Главная / Интервью

Хроника дня

Universal Fraud for Children: как в Одессе воруют американскую помощь для детей-сирот

Как зарабатывали на жизнь подростки-сироты в эпоху «крутых нулевых»? Правда ли, что за деньги «белых» людей приходится выполнять самую «чёрную» работу? Сколько можно украсть, занимаясь благотворительной деятельностью? Детский праздник стоимостью 10 тысяч долларов — миф или реальность?

На эти и другие вопросы отвечает воспитатель спортивного лицея «Олимпиец», бывшая сотрудница благотворительной организации Universal Aid for Children of Ukraine Алла Белая.

Universal Fraud for Children: как в Одессе воруют американскую помощь для детей-сирот


— Что представляет собой организация UAC? Каковы её основные цели и задачи? Как вы оказались в орбите её влияния?

— UAC (Universal Aid for Children of Ukraine) — благотворительная организация, созданная в 1995 году во Флориде американкой Робин Паскаль, которая, правда, в возрасте всего 35 лет умерла от рака, после чего бразды правления взяла на себя её сестра — Клара Паскаль. Всё дело в том, что во второй половине 90-х иностранным гражданам официально разрешили усыновлять украинских детей. И вот Клара, которая в те времена работала репортёром, приехала в нашу страну снимать документальный фильм обо всех «прелестях» тогдашней бездомной детской жизни: чердаки, подвалы, воровство, попрошайничество, полуголодное прозябание в канализационных люках, нюханье клея и так далее.

Волею судеб её занесло в третий одесский Дом ребёнка на проспекте Добровольского: там будущая меценатка повстречала мальчика по имени Гриша Иваченко и отчаянно загорелась желанием его усыновить — ездила в Киев, оформляла бумаги. Разнообразные столичные чиновники и власть имущие всячески её отговаривали: дескать, современные сироты — это совершенно бесперспективная тема, у них нет будущего, оставьте эту затею и направьте свою энергию в другое русло. Но Клара упорно стояла на своём, и в результате в 1997 году стала одной из первых жительниц США, которая отважилась на такой серьёзный и ответственный шаг и добилась своего: усыновлённый ею одесский мальчик сейчас является полноправным американским гражданином по имени Люк Паскаль.

Universal Fraud for Children: как в Одессе воруют американскую помощь для детей-сирот


Основное направление деятельности UAC — помощь одесским подросткам-сиротам по завершении учёбы в интернате и поступлении в различные училища и вузы. В конце 90-х — начале 2000-х помощь, предоставляемая организацией, заключалась в следующем: 50 $ ежемесячно на руки каждому студенту плюс содействие в приобретении одежды, получении медицинского обслуживания и поиске/найме репетиторов для индивидуальных занятий, если кому нужно было, к примеру, «подтянуть» английский.

Первый набор детей-сирот, которым на протяжении последующих пяти лет учёбы оказывалась помощь, состоялся в 1998 году по случаю очередного визита Клары Паскаль в Одессу: в числе счастливчиков оказались 11 выпускников четвёртого интерната, и я в том числе. Правда, на первых порах наша сиротская братия отнеслись к подобной затее с большим недоверием: сошлись на том, что приехала какая-то важная тётя и рассказывает красивые сказки. Ну а потом оказалось, что всё вполне серьёзно — деньги на учёбу приходили регулярно: одни ребята при поддержке UAC поступили в политех, другие в мореходку, ну а я выбрала легендарный физвос в Педагогическом университете.

Universal Fraud for Children: как в Одессе воруют американскую помощь для детей-сирот

— Из каких источников финансируется благотворительная деятельность UAC? Каковы условия получения материальной помощи? На что вы тратили американские деньги? Правда ли, что взамен кураторы требовали заниматься тяжёлой физической работой?

— Изначально материальная поддержка была рассчитана только на год: отучился первый курс и свободен — дальше управляешься своими силами. Впрочем, так продолжалось недолго: со временем стало ясно, что бросать только-только вышедших в люди сирот на полпути неправильно, и тогда кураторскую поддержку растянули на всё время обучения. Взамен от нас требовали как следует учиться — не бездельничать, не отлынивать, не прогуливать, а реально грызть гранит науки.

