Главная / Статьи

 

Материалы по теме

Хроника дня

Румянцевская война: визит в Архипелаг

Параллельно с напряжёнными и потрясающими боевыми действиями на суше, о которых ТАЙМЕР уже рассказывал, между двумя империями разворачивалась и уникальная в своём роде борьба на море.

Румянцевская война: визит в АрхипелагМаршрут эскадры Г. А. Спиридова

Уникальная, потому что бороться за выход к Чёрному морю поручили морякам Балтийского моря, а воевать они должны были в море Средиземном и его «ответвлениях», вроде Эгейского или Ионического. Поскольку плыть предстояло к Эгейским островам, известным как Архипелаг (либо Греческий архипелаг), экспедиция получила название Архипелагской. Точнее, Первой Архипелагской, поскольку позже были и другие. Цели перед ней ставились относительно расплывчатые: от крупной диверсии на фланге неприятеля (задача минимум) до освобождения греков и южных славян и занятия Константинополя (задача максимум, в которую поначалу верили). Забегая вперёд, отметим — первую сильно перевыполнили, ко второй даже не приблизились.

В Греции же эта экспедиция известна как Орлофика. Ибо формальным главой дерзкой операции стал граф Алексей Григорьевич Орлов, воин и дипломат, бесстрашный и осмотрительный, нечеловечески могучий и иезуитски умный, способный на благородство и хитрый до коварства, жестокий и великодушный одновременно. Брат возлюбленного государыни Григория Орлова, он заставлял трепетать даже Екатерину, которая по натуре своей относилась к женщинам отчаянным. Однако этот здоровенный офицер, медведь силою, медоед отвагою и лис умом, невольно внушал казалось бы всемогущей самодержице некоторую робость. Зато она видела его дерзость и решимость в деле: во время переворота, приведшего её к власти, при устранении Петра Третьего с престола, а затем и из числа живущих на этой грешной планете. Правда, имел Орлов и крошечный недостаток в качестве командующего флотом — он был невеждой в морском ремесле. Вроде бы с таким недостатком назначать его руководить экспедицией было авантюрой не меньшей, чем сама экспедиция. Однако, как показала практика, этот недостаток оказался преодолим благодаря компетентным советникам, а также врождённой смекалке и интуиции «назначенца».

Румянцевская война: визит в АрхипелагИнициаторы Архипелагской экспедиции Алексей (слева) и Григорий Орловы

Кроме того, Орлов, пребывавший в Италии, активно ратовал за поднятие греков и славян на борьбу против турецких угнетателей. Похоже, и графу и императрице эллины тогда виделись преимущественно в идеализированном образе попавших в рабство древних героев, которые с нетерпением ждут прихода русских православных братьев, чтобы дружно восстать. В этих мечтах (расчётами данные соображения назвать трудно) игнорировались или недооценивались множество важных обстоятельств: экономические интересы местной верхушки, клановость греков и южных славян, отсутствие у них представления о дисциплине, их разобщённость, междоусобная борьба и кровная месть, из-за чего порой друг друга они ненавидели не менее сильно, чем турок. Другими словами, на тот момент эти народы просто не дозрели до масштабной схватки со значительно более организованными османами.

Тем не менее эмиссары России были посланы за Балканы и провели там немалую подготовительную работу. Проблема в том, что из-за этой же пропаганды и поиска союзников на местах утаить шила в мешке не получилось, и о грядущем визите балтийской эскадры вскоре услышали турки — сначала с недоверием, потом с тревогой. И приняли некоторые меры для предотвращения надвигающейся угрозы. А ведь поначалу сам поход держался в строгом секрете даже от его будущих участников. Теперь фактор внезапности был утерян, в немалой степени из-за медленного продвижения северных кораблей к намеченной цели. Адмирал Самуил Грейг позже с досадой отмечал: «Если бы можно было русскому флоту прийти несколькими месяцами ранее, пока это всеобщее воодушевление [греческого] народа ещё было в полной силе, турки же малочисленны и рассеяны, то весьма вероятно, что вся Морея в короткое время была бы очищена от турок и осталась в полной власти греков».

Румянцевская война: визит в АрхипелагЗолотой медалью «Поборнику православия» в ходе экспедиции в Архипелаге поощряли примкнувших к русской эскадре местных добровольцев

Впрочем, медленное продвижение объяснимо. Операция по переброске относительно крупных военно-морских соединений из Восточной Балтики в Восточное Средиземноморье по одному своему замыслу выглядела дерзкой. Такое предприятие сулило массу сложностей, однако братья Орловы, Григорий и Алексей, выступившие инициаторами экспедиции, трудностей не убоялись, а императрица Екатерина II всецело одобрила их прожект, рискнув по-крупному.

