Главная / Статьи

 

Материалы по теме

Статьи

Евразийская политология. Как будущая идеология Союза уже стала государственной в Приднестровье

Украинскому поэту Тарасу Шевченко, безусловно, повезло. Его именем названы сразу два главных ВУЗа в двух столицах: университет в Киеве — столице Украинской Республики и университет в Тирасполе — столице Приднестровья.

5 2
Статьи

Приднестровье: непризнанное, но свободное

Совсем недавно соседнее с Одесской областью Приднестровье отпраздновало 20-летие миротворческой миссии на Днестре, в результате которой руководство трёх сторон – Молдовы, Приднестровской Молдавской Республики и Российской Федерации – заключило договор о временном урегулировании ситуации.

5
Статьи

Молдова – страна чудова. Экскурс в политические реалии юго-западного соседа

В соседствующей с Одесской областью Молдове недавно произошло взбудоражившее чуть ли не всю Европу событие: на законодательном уровне была запрещена коммунистическая символика.

2 5

Хроника дня

Гагаузский прецедент

В Гагаузии состоялся референдум, всколыхнувший, наверное, всё постсоветское пространство. 98,47 % жителей этого края проголосовали за интеграцию в Таможенный Союз, тогда как только 2,77% – за Европейский.

Кроме того, почти такой же высокий результат получил и пункт независимости Гагаузии в случае утраты Молдавией своего суверенитета (присоединения к Румынии). Конечно, никто не сомневался, что ответ местного населения на поставленные вопросы будет именно таким, но единодушие при небывалой высокой явке (70%) заставило аналитиков призадуматься, почему так вышло и чем чреват «гагаузский прецедент» для всего региона.

Причины

Гагаузия – небольшая автономия на Юге Молдовы, с населением всего в 160 тысяч и территорией в три раза меньшей, чем Приднестровье. Абсолютное этническое большинство тут составляют гагаузы, однако в достаточном количестве имеются, собственно, молдаване, русские, украинцы, болгары. Официальных языков тут три – национальный гагаузский, государственный молдавский и выполняющий роль межнационального русский. Разговаривают тут в основном по-русски, на «великом и могучем» также ведётся делопроизводство и переговоры с Центром.

Автономия у Гагаузии достаточно широкая – здесь есть собственный парламент (Народное собрание), кабинет министров (Исполком), президент (башкан), не говоря уже о конституции (Уложение), флаге, гербе и гимне. В скором будущем не исключено и появление собственного конституционного суда, а также министерства иностранных дел.

Причины, почему гагаузы решили провести у себя референдум, стоит искать ещё на заре распада Советского Союза. Тогда гагаузы, подобно абхазам, приднестровцам, югоосетинам, карабахцам выбрали для себя путь построения независимого государства и решили отсоединиться от «малой империи» Молдовы, которая выбрала для себя путь отказа от собственной национальной идентичности и присоединения к Румынии. В качестве непризнанной державы Республика Гагаузия просуществовала четыре года, но вскоре влилась обратно в состав Молдовы, получив гарантии автономного статуса и право на выход. Причин, почему гагаузское руководство не пошло по пути Приднестровской Молдавской Республики, несколько – во-первых, экономический потенциал Гагаузии и Приднестровья несоизмерим, во-вторых, гагаузско-молдавское противостояние не дошло до кровопролития, в-третьих, российской армии, способной стать гарантом зарождающейся государственности, рядом не было.

Гагаузия отмечена на карте розовым цветом

Однако гладкими взаимоотношения между Кишинёвом и Комратом (столица Гагаузии) никогда не были. Относительное спокойствие наступило во времена правления коммунистов, когда автономию возглавлял умеренный и договороспособный Георгий Табунщик. Однако с приходом к власти энергичного реформатора Михаила Формузала ситуация поменялась кардинальным образом: новый башкан взял курс на увеличиние роли автономии в общемолдавской политике, что не могло понравиться привыкшему к единоначалию президенту Владимиру Воронину.

Михаил Формузал

В 2009-м году в ходе цветной революции к власти пришёл «Альянс за европейскую интеграцию», ориентированный даже не на Европу, а на Румынию. Причём, как во внешней, так и во внутренней политике. Виток противостояния разразился с новой силой. В 2010-м году Формузал побеждает на новых выборах башкана и ещё больше укрепляет своё положение. Чувствуя значительную поддержку внутри автономии, гагаузская власть начинает диктовать свою волю власти центральной. Сначала в 2011-м году разразился большой скандал, когда гагаузские школьники получили неудовлетворительные оценки по государственному языку. Молдавские власти отказались выдавать дипломы, и словно назло власти Комрата устроили своих студентов в российские, турецкие, приднестровские вузы, нанеся, тем самым, значительный удар по образовательной системе Молдовы.