Выдачей пересылаемых из-за океана денег и вообще всеми делами «подшефных» студентов занималось всего трое сотрудников, хорошо знавших английский язык. По словам самой Клары, средства на благотворительность в размере ни много ни мало один миллион долларов передала ей мама Нэнси, которая, кстати, впоследствии также не раз приезжала в Одессу.

На первых порах счастливая американская судьба была благосклонна к выпускникам нашего четвёртого интерната на улице Профсоюзной (там сейчас Военный лицей), затем в зону влияния UAC попал ещё и пятый интернат на Даче Ковалевского. Интересно, что под уютное крылышко покровительства брали только круглых сирот: одного мальчика с нашего потока отказались включить в программу на том простом основании, что у него есть мама. И неважно, что она работала дворником, еле-еле сводила концы с концами, а сын нуждался в элементарных жизненных благах ничуть не меньше всех остальных.

Одно время в UAC работала женщина, которая всячески пыталась склонять «подшефных» студентов к посещению некоей «правильной» баптистской церкви. Правда, её пропаганда далеко не всегда достигала цели: я, например, в те времена была настолько далека от подобных проблем, что прямо сказала: не хочу ходить в вашу церковь, будет желание — пойду святить пасочки в монастырь через дорогу, а всё остальное мне неинтересно. Она, конечно, поругалась немного, но в конце концов отстала.

Universal Fraud for Children: как в Одессе воруют американскую помощь для детей-сирот

В качестве отработки получаемой помощи мы, студенты разных вузов, должны были каждую неделю навещать родные интернаты и всячески помогать младшим «товарищам по несчастью» — считалось, что таким образом мы показываем им хороший жизненный пример. Правда, на практике благородные воспитательские устремления наших кураторов оборачивались элементарной трудовой повинностью: приходилось подметать, мыть окна, драить полы, жечь мусор и так далее, в общем, выполнять самую «чёрную» работу, до которой за неделю не дошли руки у техничек и уборщиц.

Вместо того чтобы подгонять «хвосты», стирать бельё или же просто наслаждаться жизнью после тяжёлой учебной недели, мы каждые субботу и воскресенье ехали через весь город батрачить в родные пенаты: рабочая смена длилась 6 часов, если кто не пришёл или забыл отметиться — получает штраф, а то и вовсе лишается очередной «стипендии». Так что эти самые деньги отнюдь не падали с неба — их приходилось достаточно тяжело отрабатывать, тратя массу сводного времени и сил.

Остаётся добавить, что 50$ в месяц по курсу 1 к 5 по тем временам отнюдь не были какой-то фантастической, баснословной суммой, позволявшей кататься как сыр в масле, хотя и оставались хорошим подспорьем в хозяйстве рачительной студентки. К тому же их получение было сопряжено с изрядным количеством никому не нужной суеты и волокиты: приходилось постоянно таскать куратору справки, что ты действительно учишься, а не пьёшь водку за гаражами, предъявлять зачётку как доказательство закрытой сессии и так далее. Хотя порой бывало и так, что ребята бросали учёбу, но какое-то время ещё продолжали получать деньги.

С другой стороны, в конце девяностых — начале двухтысячных мы с девочками могли заработать куда больше всего за одну неделю: после учёбы бежали в общагу, перекусывали что-нибудь на ходу и ехали к пяти часам на «Седьмой километр» подметать мусор, оставленный за день покупателями и реализаторами. Разумеется, большая часть того, что удавалось заработать, тратилась на еду, остальное уходило на кеды, чешки, кроссовки и прочую экипировку студентки физвоса.

Universal Fraud for Children: как в Одессе воруют американскую помощь для детей-сирот

Universal Fraud for Children: как в Одессе воруют американскую помощь для детей-сирот


— Расскажите о том, что побудило вас переквалифицироваться из «стипендиатов» в полноправные сотрудники UAC? Каковы были ваши должностные обязанности?

— На четвёртом курсе я официально устроилась работать в четвёртый интернат, потом перешла в пятый, где, кстати, успешно работаю воспитателем до сих пор. Попутно несколько лет занималась торговлей, а в 2009 году мне предложили стать координатором UAC на постоянной основе. При этом ещё и категорически потребовали оставить все прочие виды деятельности. Я ответила, что готова бросить всё, кроме интерната — это всё моё, родное, как работала раньше, так и буду продолжать в том же духе!