Первый риск был дипломатический, из-за чего очень кривился Никита Панин, не любящий Орловых формальный глава русской внешней политики. Хоть он, не слишком жаловавший начавшуюся войну с османами, ратовал за союз северных держав в виде Великобритании, Дании и России при возможном участии или содействии Пруссии, но открыто враждовать с уже оформленным «Бурбонским союзом» не стремился. Между тем отправка балтийского флота несла в себе риск подобной вражды, поскольку официальный Версаль весь 18 век выступал последовательным противником роста российской мощи.

«Бурбонским союзом» именовали альянс Франции, Испании и Неаполитанского королевства — в этих трёх монархиях правили представители династии Бурбонов. Отношения между английским и французских хищниками были традиционно плохи, а в недавнем прошлом они ухудшились донельзя: в Семилетнюю войну британцы отняли у ненавистного соперника обширнейшие территории т.н. Новой Франции в Северной Америке и заодно французские индийские владения. Потеря Индии и Канады обозлила Париж, провоцировала реваншистские настроения, и Лондон был очень заинтересован в дальнейшем ослаблении позиций Франции на мировой арене.

Румянцевская война: визит в АрхипелагГерцог Шуазёль, потенциальная угроза экспедиции

На этом-то и сыграла умная царица. По её замыслу Франция, традиционный партнёр и союзник Турции, мощная военно-морская держава, должна быть скована ревнивой «владычицей морей» Англией, которой объективно выгодно падение дохода французов от торговли с Оттоманской Портой и их влияния на турецкие дела. А такое падение неизбежно, если в Средиземноморье угнездится русская эскадра. Петербург и Лондон быстро поняли, что могут быть полезны друг другу, и воинственно настроенный министр короля Луи Пятнадцатого герцог Шуазёль резко умерил свой пыл под пристальным взглядом холодных глаз британских лордов.

Испания и Неаполь и так не имели ничего против России, стало быть, отсутствие науськивания со стороны Франции сводило вероятность конфликта с ними практически к нулю. Хотя и содействия от них не ждали, ибо, как красочно указывала Екатерина Орлову, «король неаполитанский бурбонского дома и по французской дудке со своим министерством пляшет, а сия дудка с российским голосом не ладит».

Более того, Великобритания оказалась чрезвычайно полезной и как «база отдыха» для русских кораблей, и как место для набора опытных моряков до и во время русско-турецкой войны. Нечасто российско-английское сотрудничество за всю свою историю оказывалось на такой вершине, как в тот момент. Без английской помощи экспедиция вряд ли бы удалась, а при открытой вражде Англии — провалилась бы гарантированно. Потому чрезвычайно важно было не испортить отношения с Лондоном, пока балтийские эскадры находятся в южных широтах.

Румянцевская война: визит в АрхипелагЕкатерина II

Второй большой риск, связанный с отправкой эскадр в Средиземноморье, заключался в том, что они могли банально не дойти. И упомянутое медленное их продвижение — это не самый худший вариант при таких исходных данных. Вступив на престол, Екатерина, полагавшая себя во многом наследницей деяний Петра Великого, ознакомилась с состоянием балтийского флота, некогда любимого детища этого государя, после кончины которого прошло уже почти 40 лет. Выводы монархини были неутешительны, однако по большому счёту справедливы — у России есть корабли и люди, но нет ни флота, ни моряков. Данную ситуацию стали исправлять со всевозможной поспешностью: отправили офицеров на стажировку в активно водоплавающую Англию, выпросили у неё нескольких офицеров-специалистов, ненужных британскому флоту (один из них оказался настоящим «алмазом», получившим бриллиантовую огранку именно в России), стали спешно строить новые военные суда и обучать команды. Кое-что на этом направлении в сравнительно короткие сроки было достигнуто, но именно кое-что. Корабли нередко вступали в строй с многочисленными недоделками и дефектами, каковые немедленно показало длительное морское путешествие. И хотя их экипажи старались комплектовать выходцами из губерний, знакомых с морем или как минимум приличными реками, по объективным причинам это удавалось не вполне. А сухопутному рекруту морская болезнь не по нраву.