Дальше – больше. Недовольные румынизацией страны, гагаузы делают шаги по укреплению… молдавского суверенитета. Например, Конституционный суд Молдовы в декабре 2013-го года признал, что государственным языком в стране является румынский, а не молдавский. Незадолго до этого, словно чувствуя надвигающуюся угрозу, в Гагаузии принимается постановление о названии государственного языка молдавским, а словосочетание «румынский язык» в контексте наименования госзяыка становится незаконным. Аналогично в автономии поступают и со школьным предметом «история румын», который в гагаузских школах меняют на «истории Молдовы».

Дальше дело и вовсе доходит до референдума, на котором наиболее остро ставится вопрос внешнего вектора. Европейская интеграция тут воспринимается сквозь призму румынизации, недовольства действующей властью, а также ментальной и культурной ориентировки на Россию и Таможенный Союз – как нечто чуждое, как потеря выстраданной автономии, как колонизация.

Парадокс тут в следующем: в Гагаузии политическая борьба происходит между двумя силами – действующим башканом Михаилом Формузалом и мэром Комрата Николаем Дудошло. За первым стоит общественное движение «Единая Гагаузия», кроме того, косвенную поддержку ему предоставляет и весьма популярная даже в Гагаузии Партия коммунистов. Дудогло же удалось заручиться поддержкой во властных верхах и возглавить местное отделение Демократической партии, которая входит в коалицию «Альянс за европейскую интеграцию». Однако, по иронии судьбы, в самой Гагаузии эта партия, под руководством Дудогло, является ярой сторонницей евразийской интеграции. Получается, в Кишинёве партия говорит одно, а в Гагаузии – совсем другое. Это почти то же самое, если бы «Батькивщина» в Киеве агитировала за Европейский, а в Одессе – за Евразийский Союз. Настолько велика в Гагаузии поддержка постсоветской интеграции…

Последствия

Гагаузский референдум, отметим, был консультативным, но юридической силы не имел. Исключение – вопрос о независимости в случае утратой Молдавией государственности, однако такой пункт изначально присутствовал в гагаузской конституции.


Однако задачей референдума и не были юридические последствия. Важно другое: во-первых, Гагаузия нанесла сильную оплеуху проевропейской центральной власти. Та и так не пользуется большой популярностью в Молдове, равно как и её безудержное стремление превратить страну в подконтрольную Брюсселю территорию. В отличие от Украины, евразийское движение тут, как уже отмечалось в предыдущих материалах, достаточно развито: имеется с десяток крупных политических партий, общественных организаций, стоящих на этих идеологических позициях, за Евразию постоянно устраиваются круглые столы, проводятся митинги, акции протеста. По сути, власть вынуждена оправдываться перед молдавскими гражданами, почему она выбирает не совсем выгодную европейскую интеграцию, а не евразийскую.

Кроме того, гагаузскому референдуму была выражена солидарность в ряде регионов Молдовы, ориентированных на Таможенный Союз. В частности, подобные референдумы захотели провести у себя местные власти в Бельцах (второй по величине городе в Молдове), в населённой преимущественно этническими болгарами Тараклии, отдельные политики даже призывают провести такое голосование в Кишинёве (где также преобладают проевразийские настроения).

Что ещё примечательно, молдавские власти пытались пресечь попытки проведения плебисцита юридическими и силовыми методами. Сначала референдум был признан незаконным в судебном порядке, а всех депутатов Народного собрания Гагаузии вызвали в прокуратуру. Местные парламентарии предупреждение проигнорировали, тогда молдавские власти пригрозили остановить референдум в силовом порядке. Однако в автономии объявили о создании так называемых народных дружин, которые были призваны охранять право гагаузов на голосование. По примерным оценкам, количество таких дружинников на участках составило от пятиста до тысячи человек. Само собой, никакая полиция или спецслужбы тут не в состоянии были помешать.

Вне Молдовы

Уже факт, что противостояние европейской и евразийской интеграции наверняка станет центральной темой предстоящих в конце текущего года парламентских выборах в Молдове.

Но сложно сказать, аукнется ли каким-либо образом гагаузский референдум на территории постсоветского пространства, в частности, например, на происходящем в Украине.

Вполне возможно, что, скажем, референдумы подобного рода могли бы пройти в Крыму, где евразийская направленность населения рано или поздно даст о себе знать и где присутствуют необходимые для этого механизмы. С другими регионами сложнее ввиду отсутствия какой-либо автономии от центра.

Одно понятно точно: Гагаузия стала первым регионом, где евразийская инициатива была организована снизу и стала следствием гражданской мобилизации. Именно этого не хватает странам, которым европейский геополитический вектор навязывается сверху. Вместо того чтобы самим требовать изменить внешнюю политику, они всё ждут, когда появится партия или лидер, который, по сути, решит вопрос за них. В этом Гагаузия, к сожалению для нас, значительно опередила Украину. Однако прецедент есть, значит, есть с кого брать пример.

Автор: Артём Бузила

3 4
Подписывайтесь на наш канал в Telegram @timerodessa (t.me/timerodessa) - будьте всегда в курсе важнейших новостей!
Чтобы оставить комментарий, авторизируйтесь через свой аккаунт в

Загрузка...



Загрузка...