Должностные обязанности на новом поприще сводились к следующему: каждый месяц посещать банк, получать деньги, обзванивать и собирать всех «подшефных» детей, коих на тот момент насчитывалось уже порядка 60 по всей Одессе, составлять платёжные ведомости и раздавать им по 50 долларов под роспись. Помимо этого периодически приходилось брать на себя функции эдакой службы спасения 911: если вдруг кто-нибудь заболел или попал в беду — приехать, помочь разобраться с проблемами, заступиться, поддержать материально в случае форс-мажорной ситуации и так далее.

Параллельно я поддерживала связь со многими преподавателями учебных заведений: если кто пропадал, переставал ходить на пары и ударялся во все тяжкие, я сразу узнавала об этом и ехала «выписывать люлей». Много раз предлагала отменить никому не нужные отработки по субботам и воскресеньям, но начальство оставалось непреклонным: пускай, дескать, знают, за что они получают деньги! Разумеется, когда ребята звонили мне как воспитателю пятого интерната и говорили, что не смогут приехать, я спускала вопрос на тормозах — ну и ладно, ничего страшного, приедете в другой раз. Без лишней скромности могу сказать, что с моим приходом круг деятельности UAC значительно расширился: мы начали оказывать посильную поддержку множеству детских домов и приютов по всему городу и области.

Universal Fraud for Children: как в Одессе воруют американскую помощь для детей-сирот

Universal Fraud for Children: как в Одессе воруют американскую помощь для детей-сирот

— С какими подозрительными махинациями вам пришлось столкнуться в процессе дальнейшей работы? Какие мошеннические схемы использовали нечистоплотные сотрудники UAC для отмывания спонсорских денег — и много ли им удалось украсть?

— Различные махинации с деньгами имели место чуть ли не с момента основания UAC, хотя и носили отрывочный «любительский» характер. И только начиная года эдак с 2011 всё стало действительно плохо. К тому времени организационными делами помимо меня занимались ещё три-четыре человека, в том числе Ирина Анатольевна Тищенко — можно сказать, ветеран благотворительной деятельности, стоявший у самых истоков UAC и пользовавшийся полным доверием Клары Паскаль: именно ей принадлежит идея «трудового воспитания» студентов.

На первых порах она всеми силами старалась пристроить в организацию своего сыночка, потом вышла замуж, уехала в Америку, каким-то образом сумела убедить Клару в своей непогрешимости и незаменимости, объявила себя директором с практически неограниченными полномочиями и уже оттуда начала активно командовать происходящим в Одессе по своему усмотрению.

Для начала Ирина Анатольевна решила избавиться от всех сотрудников, которые чем-либо ей не угодили: несколько ребят получили «отставку» по обвинению в каких-то непонятных злоупотреблениях, хотя я, например, работая с ними рука об руку, никогда не замечала ничего подозрительного — все трудились честно и с полной самоотдачей. Освободившуюся нишу немедленно занял её сын Алексей, неожиданно получивший назначение на должность главного специалиста по детям-беженцам: на дворе стоял приснопамятный 2014 год.

Следующим шагом нашей неуёмной директрисы стало ведение в оборот огромного количества бумажной бюрократии: «уцелевших» после «реформ» рядовых координаторов обязали чуть ли не каждый день заполнять какие-то бланки и отчёты и отправлять в США по интернету: что было сделано, какие планы имеются на ближайшие полгода и тому подобная ерунда. Как можно составлять подобные документы, если я по роду своей деятельности понятия не имею, что меня ждёт завтра? Проснулась — и пошло-поехало: один студент заболел, другого выгоняют из общежития, третьей нужно срочно купить зимнюю обувь, четвёртую отругать и уговорить вернуться в училище, и так далее, и тому подобное — повестка дня меняется с калейдоскопической быстротой.

Universal Fraud for Children: как в Одессе воруют американскую помощь для детей-сирот
Ирина Тищенко и бывший посол Украины в США Валерий Чалый


Разумеется, все вышеописанные увольнения не прошли даром: в результате наша организация перестала помогать городским и областным детским домам, которым мы до последнего времени возили памперсы, детское питание и прочие необходимые вещи. Все свободные ресурсы по решению директора были направлены на помощь детям-беженцам, которые тогда действительно были у всех на слуху. Если раньше мы могли свободно пообедать где-нибудь в кафе, когда не успевали заехать домой, и впоследствии предъявить соответствующий чек, то теперь даже чашки кофе нельзя было выпить за казённый счёт.