К счастью для Екатерины, несомненным козырем смелого похода стал ряд офицеров российского флота, в достаточной степени подготовленных и отважных. Среди них, помимо целой плеяды даровитых капитанов, многие из которых впоследствии проявили себя в том или ином качестве в наших краях на Чёрном море, следует особо выделить двух людей, которые фактически и стали творцами грандиозных успехов.

Румянцевская война: визит в Архипелаг
Г. А. Спиридов

Во главе первой отправившейся из Балтики эскадры стоял Григорий Андреевич Спиридов, и для него этот поход стал заслуженным пропуском в бессмертие. Старый просоленный служака, с 10 лет постигавший нелёгкое морское дело, он стал вторым по старшинству после Алексея Орлова командующим русским флотом в Архипелаге, а де-факто — первым. Перед отправлением императрица произвела моряка в адмиралы и возложила на него орден св. Александра Невского, подтвердив старый французский афоризм: награждают не за что-то, а для чего-то. Надо сказать, свою предварительную награду Спиридов отработал с лихвой. Впрочем, за «лихву» его тоже вознаградили, хоть и не столь щедро, как он заслуживал, поскольку не обладал главными для настоящего морского волка качествами: не был братом возлюбленного императрицы, не возводил эту самую императрицу на престол и не убивал её мужа.

Не менее великолепен был другой флотоводец, который тогда по контр-адмиральскому чину мог бы оказаться на вторых ролях, но судьба ему уготовила первые. Тот самый британский «алмаз», не оценённый на родине, но обласканный в России. Умный даровитый шотландец Сэмьюэл Грэг, на русской службе Самуил Карлович Грейг, превратился в консультанта графа Алексея Орлова, слабого в военно-морском ремесле, и в полной мере разделил со Спиридовым славу Архипелагского похода. Для Грейга русская служба стала невероятным подарком свыше, ибо в Англии с его родословной особых перспектив у моряка не было, невзирая на все его таланты. Сейчас же сами британцы не без гордости поминают своего «русского» соплеменника. Кстати, сын Самуила Алексей Грейг, уже, можно сказать, коренной кронштадтец, тоже добудет признание как выдающийся адмирал, станет командующим Черноморским флотом, влюбится в наш славный город Николаев и много для него сделает.

Румянцевская война: визит в Архипелаг
С. К. Грейг

В экспедиции принял активное участие соотечественник Грейга Джон Элфинстон, также получивший звание контр-адмирала, но со значительно большими привилегиями — его не подчинили Спиридову, а поставили во главе отдельной второй эскадры. Некоторые исследователи в Англии считали Элфинстона одним из главных авторов русских успехов в Архипелаге. Однако на деле этот небездарный британец оказался наделён не столько талантами, сколько неуживчивым характером, особых лавров не снискал, затем крупно проштрафился и вскоре был удалён с театра боевых действий Орловым. Схожая, хоть и не столь насыщенная судьба ждала датчанина Арфа, на исходе 1770 года приведшего третью эскадру в подкрепление. И только русский флотоводец Михаил Тимофеевич Коняев, подошедший с четвёртой эскадрой в октябре 1772-го, стяжал себе славу, наголову разгромив частично оправившийся от катастрофы двухлетней давности османский флот в Патрасском сражении.

Всё это будет после. А пока, лично побывав на спиридовской эскадре 17 (28) июля 1769 года, Екатерина II обласкала моряков, заранее наградила адмирала и офицеров, выплатила матросам жалованье за 4 месяца вперёд, то есть благословила на великие свершения. На следующий день, 18 (29) июля 1769 года, начался великий поход.

Автор: Владислав Гребцов

2 7
Подписывайтесь на наш канал в Telegram @timerodessa (t.me/timerodessa) - будьте всегда в курсе важнейших новостей!
Чтобы оставить комментарий, авторизируйтесь через свой аккаунт в
Сагайдак Анна Сагайдак Анна

Обожаю иронию автора ))) про главные для морского волка качества понравилось.

Ответить +2
Сагайдак Анна Сагайдак Анна

Ждём продолжения )

Ответить +1

Загрузка...

Видео

Об операции по подъёму Delfi рассказали на специальной пресс-конференции

11 сентября в Одессе состоялась пресс-конференция, на которой представители осуществлявших эвакуацию танкера Delfi компаний рассказали подробности операции.

Инфографика



перекредитування онлайн позик
Загрузка...