской солидарностью» и «Слугами народа» в политическом плане никакого взаимодействия не будет — по причине совершенно разных идеологических взглядов. Аналогичным образом я совершенно однозначно не намерен сотрудничать с предателями — господин Нагаткин может впредь не рассчитывать на нашу поддержку.

Беседовал Дмитрий Остапов


1 11
Подписывайтесь на наш канал в Telegram @timerodessa (t.me/timerodessa) - будьте всегда в курсе важнейших новостей!
Чтобы оставить комментарий, авторизируйтесь через свой аккаунт в
Val Van Val Van

ОПЗЖ Медведчук и шариковскую парию гнать ссаными тряпками в Россию, если не согласны то гнать на Донбасс под пули ополченцев и отпускников - там поймут как родину любить . .. бандиты и воры + поппппулисты

Ответить -1

Загрузка...

Инфографика



Загрузка...