Как ни странно, меня все эти буйные преобразования долгое время обходили стороной: в один прекрасный день я даже получила назначение на должность директора по финансам и документации с окладом в 350 «зелёных». В то время как Алексей Тищенко, директор по беженцам, получал от мамы отдельный бюджет и зарплату в 1100 долларов! Но при этом все чеки и квитанции сдавал на обработку мне, а я уже составляла отчёты для начальства и по беженцам, и по своим студентам, помощь которым жёстко ограничивалась всё той же суммой в 50$ в месяц — ни центом больше.

Universal Fraud for Children: как в Одессе воруют американскую помощь для детей-сирот
Алексей Тищенко


Но такие суровые правила касались только простых смертных — приближённым к руководству закон был не писан. Как-то раз в декабре 2016 года Лёша вместо чека принёс мне обычную расписку — дескать, я провёл бизнес-ланч с партнёрами на сумму ни много ни мало 250 долларов: мне оставалось только развести руками. Но когда подобные вещи стали мало-помалу входить в систему, я взбунтовалась: как тебе, говорю, не стыдно? Имей же совесть! В любом ресторане по требованию клиента приносят нормальный чек! Потом твоя же собственная мама приедет и будет упрекать меня в халатности и нерадивости — как могло остаться незамеченным подобное безобразие?! На эти деньги можно свадьбу отгулять!

Но, увы: все мои претензии не возымели никакой реакции. Так, например, в разгар праздничного веселья новогодней ночи — 2017 господин Тищенко перевёл кому-то кругленькую сумму «на медицинское обслуживание». Потом уже мы выяснили, что это была его собственная запасная карточка. Ну и Ирина Анатольевна тоже не сидела без дела: ей хватило ума утаить большую часть средств, которую наши американские друзья по моей просьбе выделяли воспитанникам пятого интерната на протяжении полугода до выпуска. Все эти деньги должны были пойти на одежду, обувь, канцелярские принадлежности, предметы домашнего обихода и тысячу других мелочей, которая потребуется студентам в самостоятельной жизни — а по факту были незаконно присвоены нашей вконец распустившейся начальницей.

Universal Fraud for Children: как в Одессе воруют американскую помощь для детей-сирот

Отдельного упоминания заслуживает Robin’s Nest Camp — ежегодный летний праздник для детей-сирот в честь безвременно ушедшей основательницы UAC Робин Паскаль. На очередное такое мероприятие было выделено — только вдумайтесь! — 10 тысяч долларов: все эти деньги перевели на счёт Алексея Тищенко, который кичился своими респектабельными знакомыми и уверял, что благодаря его связям всё будет бесплатно: и аренда ресторана «Усадьба» возле парка Шевченко, и угощение, и подарки. А потом без всякого зазрения совести принёс мне расписку: я, дескать, уплатил за однодневную аренду территории этой самой «Усадьбы» 10 тысяч гривен. Разумеется, я звоню директору ресторана и требую предоставить нормальную квитанцию, а тот только руками разводит: мол, ничего не знаю, все вопросы к Алексею — видимо, человека, что называется, взяли в долю. Не говоря уже о том, что вместо заявленных 120 человек на празднике присутствовали от силы 30, какая-то совершенно невероятная сумма якобы была потрачена на банкет, размах которого просто потрясал воображение — картошка-фри, булочки и маленькие бутылочки сладкой воды. В общем и целом, по моим расчётам, праздник обошёлся этим предприимчивым дельцам максимум в 500 долларов: нет никаких сомнений, что остальные деньги безнаказанно осели в кармане у Лёши.

Universal Fraud for Children: как в Одессе воруют американскую помощь для детей-сирот


Весной 2017 года наш замечательный директор наведалась в Одессу: я ей всё рассказала и предложила разделить имеющуюся бухгалтерию — пусть Алексей сам отчитывается, куда и на что он тратит такие баснословные суммы, а я буду заниматься исключительно студентами, чтобы потом не остаться крайней. Она в ответ стала упирать на то, что мы же все работаем на доверии! Вот и отлично, говорю, работайте себе и дальше на семейном доверии! Если таковое, конечно, имеет место быть после всех изложенных мною фактов. В конечном итоге Ирина Анатольевна внимательно выслушала меня и уехала обратно в Америку, а через пару месяцев позвонила и сообщила радостную новость: Алла, ты с нами больше не сотрудничаешь! Причём вопрос был поставлен достаточно категорично: все, кто дружит и общается со мной и не удовлетворяются текущим положением дел, могут считать себя свободными.

В попытке добиться справедливости я ещё, помню, написала Кларе: объяснила ситуацию и прямо сказала, что так дальше жить нельзя! В ответ наша американская благодетельница предложила мне «найти мир в своём сердце»: дескать, Ирина на самом деле тебя очень любит! А под конец гаркнула, фыркнула и отключилась. К сожалению, там уже не с кем было разговаривать: судя по всему, с годами у Клары развились серьёзные проблемы со здоровьем — во время последнего визита в Одессу она, честно говоря, выглядела очень неважно. Более того: по словам моей американской знакомой, также уволенной из UAC в процессе «чисток», сейчас госпожу Паскаль регулярно отправляют на лечение в больницу. Так что всё происходящее отнюдь не случайно: семейный клан Тищенко просто воспользовался беспомощностью пожилого человека и подмял под себя распределение финансовых потоков, походя устранив всех честных людей, которые не хотели наживаться за чужой счёт.

Universal Fraud for Children: как в Одессе воруют американскую помощь для детей-сирот


Разумеется, я рассказала своим американским друзьям, что выделяемые ими деньги идут вовсе не на улучшение жизни детей-сирот, а по большей части оседают в нечистоплотных карманах. Многие ребята, прослышав о моём увольнении, были просто в шоке: человек 12 студентов сразу же послали госпожу Тищенко куда подальше и навсегда распрощались с UAC. В конечном итоге целый ряд спонсоров изъявили желание сотрудничать со мной лично, и с тех пор мы с ними работаем напрямую, без всяких посредников. На сегодняшний день, к примеру, за мной «числится» 14 студентов: каждый спонсор переводит на карточку ту сумму, которая ему по силам — один 40, другой 100, третий 150 долларов. Все эти деньги я получаю, обмениваю по текущему курсу и раздаю детям, а в качестве отчёта о проделанной работе отправляю меценатам фотографии подписанных чеков. Всё устроено максимально прозрачно и честно: наши заокеанские товарищи в любой момент могут воочию убедиться, что присланные ими средства используются по назначению — за три года никаких спорных вопросов у нас не возникало. При этом я ещё и не нагружаю ребят отработками: они сами общаются со своими покровителями, пишут им благодарственные письма и рассказывают, где, что и как потратили.

Universal Fraud for Children: как в Одессе воруют американскую помощь для детей-сирот


— Как бы вы могли подытожить вышесказанное? Какие выводы вы сделали для себя по итогам всей этой истории?

— Ни капельки не жалею о том, что случилось: есть основания полагать, что мошенничество в UAC процветает, а спонсорские деньги по-прежнему банально разворовываются. Конечно, эта организация в лучшие годы очень много сделала как для меня, так и для десятков других одесских детей-сирот, но сейчас, к сожалению, все мало-мальски порядочные люди предпочитают не иметь с ней ничего общего. А вообще я даже рада, что ушла оттуда: как работала раньше, так и продолжаю, по Одессе хожу спокойно, с чистой совестью, на каждом шагу встречаю знакомых ребят, которым помогла выйти в люди. Самое смешное, что для UAC я теперь персона нон грата: по слухам, Ирина Анатольевна запрещает участвующим в программе студентам даже просто добавлять меня в друзья и регулярно проверяет их аккаунты в Facebook на предмет нежелательных контактов. Ну а я, со своей стороны, только посмеиваюсь: все ребята прекрасно знают, где я живу и работаю, и со многими из них мы до сих пор поддерживаем самые тёплые и дружеские отношения…

Universal Fraud for Children: как в Одессе воруют американскую помощь для детей-сирот


Беседовал Дмитрий Остапов


15
Подписывайтесь на наш канал в Telegram @timerodessa (t.me/timerodessa) - будьте всегда в курсе важнейших новостей!
Чтобы оставить комментарий, авторизируйтесь через свой аккаунт в

Загрузка...

Инфографика



перекредитування онлайн позик
Загрузка...